Срочный вопрос: остановят ли предложения Минэкономразвития поток дел о деприватизации

За 2022-2026 годы по деприватизационным основаниям было подано и удовлетворено около 30 известных нам исков прокуратуры. Самыми крупными национализированными активами стали АО «Метафракс Кемикалс», АО «ЧЭМК» и иные металлургические активы Юрия Антипова, а также принадлежавшие ему и его семье ООО «Группа компаний Ариант» и ООО «Кубань-Вино», изъятые в счет неосновательного обогащения от использования незаконно приватизированного имущества. Самым громким в 2025 году делом по данной категории стало изъятие акций у миноритариев Соликамского магниевого завода (СМЗ), которые приобрели акции на бирже. Особый резонанс делу придал Центральный банк, выступивший в защиту прав миноритарных акционеров СМЗ. 

Данная категория исков не самая многочисленная среди всех дел о национализации, но одна из наиболее обсуждаемых в обществе. Вопросы возникали как к игнорированию судами «самоуправства» регионального органа власти, который незаконно разрешил приватизацию без согласования с федеральным центром, так и к неприменению правил о невозможности изъятия имущества у добросовестного приобретателя или правил о приобретательской давности.

Однако самым актуальным был и остается вопрос исчисления сроков исковой давности: ответчики из процесса в процесс заявляли ходатайства об истечении срока исковой давности, а после отказа в их удовлетворении в апелляции настаивали на том, что не могут быть пересмотрены сделки, совершенные 25-30 лет назад.

Суды отклоняли эти доводы по разным основаниям: кто-то ссылался на отсутствие сроков давности для исков прокуратуры по статье 208 ГК РФ, кто-то — на исчисление срока давности не с момента приватизации, а с момента, когда Генпрокуратура узнала о нарушениях путем проведения проверки. Был и вариант расчета срока заново по отношению к каждому последующему владельцу спорного имущества, что значительно продляло срок на истребование актива.

Подход, в соответствии с которым расчет срока исковой давности должен вестись с момента, когда прокуратура узнала о нарушении, Верховный суд закрепил в деле о приватизации земель лесного фонда Самарской области в конце 2025 года.

При этом еще по итогам Петербургского международного экономического форума 2025 года президент поручил правительству разработать изменения в законодательство, предусматривающие установление сроков исковой давности и порядка их исчисления при оспаривании сделок приватизации.

Что предлагает Минэкономразвития

Российский Гражданский кодекс содержит общее правило о сроках исковой давности: три года (пункт 1 статьи 196 ГК РФ) со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, — так называемый субъективный срок, и в любом случае не более 10 лет со дня нарушения права — объективный срок.

Это значит, что на самом деле проблема состоит не в законодательном установлении срока исковой давности, а, скорее, в правилах определения момента начала его отсчета, которые последние годы произвольно меняются. 

Если решать проблему с помощью поправок в ГК, то надо четко определить конкретный момент отсчета срока давности — либо с даты решения о приватизации, подписанного уполномоченным органом, либо с даты перехода имущества из государственной в частную собственность.

В разработанном Минэкономразвитии и согласованном в правительстве законопроекте предлагается сформулировать в статье 217 ГК РФ правило о том, что при рассмотрении исков о допущенных при приватизации нарушениях закона применяются установленные ГК сроки исковой давности и правила их исчисления, то есть три года с момента нарушения права и 10 лет с момента выбытия имущества из публичной собственности. Суд должен отказать в удовлетворении исков Российской Федерации, субъектов РФ и муниципальных образований об истребовании приватизированного имущества, если после выбытия имущества из владения прошло 10 лет.

Что предлагал бизнес

В поручении президента по итогам ПМЭФ говорилось о том, что в разработке поправок должны участвовать ведущие деловые объединения.

Рабочая группа по управлению налоговыми рисками при Торгово-промышленной палате предлагала не ограничивать перечень истцов, к искам которых применяется срок давности только публичными образованиями: РФ, субъектами федерации и муниципальными образованиями, а добавить в качестве истцов также прокуратуру, которая инициирует 99% исков о национализации.

Ранее РСПП разработал собственный законопроект, уточняющий порядок исчисления сроков исковой давности в делах об оспаривании сделок приватизации. Поправки предлагалось внести в статью 42 Федерального закона «О приватизации государственного и муниципального имущества», однако цель была такая же: обозначить единую точку отсчета срока исковой давности — со дня подписания документов, подтверждающих передачу имущества приобретателю по сделке приватизации. Кроме того, РСПП предлагал указать на неприменимость к спорам об оспаривании приватизации статьи 208 ГК РФ, на которую регулярно ссылается Генпрокуратура, — в статье сказано, что на иски о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ сроки давности не распространяются.

Что получается

Начать стоит с плюсов. Прежде всего есть надежда, что поправки в Гражданский кодекс позволят установить некую стабильность гражданского оборота и итоги массовой приватизации не будут находиться под угрозой. 

Технически законопроект констатировал, что на иски о деприватизации распространяется срок исковой давности. Это значит, что суды больше не смогут отказывать в его применении на основании того, что иск прокуратуры — это иск о защите личных неимущественных прав и иных нематериальных благ, на который срок давности не распространяется.

Кроме того, установлен момент расчета объективного срока исковой давности: 10 лет с момента выбытия имущества из собственности государства.

Теперь о минусах.

Во-первых, законопроект содержит конкретных истцов, на иски которых распространяется срок исковой давности: Российская Федерация, субъекты РФ и муниципальные образования. При буквальном толковании это означает, что если истцом выступает Генпрокуратура, то данное правило не действует. Для б́ольшей определенности стоило бы закрепить в законе, что срок исковой давности распространяется и на иски любых иных лиц, действующих в интересах соответствующих публичных образований. 

Во-вторых, законопроект не спасает от судейского усмотрения в вопросе применения или неприменения сроков исковой давности. Так, в октябре 2025 года Верховный суд по делу об изъятии акций Ивановского завода тяжелого машиностроения указал, что при рассмотрении деприватизационных исков суд может отказаться от применения срока давности, если данный механизм используется в ущерб публичным интересам, под которыми понимается, например, прекращение производства на предприятии продукции военного назначения.

Поскольку понятие «публичный интерес» достаточно широкое, усмотреть его суд может в любом деприватизационном иске. 

В-третьих, приватизация нередко происходила с нарушениями, которые могут быть объяснены коррупцией. На антикоррупционные иски, как указал в 2024 году Конституционный суд, сроки давности не распространяются. Таким образом, обстоятельства потенциальных дел об отмене приватизации можно квалифицировать как нарушение антикоррупционных норм.

В-четвертых, неясен такой аспект, как добросовестность приобретения. В поручении президента говорится об изменениях в законодательство «в целях защиты права собственности добросовестных приобретателей имущества». Эта формула перекочевала и в пояснительную записку к законопроекту Минэкономразвития. Однако в предложенной редакции статьи 217 ГК РФ слово «добросовестный» отсутствует. 

При этом имеется практика судов по толкованию нормы с использованием пояснительной записки к законопроекту, которым эта норма была предложена. Например, Верховный суд толковал таким образом статьи 248.1 и 248.2 Арбитражного процессуального кодекса.

Может сложиться ситуация, когда суды в каждом конкретном случае будут анализировать добросовестность приобретения и при установлении недобросовестности приобретателя отказывать в применении срока исковой давности.

Наконец, не совсем ясно, распространяется ли обсуждаемый законопроект на иски, основанные на совокупности нарушений — законодательства о приватизации, об охране природы или защите культурных ценностей. Предполагаем, что, как и в случае с антикоррупционными исками, суд может посчитать, что сроки исковой давности на подобные иски не распространяются.

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора