«Компания пережила настоящую войну»: как закончилась десятилетняя история любимого бренда светской Москвы Alexander Terekhov

О решении закрыть бренды Alexander Terekhov и Terekhov Girl, гремевшие в 2010-х, владелица компании «Русмода» Оксана Лаврентьева сообщила в конце июня в Instagram. Скандальному посту предшествовали несколько лет финансовых проблем и разногласий Лаврентьевой с дизайнером брендов Александром Тереховым, обострившихся на фоне пандемии. Что случилось с одним из самых ярких модных домов России и чем займутся бывшие партнеры после «развода»?

19 июня 2020 года владелица одного из самых влиятельных модных домов на российским рынке «Русмода» Оксана Лаврентьева шокировала фешен-тусовку внезапной новостью — в аккаунте Instagram и Telegram-канале ololol объявила о закрытии брендов Alexander Terekhov и Terekhov Girl и прекращении десятилетнего сотрудничества с дизайнером Александром Тереховым. Вместо «Русмоды», в которую входили бренды, Лаврентьева решила запустить новую компанию Oxana Lavrentieva & Co и собственный бренд одежды OLOLOL. Право собственности на марки Alexander Terekhov и Terekhov Girl, а также их соцсети остались за Лаврентьевой — Терехов не владел долей в компании, а целых десять лет работал в брендах имени себя наемным дизайнером.

Лаврентьева уверяет, что причиной «развода» послужило ее давнее желание развивать собственный бренд и усталость от отношения партнера к делу — по словам предпринимательницы, все проблемы компании, связанные с пандемией, ей пришлось решать в одиночку, пока Терехов самоизолировался в Таиланде.

Александр на предложение дать интервью Forbes не ответил, но источник, близкий к «Русмоде», рассказал, что дизайнер во время самоизоляции неукоснительно выполнял функции, прописанные в его трудовом договоре, но решил уволиться, когда Лаврентьева на 50% сократила зарплату всем сотрудникам, в том числе и Терехову.

Так или иначе давние расхождения во взглядах на бизнес подтолкнули партнеров к обоюдному решению «пойти каждому по своей дорожке».

Forbes вспомнил, как развивалась история одного из самых ярких российских брендов одежды, и разобрался в причинах распада некогда успешного тандема «Лаврентьева — Терехов».

Невозможное возможно

Юношеские годы Оксаны Лаврентьевой резко контрастируют с ее настоящим: она родилась и выросла в Санкт-Петербурге в небогатой семье работников завода «Красный Октябрь», в шестнадцать лет ушла из дома к бойфренду, а в девятнадцать родила дочь Алину, отец которой спустя два года умер от остановки сердца. В 2000-м вместе с подругой Лаврентьева поехала в Москву на выходные. Столица настолько впечатлила ее, что она решила остаться. Лаврентьева окончила Финансовую академию и магистерскую программу «Психоанализ и психоаналитическое бизнес-консультирование» в ВШЭ.

«Ей давно хотелось заняться своим брендом. Просто вот сейчас все совпало, появилась возможность выйти красиво»

В середине 2000-х в Москве «благодаря случайности» Оксана попробовала себя в качестве модели для журналов Elle, Hello! и клипов Валерия Меладзе «Без суеты» и Димы Билана «Невозможное возможно». В те же годы она сыграла несколько второстепенных и эпизодических ролей в сериалах «Клуб» и «Маргоша», стала ведущий телепрограммы «В моде» и лицом ювелирного бренда «Космос-Золото» и косметики Egomania.

Как отмечала «Русская служба Би-би-си», таблоиды сообщали, что в прошлом Лаврентьеву связывали отношения с президентом ВТБ Андреем Костиным. Она также была замужем за экс-гендиректором Корпорации развития Северного Кавказа Антоном Паком (развелась с ним в 2014 году). Сама Лаврентьева не любит комментировать вопросы, касающиеся личной жизни. В интервью Tatler она так рассуждала о природе своего успеха: «Из своего опыта могу сказать, что все состоявшиеся и состоятельные героини Tatler состоялись не случайно. Считается, что земных благ заслуживают только добрые высокодуховные люди. Но практика — критерий истины — показывает, что, как правило, у таких людей ничего нет, и именно они нуждаются в помощи».

Творец на поруках

В модный бизнес Лаврентьева попала в 2009 году: одноименный бренд Алены Ахмадуллиной переживал трудные времена, и Оксана стала его инвестором (сумму вложений и полученную Лаврентьевой долю стороны не раскрывали). Но через год Ахмадуллина и Лаврентьева разругались на почве разделения ответственности и «очень жестко разошлись». Собственником бренда Alena Akhmadullina была сама Ахмадуллина, права за ней и остались. А «Русмода» — компания, которая была создана еще во время сотрудничества предпринимательниц для развития бренда, — перешла к Лаврентьевой.

В сфере моды Лаврентьевой понравилось: она «вникла в процесс» и вскоре «нашла Сашу [Терехова]». К тому времени уроженец городка Вязники Владимирской области Терехов успел выучиться по специальности «дизайн костюма» в столичном Институте моды и дизайна, занять второе место на конкурсе «Русский силуэт» и в качестве награды отправиться на стажировку в Yves Saint Laurent в Париже. После стажировки в 2004-м он представил в Москве свою первую коллекцию «эльфийских» платьев с пышными юбками и стразами под брендом Alexander Terekhov. После череды показов на российских неделях моды в 2006 году его пригласили на New York Fashion Week. На протяжении трех лет он участвовал в нью-йоркских показах, благодаря чему заработал известность за рубежом — о россиянине стали писать СМИ, в его нарядах появлялись звезды — например, Анджелина Джоли.

«Ходить в «Терехове» было трендом, в том числе благодаря тому, что Оксана в это инвестировала все свои возможности»

В России Alexander Terekhov уже носили Светлана Бондарчук и Рената Литвинова, но у дизайнера, по словам Лаврентьевой, «не было никакой поддержки». Сам Терехов в одном из немногочисленных интервью рассказывал, что почти все коллекции шил собственноручно на машинке Pfaff и мечтал о том, что у него появятся конструкторы и технологи. «У них было какое-то маленькое помещение полуподвальное где-то в центре, но все было очень-очень скромно, — вспоминает в беседе с Forbes Лаврентьева. — Что-то они там продавали, но это были неразличимые глазом деньги абсолютно. Плюс, как выяснилось потом, — куча долгов перед модельными агентствами, поставщиками».

Лаврентьева решила «взять [Терехова] на поруки»: выкупила лекала у предыдущего партнера дизайнера (некой Анны, чью фамилию Оксана не называет) и права на бренд Alexander Terekhov у самого Александра. Это, по словам предпринимательницы, обошлось в $200 000 (все права перешли «Русмоде»). Еще «несколько миллионов долларов» Лаврентьева вложила в покрытие долгов, покупку двух швейных фабрик в России, оборудование и офис на Трехгорной мануфактуре.

31-летний Терехов стал наемным дизайнером «Русмоды» и получал фиксированную зарплату, никогда не претендуя на роль совладельца компании, уверяет Лаврентьева. Сам Александр на многочисленные предложения Forbes принять участие в материале не ответил.

В первый же год объем продаж оптовых клиентов «Русмоды» (магазинов, которые продавали одежду Alexander Terekhov в Москве и регионах), по словам Лаврентьевой, составил €300 000. Почти сразу — в сентябре 2010-го — она открыла небольшой брендовый бутик в гостинице «Украина», ежемесячный оборот которого на пике достиг 10 млн рублей, говорит предпринимательница. За год бутик принес ей порядка €1 млн, или около 40 млн рублей по курсу 2010-го. «Это не заоблачные цифры, а закономерный результат грамотных, элегантных, носибельных и женственных коллекций, поддержанных нацеленной на состоятельных людей неустанной промоактивностью», — комментирует стартовые показатели Alexander Terekhov соучредитель и генеральный директор Fashion Consulting Group Анна Лебсак-Клейманс.

За 2011 год выручка ООО «Русмода», по данным СПАРК, составила 143 млн рублей против 38,2 млн за неполный 2010-й. Правда, компания генерировала убыток: в 2011-м  77,4 млн рублей.

Бутик Alexander Terekhov
Бутик Alexander Terekhov

Эльф в тусовке

С 2012 года бизнес Лаврентьевой рос семимильными шагами: в мае она открыла ателье Atelier Moscow, в рамках которого дизайнеры, включая Терехова, шили платья на заказ для светской элиты, в июне — второй бутик Alexander Terekhov в гостинице «Москва». Годовая выручка ООО «Русмода» и ООО «Ателье Русмода» тогда выросла более чем вдвое до 348,9 млн рублей, а убыток сократился до 44 млн совокупно, свидетельствуют данные СПАРК.

Рост популярности и узнаваемости бренда в светской тусовке связывали в том числе с самым впечатляющим среди российских дизайнеров фронт роу (от англ. front row — «первый ряд») — гостями, которых сажают в первые ряды на показах. Ими бренд поначалу был обязан Михаилу Друяну, организатору главных светских событий Москвы и близкому другу Терехова. Друян был лично знаком с Ренатой Литвиновой, коллекционером и создательницей фонда Ruarts Марианной Сардаровой, основательницей концепт-стора модной одежды и одноименного ресторана КМ 20 Ольгой Карпуть и другими известными персонами. «Благодаря моим знакомствам я смог организовать [для Alexander Terekhov] показ в метро и показ на фабрике «Большевик». Все это привлекало к бренду внимание, все было этапами большого пути его яркого развития», — говорит в беседе с Forbes Друян.

«Он скромный, умел дружить, и вообще очень тонкий человек»

«Я помню сезоны (сезонные коллекции. — Forbes) Терехова — новаторские, смелые, ярко задающие тренды, как сейчас бы сказали, хайповые, — вспоминает основательница PR-агентства July & July, а в 2010-х директор PR-департамента бренда LUBLU Kira Plastinina Юлия Прудько. — Они концентрировали на себе максимум внимания заинтересованной этой темой общественности не только за счет коллекций, но и благодаря громким концептуальным событиям марки и безупречному А-листу гостей, присутствовавших на них». Бренд Alexander Terekhov был «прекрасно интегрирован в модные события, стиль жизни и гардероб светских персон, «озвучен» на самых красивых медийных девушках России», подтверждает Анна Лебсак-Клейманс.

Успех коллекций объяснялся и хорошим отношением знаменитостей к самому Терехову  его называли любимым дизайнером Ксении Собчак (сама Собчак на момент публикации материала на запрос Forbes не ответила), Светланы Бондарчук, Полины Киценко и других селебрити. «Он скромный, умел дружить, и вообще очень тонкий человек, — описывает Терехова в беседе с Forbes продюсер  Яна Рудковская. — Его называли эльфом в тусовке: он всегда был и большой заметной фигурой, и в то же время, когда приходил на какие-то мероприятия, его было практически не видно». Рудковская вспоминает, что «ходить в «Терехове» было прям трендом», в том числе благодаря тому, что «Оксана в это инвестировала все свои возможности».

Ценовой сегмент марки изначально был высоким — стоимость некоторых платьев доходила до 1 млн рублей. «[Платья по миллиону] — конечно, exotic experience (с англ. «экзотический опыт». — Forbes). Но я точно знаю, что эти платья было не достать, их заказывали даже из Голливуда», — уверяет Рудковская.

На волне интереса к Alexander Terekhov в 2014 году в «Русмоде» появилось корпоративное направление, якорным клиентом по которому стал авиаперевозчик S7 Airlines. Дизайнерская компания стала разрабатывать и шить форменную одежду для бортпроводников (пресс-секретарь группы компаний S7 Надежда Хаитова эту информацию Forbes подтвердила). Помимо перевозчика, клиентами «Русмоды» по униформе стали универмаг «Цветной», «Метрополь» и др. Суммарный оборот ООО «Русмода» и ООО «Ателье Русмода» в 2014-м достиг 544 млн рублей, но и убыток вырос — до 159,2 млн.

На вопрос о том, что позволяло столько лет удерживать на плаву убыточную компанию, Лаврентьева отвечает историей успеха своего салона красоты «Белый сад» на Зубовском проезде, который приносил, по ее словам, «по миллиону [рублей] выручки в день». Источник, близкий к «Русмоде», рассказал Forbes, что компания получала прибыль, но это «ловко маскировалось, потому что у нас в стране быть прибыльным невыгодно».

Юбилейный скандал

Самым успешным годом в истории «Русмоды» опрошенные Forbes эксперты считают 2016-й. В сезоне весна-лето в 2015-м Alexander Terekhov выпустил знаковую коллекцию с платьями из кружева, шелка, расшитого стразами Swarovski, и принтами в виде воздушных шаров. В октябре 2016-го прошел запомнившийся многим показ коллекции из новых сияющих платьев на станции метро «Достоевская». Истории с этого показа и афтепати появились в Instagram-аккаунтах Эвелины Хромченко (1,4 млн подписчиков), Ксении Собчак (7,6 млн), Светланы Бондарчук (606 000) и других звезд светской Москвы и обеспечили бренду продажи: годовая выручка Alexander Terekhov и Atelier Moscow, по данным СПАРК, достигла рекордных 796,6 млн рублей, впервые появилась прибыль — 211 млн. Лаврентьева открыла еще один флагманский бутик бренда — на Петровке.

В июле 2017-го Лаврентьева и Терехов запустили вторую, более демократичную линейку одежды Terekhov Girl. Но несмотря на совместные коллекции нового бренда со звездами (например, Собчак) и открытие сразу нескольких бутиков, прибыли он, по признанию предпринимательницы, не приносил. Распыление на две марки, открытие новых точек и последствия валютного кризиса («Русмода» покупала ткани за евро) откатили компанию назад, почти к оборотам 2014 года, свидетельствуют данные СПАРК по 2017-му.

В сентябре 2018-го произошло событие, которое привело к новым финансовым проблемам для Alexander Terekhov и Terekhov Girl, говорят опрошенные Forbes представители модного рынка. На вечеринке, посвященной десятилетию журнала Tatler в Малом театре, гостям показали короткий сатирический фильм про главных героев вселенной издания. Режиссером выступил Константин Богомолов, одним из продюсеров  Михаил Друян, а одним из актеров Александр Терехов. Эпизод фильма под названием «Кошачье сердце» был посвящен героям, в чьих образах угадывались Лаврентьева и ее муж, писатель Александр Цыпкин (пара поженилась в 2018-м). По сюжету героиня — жительница Москвы — подбирала кота у Третьяковского проезда и относила «в свою роскошную квартиру».

Эпизод, намекавший на то, что Цыпкин попал в светскую тусовку только благодаря супруге, сильно расстроил Лаврентьеву. «После фильма я сразу же поговорила с Сашей [Тереховым] и сказала: «Собирай вещи, уходи», — вспоминает предпринимательница. — В итоге Саша извинился и сказал: «Давай работать дальше». И мы продолжили работать». По словам близкого к «Русмоде» источника, Лаврентьева предложила Терехову три варианта: остаться в компании и лишиться личного водителя и медицинской страховки, «уйти в академический отпуск» или покинуть компанию вовсе. Дизайнер выбрал первый вариант. Оксана в разговоре с Forbes эту информацию подтвердила.

Отношения из-за фильма у Лаврентьевой испортились и с Друяном, и с самим именинником журналом Tatler. Друян через несколько дней публично извинился перед ней, но заказывать организацию мероприятия «Русмода» у него перестала. От Conde Nast Лаврентьева якобы требовала 25 млн рублей компенсации за то, что сотрудники издательского дома бесплатно посещали ее салон красоты «Белый сад», открытый в 2013 году, сообщала «Русская служба Би-би-си». «Домыслов вокруг фильма всегда было гораздо больше, чем правды. Оксана не требовала от ИД Conde Nast материальной компенсации. И не подавала в наш адрес никаких исков, — утверждает главный редактор Tatler Ксения Соловьева. — Вообще хотелось бы расставить все точки над i: сейчас прежние гештальты закрыты, у нас нормальные рабочие отношения, и лично я с интересом слежу за новой главой в жизни и Оксаны, и Саши Терехова».

«Ну невозможно продавать дорогие платья, не имея такой площадки, как Vogue и другие издания Conde Nast»

Тем не менее из-за истории с Tatler бренды Alexander Terekhov и Terekhov Girl потеряли цитируемость в журналах Conde Nast, считает Друян. «Этим острым конфликтом Оксана обнулила присутствие бренда во всей линейке изданий Conde Nast Россия, — говорит он. — Эта война затрагивала не только Tatler, но и «библию стиля» — журнал Vogue. Ну невозможно продавать дорогие платья, не имея такой площадки, как Vogue и другие издания Conde Nast. На мой взгляд, это немыслимо». Успешные продажи модных брендов требуют «постоянных маркетинговых сверхусилий и PR-активности для формирования статуса роскоши и эксклюзива», объясняет Анна Лебсак-Клейманс.

После конфликта с Tatler у Лаврентьевой «понизился градус интереса к бренду», а следом ушло и ажиотажное внимание к нему из-за отсутствия былых громких показов, замечает Яна Рудковская. «Это [потеря интереса Лаврентьевой к бренду] было заметно по коллекциям, по отсутствию показов. Поняла, наверное, уже: «Зачем мне это надо, если я могу развивать свой бренд, я все в этом понимаю?» — предполагает Рудковская. «Я не потеряла интерес к непосредственному управлению «Русмодой», просто поняла, что гендиректором должен быть человек, который постоянно находится на месте. А учитывая, что у меня есть два других бизнеса, я не могу постоянно находиться в офисе», — парирует Лаврентьева.

По ее словам, показы компания перестала организовывать еще до конфликта с Tatler: «Последнее, что мы делали, — это вечеринка по поводу запуска коллекции, которую Миша [Друян] как раз организовывал. Потом мы решили показы не делать, потому что, честно говоря, Саша [Терехов] потерял к этому интерес. Как-то вообще стало понятно, что этот формат [громких показов] уже себя не оправдывает».

Оксана Лаврентьева в одежде Terekhov Girl
Оксана Лаврентьева в одежде Terekhov Girl

В 2018 году Лаврентьева перестала быть гендиректором компании, передав управление наемным менеджерам. В 2019-м предпринимательница начала продумывать концепцию нового бренда OLOLOL, который должен был заменить не успевший выйти в прибыль Terekhov Girl.

Оборот ООО «Русмода» и ООО «Ателье Русмода» в 2018-м составил 743 млн рублей, в 2019 году — 700 млн рублей. Убыток при этом возрос с 16 млн до 92 млн рублей. На показателях сказалась конкуренция, считает источник Forbes на модном рынке: «Конкуренции стало очень много — вот хотя бы бойкие 12Storeez шьют не менее качественную «базу», чем Терехов в свое время, и переплачивать за буржуазную шелковую кремовую блузку люди перестали. А креативные коллекции Саши [Терехова], за которые реально хотелось платить, остались в прошлом. Сложный сегмент: у кого есть деньги, купят [одежду итальянского премиум-бренда] Brunello Cucinelli, у кого нет — 12Storeez, а Терехов был прям посередине по цене».

Лаврентьева считает, что причиной проблем бренда стали общие для всей модной отрасли тяжелые времена, связанные с очередным падением рубля в 2018 году. «Это не только у нас, а у всех», — говорит предпринимательница.

Выйти красиво

2020 год для «Русмоды», как и для многих других компаний, начался с пандемического удара: в феврале у одежных брендов и ателье, по словам Лаврентьевой, «начали очень сильно падать продажи». В марте они встали полностью, так как основной доход приносили офлайн-бутики, закрытые из-за режима самоизоляции. При этом у компании был большой штат из 300 сотрудников, зарплатный фонд в 25 млн рублей в месяц и кредит на кассовые разрывы на «десятки миллионов рублей», перечисляет предпринимательница. В условиях нулевой выручки ей пришлось продать фабрику в Ростове (детали сделки она не раскрывает), закрыть четыре бутика (остался один  на «Петровке») и уволить половину персонала. Убытки и расходы на выплаты при сокращениях, по ее словам, покрывала «из собственного кармана».

В беседе с Forbes Лаврентьева призналась, что на решение закрыть бренды Alexander Terekhov и Terekhov Girl повлияло отсутствие Терехова в России в период, когда компания «переживала настоящую войну». Терехов 20 марта  аккурат перед закрытием границ  улетел пережидать изоляцию в Таиланд (это подтвердил близкий к Терехову источник). «Мне [в этом время] приходилось увольнять людей, закрывать магазины. Тем более что бутик в «Метрополе» был просто шикарный, мы в него вложили огромную сумму денег. И там два бутика Terekhov Girl тоже недавно построены, дорогие, была куча людей. Это все был огромный стресс. Я с этим справлялась сама, одна со своей командой здесь. Саша был там. Естественно, это повлияло на то, что больше не хочется вкладывать силы в кого-то другого», — объясняет Лаврентьева.

«Я с этим справлялась одна со своей командой. Естественно, больше не хочется вкладывать силы в кого-то другого»

Дизайнер и не должен был помогать спасать компанию, потому что был не совладельцем, а лишь наемным сотрудником, рассуждает источник Forbes, близкий к «Русмоде». «Все свои трудовые функции из Таиланда он продолжал реализовывать: делал онлайн-примерки, готовил коллекцию», — отмечает собеседник Forbes.

В середине марта всем сотрудникам «Русмоды» снизили зарплату на 50% — об этом говорит источник Forbes и подтверждает Лаврентьева. «В июне сообщили, что все, кто [физически] не выйдет на работу, отправляются в неоплачиваемый отпуск. Допускаю, что Александр [Терехов] из-за этого сам завершил отношения с компанией», — говорит собеседник, близкий к компании. Лаврентьева подтвердила, что уведомила Терехова о том, что при невыходе на работу в июне он отправится в неоплачиваемый отпуск: «Если человек не выходит на работу, когда закончился карантин, он идет в отпуск за свой счет. Это понятно». По словам предпринимательницы, менеджмент «Русмоды» получил от дизайнера заявление на увольнение по собственному желанию и дал добро на его уход.

19 июня Оксана объявила в своих Instagram-аккаунте и Telegram-канале о закрытии Alexander Terekhov и Terekhov Girl, прекращении сотрудничества с Александром, запуске новой компании Oxana Lavrentieva & Co и собственного бренда одежды OLOLOL. Вопрос о том, как Терехов узнал о решении — из поста или лично от предпринимательницы, — Лаврентьева не комментирует. Источник Forbes, близкий к компании, уверяет, что лично с дизайнером Оксана не связалась, и новость он узнал из поста. «В принципе, наверное, ей давно хотелось написать этот самый пост, заняться тем, чем она хочет заняться давно [своим брендом]. Просто вот сейчас все совпало, появилась возможность выйти красиво», — добавляет он. 

Бутик Terekhov Girl
Бутик Terekhov Girl

После новости о распаде тандема интервью с Оксаной опубликовали издания «РБК Стиль» и The Blueprint, также тему с ней обсудила Тина Канделаки в прямом эфире в своем Instagram-аккаунте с 2,7 млн подписчиков. Количество поисковых запросов по ключевым словам «Лаврентьева Терехов» возросло с 98 в мае до более чем 700 в июне, свидетельствуют данные «Яндекса».

Смысл поста Лаврентьевой «очевидный ажиотаж», который таким образом предпринимательница создала вокруг своей персоны и запуска нового бренда, считает Михаил Друян: «Оксана — опытный мастер интриги. Очевидно, это яркая вспышка, которую она, безусловно, вправе получить». Лаврентьева эту версию опровергает: «Бренда OLOLOL еще нет, и появится продукт только через год — какой смысл сейчас привлекать к нему внимание?» Главной целью поста, по ее словам, было сообщить о закрытии бренда «из первых рук, а не по слухам».

Развод и Сашина фамилия

ООО «Русмода», по словам Лаврентьевой, в скором времени будет закрыто. «Сейчас я распродам коллекции Александра Терехова (дизайнер успел сделать коллекцию весна-лето 2021 она поступит в продажу позже, — и осень-зима 2020/2021, которая уже отшита и скоро станет доступна покупателям. — Forbes), завершу все свои дела, — говорит она. — Это будет совершенно новое юрлицо [компании Oxana Lavrentieva & Co], в котором партнерами будет моя команда». Совладелицами бизнеса станут женщины из числа ключевых сотрудниц «Русмоды», обещает предпринимательница.

«Саша в глубоком и радостном подполье»

Новая компания начнет развивать бренд OLOLOL и продолжит заниматься корпоративным направлением. Но якорный корпоративный клиент S7 Airlines сотрудничать с Лаврентьевой пока не планирует. «На фоне коронакризиса вопросы формы не в приоритете», — пояснили в пресс-службе авиакомпании. «Этот жирный сегмент рынка [униформы для корпораций] загнулся, но, думаю, производство Оксана может с хорошим [новым] заказом возродить», — считает источник Forbes на модном рынке. Другие корпоративные заказчики и партнерские магазины продолжат сотрудничать с новой компанией, уверяет Лаврентьева.

Основой бренда OLOLOL станут повседневные удобные вещи middle или middle-up-сегментов. «Нарядного будет очень мало [в отличие от бренда Alexander Terekhov]», — подчеркивает предпринимательница. «Их с Александром эстетическое видение одежды в последнее время сильно расходилось, — считает Forbes источник, близкий к «Русмоде». — Оксана отдает предпочтение более удобным вещам. И более коммерческим в плане бизнеса. Она хочет лично контролировать креативный процесс и создавать одежду, которую любит сама».

Дизайном нового бренда будет заниматься Мария Корончик, которая много лет работала с Тереховым. Но концептуально это будет «отдельный бренд с другим позиционированием, новой ассортиментной матрицей и ценовой политикой», поясняет источник, близкий к «Русмоде». «У Оксаны сильный личный бренд ее Instagram имеет очень активную платежеспособную аудиторию (на два аккаунта Лаврентьевой — olololnew и oxana_lavrentieva — подписаны в сумме 505 000 человек. — Forbes). Также есть мощная база инфлюенсеров, которые будут готовы ее поддержать. Это хороший плацдарм для запуска бренда. В целом, на мой взгляд, успех зависит от того, насколько четко и грамотно в новой компании будут выстроены бизнес-процессы», — добавляет собеседник Forbes.

«Сашины эскизы, лекала — это все сделано на мои деньги. Это не совместно нажитое имущество»

Источником финансирования нового бренда в посткоронавирусной реальности может стать продажа бренда Alexander Terekhov инвестору, считает Анна Лебсак-Клейманс. «Сам бренд Alexander Terekhov имеет ценность и накопленный медийный вес. Продажа может стать очень красивой сделкой и разумным источником дохода для Оксаны Лаврентьевой, умным и взвешенным итогом взаимно полезного делового партнерства», — говорит эксперт.

Однако сама Лаврентьева принадлежащие «Русмоде» бренды с именем Терехова продавать пока не собирается. Официальные соцсети марок также останутся за ней: «Что принадлежит компании — принадлежит мне, включая Сашины эскизы, Сашины лекала, это все сделано на мои деньги. Это не совместно нажитое имущество — мы не были партнерами, он был человеком на зарплате. Продавать тоже пока не собираюсь. Но это всегда вопрос цены: если появится кто-то с интересным предложением, я буду его рассматривать». «Оксану я тоже могу понять: у нее уже был конфликт с Аленой Ахмадуллиной, и она после соприкосновения с веселым фешен-бизнесом хотела все», — рассуждает Михаил Друян.

Яна Рудковская оценивает нынешнюю стоимость обоих брендов в сумму около $10 млн (на пике популярности, по словам продюсера, актив стоил в три раза дороже: «Я знаю людей, которые были готовы купить и инвестировать в него [по оценке $30 млн]»). По словам источника Forbes, близкого к Терехову, дизайнер исходом остался доволен. Ни на права, ни на выплаты от «Русмоды» он не претендует — «Саша в глубоком и радостном подполье».

Чем именно дизайнер будет заниматься теперь, источник, близкий к Терехову, не говорит. «Если Миша [Друян] найдет ему инвесторов, то будет интересная история, если не найдет, то это будет маленькое, очень кутюрное ателье», — прогнозирует Рудковская. «Возможно, Александр решит работать с клиентами индивидуально после закрытия бренда поклонницы не перестанут любить его творчество, — считает другой источник Forbes, близкий к «Русмоде». — Если говорить о прежних масштабах производства, то для этого, конечно же, понадобятся инвестиции. Но у Александра очень много преданных клиенток: Наталья Водянова, Алсу, Светлана Бондарчук, Надежда Оболенцева, Екатерина Варнава, которые, я уверена, будут рады предложить помощь, если сам Александр этого захочет».

Дополнительные материалы

От Хабиба до Билана: самые высокооплачиваемые российские звезды до 40 лет