Асинхронный перевод: почему бизнесу не стоит спешить с русификацией

С 1 марта 2026 года начал действовать закон о защите русского языка от чрезмерного использования заимствований в публичном пространстве. Именно так его позиционировали депутаты. Предприниматели же называли предстоящие изменения «русификацией вывесок».

Далеко не каждый закон вызывает такой всплеск паники и безудержной активности еще до того, как начинает действовать. Но в ситуации с запретом на использование иностранных слов создавалось ощущение, что связанные с ним риски во многом преувеличиваются. Бизнес срочно менял вывески, нес немалые расходы на печать меню и прочих информационных материалов, приводил в порядок сайты и страницы в соцсетях, ломал голову над тем, как переводить Wi-Fi и техническую документацию. Telegram-каналы переименовывались с иностранного на русский, медиа переживали, что все, от названий СМИ до рубрик, должно быть переведено, и даже музыканты задумались о русификации творческих псевдонимов и названий групп.

И вот 1 марта наступило, а апокалипсис не случился.

О чем говорит закон

Нужно ли все это? Конечно, нет. Столь расширительное толкование и правоприменение вызвано скорее самоцензурой и противоречивыми комментариями экспертов. Нужно понимать, что запрета на иностранные слова никто не вводил.

Изменения были внесены в закон о защите прав потребителей. В нем появилась статья 10.1, устанавливающая необходимость перевода на русский информации, предназначенной для публичного ознакомления потребителей, которая размещается в общедоступных местах с использованием вывесок или иных средств размещения информации при осуществлении торговли, бытового и иных видов обслуживания потребителей. И в законе приводятся примеры таких средств размещения: надписи, указатели, внешние поверхности, информационные таблички, информационные знаки, конструкции, сооружения, технические приспособления и другие носители. Именно информация на таких объектах, расположенных в общедоступных местах, должна быть на русском или с дублированным переводом.

Есть два важных аспекта. Во-первых, закон действует только на В2С сектор. Речь идет исключительно об информации для потребителя, приобретающего товары или услуги для личных, семейных, домашних и иных нужд. Компании, продающие товары или оказывающие услуги для других компаний и предпринимателей, под действие нового закона не подпадают.

Во-вторых, с 1 марта ничего не меняется в отношении информации о производителе и продавце товаров или исполнителе услуг, о самих товарах и услугах. Об этом есть оговорка в законе. Какая именно информация о товарах, услугах, их производителях, продавцах и исполнителях должна быть на русском, определено в статьях 9 и 10 закона о защите прав потребителей очень давно. Не касаются новации и рекламного рынка: уже много лет закон о рекламе прописывает порядок использования иностранных слов в рекламных материалах. Поэтому стремление переименовать абсолютно все, включая товары, иностранные слова в маркетинговой коммуникации с клиентами, названия Telegram-каналов, сайты и наименования брендов, явно избыточно и ничем не обосновано. 

Как правильно исполнить новые требования закона в отношении публичной информации для потребителя на вывесках и других информационных конструкциях:

• Перевести иностранное слово на русский. Написать его кириллицей — не выход, нужен именно равнозначный перевод. Заимствованные иностранные слова из утвержденного правительством перечня словарей, ставшие частью русского языка, можно использовать свободно. Например, бьюти в словарях нет, бистро — есть.

• Продублировать переводом иностранное слово, указав оба. Например, ВЫХОД/EХIT. Важно, что русское слово должно быть первым, оба слова должны быть одним шрифтом, размером, тождественны по формату.

• Продолжать использовать иностранные слова, если они зарегистрированы как товарный знак или используются в фирменном наименовании. Если регистрация товарного знака достаточно долгий и дорогой способ «русифицировать вывеску», то изменить фирменное наименование стоит 800 рублей. Только доступна эта опция исключительно для юрлиц.

Что с интернетом?

Отдельная бурная дискуссия случилась из-за неоднозначных разъяснений Роспотребнадзора, которые ведомство выпустило за день до начала действия новых требований о русском языке. Как мы видим, закон говорит исключительно об информации офлайн, которая размещается для потребителя публично в общедоступных местах. Ведомство же сообщило, что сайты являются общедоступным местом при осуществлении торговли, бытового и иных видов обслуживания потребителей, а значит, информация на них тоже должна быть переведена на русский. 

Это было очень спорное утверждение, сразу вызвавшее возражения юристов. Интернет не признается общедоступным местом в правоприменительной и судебной практике, поскольку виртуальное пространство не может считаться общественным местом априори. Но, к сожалению, подвергать сомнению позицию контролирующего органа мало кто решится, поэтому предприниматели активно аудируют свои сайты и соцсети. 

Лучше подождать

Ключевой вопрос про ответственность. Что будет, если ничего не менять? Уже месяц я профессионально замечаю совершенно разное исполнение новых требований среди магазинов и заведений общепита. Кто-то все подряд перевел на русский, кто-то только вывеску заменил, но есть ощущение, что большинство предпринимателей затаились в ожидании первых кейсов. Совершенно не осуждаю и даже склонна считать, что это вполне разумная стратегия. 

Специальной нормы за использование иностранных слов в вывесках и информации для потребителя нет. Предположительно, к ответственности будут привлекать по статье 14.8 КоАП, а это предупреждение или штраф от 500 рублей до 1000 для ИП, и 5000-10 000 рублей для юридических лиц. Роспотребнадзор может еще выдавать предписания об устранении нарушений, и не факт, что сразу случится штраф.

О случаях привлечения к ответственности пока ничего не известно. И это лишь подтверждает, что пугать себя страшными последствиями невыполнения закона и менять абсолютно все иностранное не стоит. Как это нередко бывает, те, кому нужно исполнять закон, поспешили сделать то, что от них и не требовали.

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора