Путин и кто-то еще: ждать ли кадровой революции после президентских выборов 2024 года
![Фото ANATOLY MALTSEV / EPA](https://cdn.forbes.ru/forbes-static/c/608x342/new/2023/12/TASS-66063643-copy-658c3818b6716.jpg)
Сами по себе президентские выборы выглядят сегодня довольно очевидным и предсказуемым событием российской политики в 2024 году. Голосование пройдет с 15 по 17 марта. Возможно, есть некая интрига в том, кто еще, кроме Владимира Путина, будет включен в избирательный бюллетень и кто займет второе и третье место, но значимость этого сюжета довольно трудно преуменьшить. Центризбирком подведет итоги в положенные сроки, инаугурация состоится в день окончания предыдущего срока. Курс заявлен, цели и задачи определены. А на вопрос, будет ли вторая волна мобилизации и когда ее проведут, сегодня ответить не сможет, наверное, никто.
Правила пересадок
Остросюжетные вопросы начнутся при формировании органов власти. И первый вопрос — когда именно это произойдет. По Конституции, президент после инаугурации примет отставку правительства, назовет имя премьер-министра и поручит ему, после утверждения Госдумой, формирование нового кабинета.
Невозможно дать стопроцентную гарантию того, что премьером останется Михаил Мишустин, равно как нет никакой гарантии обратного. Соответственно возникают вопросы и с составом правительства, а это десятки назначений и перемещений сразу на нескольких уровнях.
Ожидание кадровой встряски обычно создает нервозность в государственном аппарате. Избежать этого можно, только обозначив некоторую определенность. Для того есть разные способы. Самый очевидный использовался в марте 2004 года, когда Владимир Путин уволил премьер-министра Михаила Касьянова (признан Минюстом иноагетом) за несколько дней до выборов и поручил составить правительство Михаилу Фрадкову. Его отставка в мае того же года вместе со всем кабинетом была сугубо технической, как техническим премьером — вплоть до увольнения в сентябре 2007 года — считали и самого Фрадкова. Мартовское кадровое решение подтвердило консолидацию власти в руках Путина и его команды, уже без союзников и попутчиков. Вся вертикаль получила ожидаемый ясный сигнал.
Сам по себе выбор премьер-министра окончательной стабильности еще не гарантирует. Весной 2018 года практически не было сомнений в том, что на хозяйстве в Белом доме остается Дмитрий Медведев. Вопрос заключался в составе правительства — насколько премьеру удастся на должностях сохранить тех, кто считался членами его команды. Ротация получилась довольно масштабной, не все из старой премьерской команды попали в новый кабинет.
Аппаратные традиции предполагают, что одновременно с формированием нового правительства переутверждается и руководство администрации президента. Однако тут есть важный нюанс. За вычетом 2008 года, когда вообще все было очень необычно в связи с временным переездом Владимира Путина на пост главы кабинета министров, состав руководства АП корректируется еще до президентских выборов, а после инаугурации главы государства назначения случаются уже не на главных этажах Старой площади. Это тоже своего рода аппаратная традиция, которая, правда, с некоторых пор соблюдается не в полном объеме: руководство АП по большому счету не менялось с 2016 года. Но Владимиру Путину вообще свойственен кадровый консерватизм, с кем-то из тех, с кем работал с начала века, он уже попрощался, но и привычных лиц тоже хватает.
Вот, собственно, и вопрос: станет ли комплектование новой команды в Белом доме началом процесса кадрового обновления на всех, кроме самого верхнего, уровнях системы? Речь идет не просто о появлении новых фамилий, а о нескольких категориях новой номенклатуры, тщательно выращивавшейся в последние годы.
Скамейки запасных
Своего часа ждут главы регионов — технократы призыва 2017–2019 годов, явно рассчитывавшие на федеральное продолжение своей карьеры, да и вообще все слушатели курсов «лидеров», организованных за последние годы первым замглавы администрации президента Сергеем Кириенко. Мастерить кадровый лифт и не давать на нем заехать по-настоящему высоко опасно — можно поставить под сомнение смысл самой технологии.
Безусловно, расслышали все полученные за последнее время авансы участники «спецоперации»* и чиновники, работавшие и работающие на так называемых «новых территориях». Их выдвижение на первые позиции для Путина не просто замещение освобождающихся должностей, но и подтверждение его курса.
Есть, наконец, общественники, которые изо всех сил поддерживают курс Владимира Путина, а заодно ищут скрытых и явных врагов. Глава российского антиглобалистского движения Александр Ионов уже получил место в президентском совете по правам человека, но он же не один. Чувствуя напор со стороны общественности, не прочь поменять охотнорядские кресла на стулья в органах исполнительной власти многие депутаты. До думских выборов осталось всего ничего, а там пойди получи гарантии включения в список.
Вопрос наступающего года: начинается кадровая революция или же будет признано, что в 2024 году для нее еще рановато?
А это в свою очередь зависит от того, что будет делать президент в первый год нового срока. Точнее, от скорости этих действий.
Планов громадье
Начиная с 2007 года «лихие 90-е» были тем самым «проклятым прошлым», от наследия которого, по мнению политического руководства, следовало как можно быстрее отказаться. Во временах правления Бориса Ельцина искали корни всех недостатков и бед, которые пришлось преодолевать. Чаще всего о «лихих 90-х» говорили те, кто сделал карьеру именно тогда, впрочем, точно так же ниспровержением власти КПСС занимались ее функционеры и специалисты по марксистско-ленинской философии.
Клише про «лихие 90-е» используется и сейчас, но увесистости в нем все меньше, прошло слишком много времени. Можно также считать, что основные, с точки зрения нынешнего руководства, упущения предшествующего периода исправлены или спешно исправляются: от роли государства во всех сферах политики, экономики и общественной жизни до отношений с миром.
Возможно, теперь на очереди «стабильные нулевые», период, который долгое время был гордостью путинской системы власти. Однако на любом солнце можно найти подходящие к моменту пятна. Вспомнить, например, что в именно в нулевые был не только взят, но и реализован курс на максимальную интеграцию в мировую экономику, что изрядно аукнулось при резкой смене внешнеполитического курса.
Или, что гораздо важнее, негласный контракт между обществом и властью — «вы не лезете в политику, зато в частной жизни делаете что хотите и как хотите». Что опять же создало проблемы, когда власти понадобилось большее участие населения в реализации ее планов. Протестующих во все годы — даже в 2011–2012 годах — было мало, но и готовность словом, делом и рублем поддерживать политику государства тоже оказалась не той, что ожидали в Кремле. Это и реакция на мобилизацию сентября 2023 года, и очень условный энтузиазм по всем остальным вопросам.
Власти придется отказываться как минимум от этой части наследия «стабильных нулевых». Причем начиная с себя. Но сделать это резко не получится как минимум по двум причинам. Во-первых, публично разоблачать годы правления Владимира Путина невозможно, хоть упоминай, хоть не упоминай действующего президента. Во-вторых, сегодня практически на всех этажах управления находятся люди, для которых «стабильные нулевые» — это либо время начала карьеры, либо ее стремительного рывка. Время для номенклатуры, да и для всех остальных было довольно хорошим, никто из тех, кто тогда был при делах, не отказался бы повторить. Нынешние отличия от «стабильных нулевых» кажутся людям из власти и бизнеса пока переносимыми, но только потому, что выглядят временными. Вот произойдут некоторые события, все как-то наладится и можно будет вернуться обратно: кто на яхты, кто на шопинг. Это не политические убеждения, это жизненные привычки, которые просто так не поменять. Так же как и охоту к светским развлечениям, которые теперь вызывают столько нареканий.
Но не факт, что бонвиванские настроения значительной части руководящих и управляющих слоев совпадают с позицией всего политического руководства или его радикального крыла. Поэтому готовность к немедленному кадровому обновлению, привлечению новых управленцев, которые попробуют зажечь энтузиазмом массы или обойдутся без сомнений в верности избранного курса, — это прощание с собственным прошлым, для которого нужно иметь четкое представление о будущем. Возможно, для такого поворота одного 2024 года будет мало.
Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора
* Согласно требованию Роскомнадзора, при подготовке материалов о специальной операции на востоке Украины все российские СМИ обязаны пользоваться информацией только из официальных источников РФ. Мы не можем публиковать материалы, в которых проводимая операция называется «нападением», «вторжением» либо «объявлением войны», если это не прямая цитата (статья 57 ФЗ о СМИ). В случае нарушения требования со СМИ может быть взыскан штраф в размере 5 млн рублей, также может последовать блокировка издания.