Госдума 17 июля приняла во втором чтении законопроект «О внесении изменений в КоАП РФ». Документ, внесенный на рассмотрение еще в октябре прошлого года, касается транспортно-экспедиционной деятельности, но всеобщий интерес к нему вызвали внезапно внесенные ко второму чтению поправки, не имеющие никакого отношения к основной теме законопроекта. Правительство и несколько сенаторов предложили дополнить главу 13 Кодекса об административных правонарушениях новыми нормами, прежде всего статьей «Поиск заведомо экстремистских материалов и получение доступа к ним, в том числе с использованием программно-аппаратных средств доступа к информационным ресурсам, информационно-телекоммуникационным сетям, доступ к которым ограничен». Статья устанавливает в качестве административного правонарушения «умышленное осуществление поиска в информационно-телекоммуникационной сети Интернет заведомо экстремистских материалов и получение доступа к ним». За это граждан предлагают штрафовать на сумму от 3000 до 5000 рублей.
Запретная информация
Информация, на поиск и получение доступа к которой предлагается наложить запрет, состоит из двух частей. Первая — материалы, официально включенные в федеральный список экстремистских материалов, который сегодня насчитывает более 5400 позиций. Вторая — не включенные в указанный список экстремистские материалы, предназначенные для распространения либо публичного демонстрирования документы либо информация на иных носителях, призывающие к осуществлению экстремистской деятельности либо обосновывающие или оправдывающие необходимость осуществления такой деятельности в соответствии с федеральным законом «О противодействии экстремистской деятельности».
Если понимать это буквально, то единственным способом избежать привлечения к ответственности останется предварительное ознакомление с перечнем экстремистских материалов и отказ от их поиска. Действительно, ввод любого наименования информационного материала (песни, фильма, статьи или книги), находящегося в федеральном перечне или обладающего признаками экстремистских материалов, согласно закону, будет свидетельствовать об умышленном поиске такого материала и желании получить к нему доступ. Доказать, что пользователь случайно ввел в поисковую строку название конкретного материала и получил к нему доступ, будет практически невозможно. Аргумент о том, что пользователь не знал об экстремистском характере материала, скорее всего, будет толковаться правоприменителем как попытка уйти от ответственности. Проблема, однако, заключается в том, что, если с многотысячным федеральным перечнем экстремистских материалов, находящихся в публичном доступе, пользователь еще может как-то сверяться, выполнить второе условие и оценить на предмет наличия экстремизма материалы, не включенные в перечень, будет практически невозможно, особенно для человека, не знакомого с юридической наукой.
Умысел и заведомость
По замыслу авторов инициативы, поиск заведомо экстремистских материалов и получение доступа к ним должны осуществляться умышленно. Достаточным доказательством наличия умысла, скорее всего, будет считаться сам факт поиска конкретных информационных материалов, например ввод в поисковую строку браузера названия музыкального трека, который попал в федеральный перечень экстремистских материалов. Заведомость экстремистских материалов, то есть предварительная осведомленность пользователя о том, что искомый материал обладает экстремистскими признаками, вероятнее всего, будет предусматриваться по умолчанию — во-первых, потому, что федеральный перечень экстремистских материалов находится в публичном доступе и каждый может с ним ознакомиться, а во-вторых, потому, что описание экстремистских признаков есть в законе, который также доступен каждому пользователю.
Проблема с такой конструкцией предложенного состава правонарушения заключается в том, что к ответственности могут быть привлечены пользователи, которые умышленно будут искать и получать доступ к указанным материалам, например, в исследовательских, научных или профессиональных целях. Согласно буквальному содержанию предложенной нормы, журналист, готовящий статью о недавно внесенном в федеральный перечень экстремистских материалов музыкальном треке, или ученый, занимающийся исследованием истории фашистской партии Италии, станут правонарушителями в строгом соответствии с буквой закона.
Здесь стоит отметить, что с подобными дефектами законодательства о борьбе с экстремизмом российские правоприменители уже сталкивались в 2018 году на фоне общественного резонанса вокруг уголовного дела блогера Марии Мотузной, которую обвиняли в оскорблении чувств верующих. Тогда появилось постановление Пленума Верховного суда №32, действующее и сегодня с небольшими поправками. В нем суд дал важные разъяснения относительно доказывания умысла на распространение экстремистских материалов: «При решении вопроса о наличии или об отсутствии у лица прямого умысла и намерения побудить других лиц к осуществлению экстремистской деятельности <...> цели возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства при размещении материалов в сети Интернет <...> суду следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать в том числе форму и содержание размещенной информации, ее контекст, наличие и содержание комментариев данного лица или иного выражения отношения к ней» (п. 8).
Кроме того, суд отдельно подчеркнул, что не является экстремизмом «высказывание суждений и умозаключений, использующих факты межнациональных, межконфессиональных или иных социальных отношений в научных или политических дискуссиях и текстах и не связанных с реализацией намерения побудить других лиц к осуществлению экстремистской деятельности <...> либо с преследованием цели возбудить ненависть либо вражду, а равно унизить достоинство человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе» (п. 8).
Новые поправки не касаются распространения экстремистской информации, но по степени неопределенности оснований для привлечения пользователей к административной ответственности превосходят даже действующее уголовное законодательство о противодействии экстремизму.
Поиск или доступ
Добавляет проблем и лингвистическая конструкция новых норм КоАП. Например: «Умышленное осуществление поиска заведомо экстремистских материалов и получение доступа к ним». Принято считать, что в контексте права союз «и» означает, что оба условия, то есть поиск и получение доступа, должны выполняться одновременно для наступления в данном случае административной ответственности. Иными словами, это означает, что сам факт поиска экстремистского материала не должен быть достаточным основанием для привлечения к ответственности, если пользователь не перешел по ссылке. Однако в таком случае верно и обратное утверждение: непосредственный переход по конечной ссылке, содержащей экстремистский материал, без предварительного поиска такого материала тоже не должен влечь за собой административную ответственность, например когда пользователь получает такую прямую ссылку от своего знакомого. Но в таком случае инициатива будет лишена того смысла, которую в нее очевидно закладывает законодатель, — предотвращение потребления запрещенного контента. Более того, если бы законодатель не считал самостоятельным признаком объективной стороны правонарушения сам факт «умышленного поиска» экстремистских материалов, он бы не акцентировал на нем внимание, ограничившись указанием на результат действий пользователя — получение доступа к экстремистскому материалу. Это позволяет предположить, что на практике толкование предложенной нормы будет расширительным и высок будет риск оказаться привлеченным к административной ответственности даже за неудачный поиск экстремистских материалов.
Пока предложенная норма содержит в себе гораздо больше вопросов, чем ответов, как с процессуальной стороны, так и с точки зрения здравого смысла. При этом многочисленные разъяснения и комментарии сторонников принятия законопроекта едва ли могут исправить эту ситуацию, поскольку не имеют никакой обязательной силы для правоприменителя и суда.
Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора