Выбор цели: к чему готов Китай в противостоянии с Западом

Фото Frederic J. Brown / Pool via REUTERS
Фото Frederic J. Brown / Pool via REUTERS
Немедленный ответ Пекина на западные санкции и бойкот компаний, критикующих китайскую политику в Синьцзяне, создают впечатление разгорающейся схватки, где ставки могут только расти. Однако сам Китай предпочел бы уклониться от этой игры и будет строго дозировать ответные меры, считает старший научный сотрудник Института международных исследований МГИМО Игорь Денисов

Неофициальный бойкот

До сих пор в качестве успешного примера китайских санкций против союзника США вспоминают историю с решением Южной Кореи в 2016 году разместить у себя американские системы противоракетной обороны (ПРО) THAAD. Китай, посчитавший это угрозой своей безопасности, не стал играть военными мускулами, а предпочел развернуть многоуровневую атаку на интересы корейского бизнеса.

Китайский новый год: почему частным инвесторам стоит присмотреться к Китаю

Формально санкции не были введены, но Пекин не слишком скрывал, каких решений добивается от корейского президента Пак Кын Хе. Тем временем китайские таможенники медлили с оформлением импорта из Южной Кореи. Туроператоры отговаривали клиентов от поездок в Сеул или на остров Чеджудо. В соцсетях призывали к бойкоту корейских товаров. Магазины, принадлежащие конгломерату Lotte, практически еженедельно проверяли все возможные контролирующие органы — от пожарной охраны до санитарной службы. Существование ряда южнокорейских предприятий в КНР становилось невыносимым, росли и суммы убытков.

Уже следующий президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин заверил Си Цзиньпина, что новые батареи американской ПРО размещаться не будут, при этом старые установки остались на месте. Сеул сохранил тесные отношения с США в оборонной сфере. Еще Мун пообещал Пекину не создавать тройственный военный союз с США и Японией, но такая конструкция в любом случае не возникла бы — учитывая отношение корейского общества к сближению с Японией. 

Уроки китайского: как КНР стала заповедником единорогов

В итоге о полной победе Китая говорить было сложно. Имидж страны в Южной Корее оказался основательно испорчен. Хотя «спецоперация» и планировалась так, чтобы не сильно ударить по своим, но 1,5 года негласного бойкота нанесли ущерб и китайским компаниям. А некоторые пострадавшие южнокорейские фирмы в Китай так и не вернулись, переключившись на другие рынки.

Санкционная машина

Подобная борьба в «серой зоне» происходит и сегодня, но уже в ответ на критику политики КНР в сфере прав человека, в частности — уйгурского населения в Синьцзян-Уйгурском автономной районе. Правда, есть и важное отличие: потребительский бойкот H&M и других западных компаний, отказавшихся покупать хлопок, якобы произведенный с применением принудительного труда уйгуров, сопровождается и вполне официальными контрсанкциями, о которых объявляет МИД. Мишенью санкций стали западные политики, государственные структуры, аналитические центры и отдельные эксперты, высказывавшиеся по нарушениям в Синьцзяне. Их, а также членов семей, вносят в черный визовый список, вводится запрет на ведение дел с лицами и организациями в КНР.

Расчетный удар: чего ждать от новых санкций США

Пекин все больше входит во вкус, делает санкции значимым элементом открытой политики. Отчасти это проявление общемировой тенденции. Введение санкций становится универсальным способом помериться силой, «поговорить по душам» не только о конкуренции в экономике, но и о ценностях — демократии или авторитаризме.

Однако есть интересные нюансы. Удар по власти Компартии  самый чувствительный для Пекина. Тем не менее санкции против секретаря парткома Синьцзян-Уйгурского автономного района Чэнь Цюаньго, введенные США еще в июле 2020 года, остались без зеркального ответа. Хотя Чэнь руководитель регионального уровня, но его статус члена Политбюро ЦК КПК эквивалентен в Китае второй ступени в табели о рангах. Никто из действующих американских чиновников столь высокого ранга под персональные санкции КНР не попал. Введенный практически сразу после президентской присяги Байдена санкционный список отставников из администрации Трампа во главе с бывшим госсекретарем Майком Помпео вряд ли произвел сильный эффект, разве что на внутреннюю китайскую аудиторию.

Дрон мечты: как запрет на технологии из Китая помог американскому производителю беспилотников

Не так просто найти тех, по кому можно ударить, не причинив ущерб себе. Но это не единственная проблема, с которой сталкивается Китай. Играть с допуском на огромный рынок, конечно, можно, но тогда надо корректировать имидж главного защитника либеральной торговой системы и глобализации. С другой стороны, китайский набор финансовых санкционных инструментов сильно ограничен, поскольку глобальная финансовая система пока остается американоцентричной.

Стратегический чип: почему Джо Байден продолжает дело Дональда Трампа

Появление у Китая санкционной инфраструктуры (в виде блокирующих списков) не означает, что она заработает прямо сейчас и в полную силу: это может обернуться разрывом глобальных производственных цепочек, в которые Китай успешно встроен. Внешний контур для КНР по-прежнему важен, хотя приоритетом и объявлено развитие внутреннего рынка. Технологическая независимость необходима, но пускать страну в автономное плавание китайские руководители не намерены.

Пределы эскалации

Неприятным моментом для Пекина стала скоординированность санкций за политику в Синьцзяне. Несмотря на надежды сыграть на падении морального авторитета США и противоречиях в западном лагере, о санкциях против китайских чиновников и госорганов одновременно объявили США, Канада, ЕС и вышедшая из Евросоюза Великобритания. Любая эскалация конфликта или просто неверный шаг со стороны Пекина может привести к усилению трансатлантического единства и солидарности внутри ЕС. Китаю нельзя не реагировать на новую волну критики, но сложно найти ответ, однозначно укрепляющий его позиции.

Словесные интервенции: состояния богатейших людей мира упали из-за заявлений Трампа про Китай

Попытки китайских дипломатов в странах ЕС перейти на язык персональных угроз в адрес наиболее активных критиков эти позиции явно не усиливают, но разрушают социальный капитал, который Китай долгие годы наращивал с помощью инструментов мягкой силы. Является ли это лишь обозначением красных линий? Возможно, но европейцы могут понять этот сигнал иначе.

Под угрозой может оказаться ратификация инвестиционного соглашения с ЕС, подписания которого Китай и Евросоюз активно добивались в течение семи лет. Кроме того, Пекину будет сложно организовать собственную антисанкционную коалицию. Не все захотят воевать на чужой войне. Хотя Россия и солидарна со своим стратегическим партнером в вопросе неприятия односторонних западных санкций, сразу же после встречи с китайским коллегой Ван И глава российского МИДа Сергей Лавров дал понять, что стороны не будут синхронизировать ответы на санкции в отношении Китая и России.

Космос, зеленая энергетика и Китай: во что инвестировать состоятельным клиентам в 2021 году

Превратится ли КНР в державу, которая не только отвечает на санкции, но и сама инициативно их вводит? Пока на санкционном поле Пекин в основном следует совету Дэн Сяопина «переходя реку, ощупывать камни». Если же верх возьмет самоуверенность и от партнеров в обмен на доступ к рынку или инвестиции начнут требовать полной лояльности, это может сильно подвести Китай.

Мнение автора может не совпадать с точкой зрения редакции

Дополнительные материалы

Уроки китайского: как КНР стала заповедником единорогов