К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.

Новости

 

Блогеры у дороги: что происходит с рекламным рынком в соцсетях


Суд признал Meta экстремистской организацией и запретил в России соцсети Facebook и Instagram, принадлежащие этой компании. Началось «великое переселение народов» во «ВКонтакте», Telegram и на другие платформы. Запрет Instagram сильно ударил не только по инфлюенсерам, но и по малому и среднему бизнесу, который нередко использовал эту соцсеть в качестве онлайн-магазина. TikTok временно запретил пользователям из России выкладывать видео, даже через VPN. YouTube пока держится, но неизвестно надолго ли. Смогут ли новые и хорошо забытые старые отечественные соцсети заменить западные? Что будет с рекламой и заработком? Об этом мы поговорили с блогерами и экспертами рынка

Новый выпуск «НеФорбсов» о рекламном бизнесе и блогерах в условиях блокировки соцсетей. Как блогерам адаптироваться к новым платформам и продолжить зарабатывать?

Ярослав Андреев, продюсер Dream Team House, основатель рекламного агентства Wildjam

«Блогеры пока не понимают происходящего. Никто из них не думает, что деньги закончатся, что рекламы не будет, что это все серьезно. Для них это первый такой кризис. Коронавирус же, наоборот, стал ростом, интернет-бумом, и они не помнят, как это, когда чего-то нет. Когда я с ними общаюсь, многие не понимают происходящего или считают, что я накручиваю и зря паникую. При этом я не паникую, я адекватно пытаюсь объяснить ситуацию. Блогеры уже что-то переносят, что-то у них отменяется, но я вижу, что они так же, как и раньше, ходят «на ноготочки», на массаж и не экономят деньги. Единственное, что нет больше Off-White, Gucci, Louis Vuitton, туда нельзя пойти и потратить деньги. Но, в целом, у большинства блогеров нет ощущения, что нужно что-то делать, откладывать или не тратить.

Из тех блогеров, с которыми мы сотрудничаем, уехали 15–20%, причем больше из-за паники, а не из-за реального желания уехать. Большинство хотят остаться и продолжать работать здесь. 

 

80% нашего бюджета — это иностранные бренды. К сожалению, оставшиеся 20% российских компаний уменьшат свой рекламный бюджет. «Сбер», «Яндекс», «Аэрофлот» — у всех бюджет на ближайшие месяцы будет в разы ниже, и мы будем воевать, конкурировать за крохи с этого стола.

Дальше вопрос, как поведет себя наша власть. Если, не дай Бог, от обещания национализировать что-то перейдут к делу, тогда точно уйдут все. Никто не потерпит прикосновения к частной собственности. Если в итоге все договорятся, все будет ок, и частную собственность не тронут, я уверен, что постепенно все компании вернутся. Мы — большой рынок, у нас большая аудитория, и с нами надо работать.

В целом дела у агентства сейчас довольно сложно идут. У нас были планы вырасти в два раза, взять на работу еще 100 человек, запустить продюсерский проект, самую крутую премию, под которую уже собрали спонсоров и партнеров. Мы собирались запустить с Альфа-банком большой проект по поддержке начинающих блогеров на 100 млн рублей, и прочее, прочее, прочее. Все эти планы сейчас не просто рухнули, они растворились, их нет. И, конечно же, нет прежних продаж, оборотов и прочего.

Мы срезаем все касты, мы отказываемся от самого необходимого, от парковки, от автомобилей. Я сейчас выставляю свой Maybach на продажу, чтобы позволить компании прожить еще какое-то время в ситуации, когда нет работы. Конечно, ее не совсем нет, какие-то рекламодатели что-то берут, какие-то проекты есть, но, наверное, 90% бюджетов срезалось.

Но есть и хорошее. Мы довольно адекватный бизнес, и, как оказалось, я довольно адекватный руководитель, я не покупал себе яхты, самолеты и прочее, не снимал всю прибыль с прошлого года, не распределял дивиденды. И это позволяет нам сейчас на эти деньги удерживать команду, где-то что-то сокращать, но не так критично, как могло бы быть, если бы мы просто остановились. Если я всю прибыль предыдущего года оставляю в компании и жертвую этим ради спасения, то год мы протянем точно, может, больше. Но если через месяц-два все не вернется, придется сокращать людей. 

В расцвет «ВКонтакте» я и верю, и не верю. Если, например, отказаться от всего транспорта, самолетов, поездов и автомобилей, будет ли развиваться конный вид транспорта? Ну, наверное, будет. Сможет ли он полностью перекрыть все необходимые тебе задачи? Не сможет. Конечно же, у VK сейчас будет рост, конечно же, это хорошая площадка, но нужно понимать, что это не альтернатива Instagram или YouTube. Это просто один из видов соцсетей. Не будет такого, что у тебя было 10 млн подписчиков в Instagram и вдруг эти 10 млн перебежали во «ВКонтакте» и в Telegram или куда-то еще. Но важно понимать, что люди в соцсетях идут не просто за человеком, а за его контентом.

Глупо думать, что мы в России можем за полгода сделать то, что YouTube сделал за 15 лет. У нас, во-первых, денег столько нет и людей таких нет. Как некоторые пишут, мол, вот McDonald's уйдет, и мы его заменим наконец-то нашим продуктом. Ребята, простите, но не замените. Так не работает, потому что мы живем в глобальном мире и в глобальном рынке. YouTube развивался не потому, что это американская соцсеть, а потому, что это глобальная соцсеть, существующая на разных языках, на разных площадках, с разными людьми, с разными технологиями. Но у нас нет альтернативы. И я на самом деле благодарен «ВКонтакте» за то, что они идут к авторам, общаются с авторами, пытаются помочь, что-то придумать. 

Пока что Instagram работает через VPN, но это 10–20% трафика ровно до того момента, пока все бесплатные VPN не закроют, а платные за доллары люди покупать не будут. Я уверен, что многие найдут путь, будут лезть через окно, будут лезть по канату, как-то еще, но простота [доступа к соцсети] — это очень важная вещь. Почему выстрелил TikTok? Потому что там максимально просто сделать контент. Выбрал звук, потанцевал под него, что-то сделал, выложил. Как только происходит усложнение, большое количество людей будет отваливаться так или иначе. Останется ли какая-то аудитория? Останется. Будет ли она большой? Сомневаюсь.

Я пользовался Yappy (российский аналог TikTok от «Газпром-медиа». — Forbes), более того, моя компания стоит в стоп-листе у Yappy, они почему-то не хотят с нами работать. Хотя я неоднократно говорил, что готов совершенно бесплатно подсказать, что у них плохо и что нужно сделать. Я вижу у них много дыр. У них даже есть небольшой потенциал, который они почему-то сейчас не хотят развивать, играют в какую-то непонятную игру. Кого-то закупают, кого-то нет. Я считаю, что надо всем сотрудничать, дружить. И они вполне могут через какое-то время выбить себе нишу, может, небольшую, но могут.

Но вообще ни один новый технологический продукт не может быть государственным. Это должен быть продукт голодных молодых предпринимателей, которые делают ошибки, ищут что-то новое, над которыми не стоит цензор. Чем более свободная история, тем больше шансов развивать контент. И я считаю, что если есть какое-то государственное или окологосударственное влияние или инвестиции, они должны просто дать возможность и отойти в сторонку, позволив создателям продукта совершать ошибки».

Максим Перлин, CEO креативного агентства BlackLight

«Если говорить про рекламу у блогеров, то примерно 20% клиентов вообще ушли с рынка, порядка 60% клиентов встали на паузу. Они не понимают, как будет развиваться ситуация, как реагировать, могут ли они размещать рекламу у блогеров в запрещенных социальных сетях. Может быть, разблокируют TikTok, может быть, мы научимся работать с VK, мы пока не знаем. 

Meta признали экстремистской, для обычного пользователя это значит, что он не сможет заходить в Facebook и Instagram без использования VPN, при этом, используя VPN, он сможет легально пользоваться этими соцсетями. Для медийных агентств это потеря огромного пласта работы. Потому что официально заниматься промоутированием, таргетированной рекламой в этих социальных сетях теперь нельзя. Скорее всего, это убьет огромную долю рынка, я ее оцениваю в 70–80%. Но какие-то рекламодатели останутся, потому что останется и аудитория, использующая VPN. Мы сможем размещать рекламу у блогеров, делать какие-то интересные интеграции и различные виды рекламы, потому что мы прежде всего идем за аудиторией, а не за какими-то прямыми запретами. Но, как я уже сказал, рекламодатели будут бояться это делать.

На сегодняшний день мы видим реальный отток аудитории из Instagram порядка 15–20%. Это немного, у большинства Instagram работает, многие начинают пользоваться VPN. Поэтому какое-то количество аудитории на сегодняшний день там есть, но, думаю, оно будет постепенно снижаться, потому что VPN тормозит и в целом это не очень удобно. Люди будут готовы переходить на другие сервисы, если это будет удобнее. Плюс, мы все связаны, и если все меньшее количество блогеров и ваших друзей будут постить какие-то материалы в социальной сети, то и находиться там будет скучнее. Я думаю, мы можем прийти к точке, где аудитория Instagram в России снизится более чем в два раза. 

Сейчас активность в Instagram сильно упала по трем причинам. Во-первых, неуместность привычного контента. Не очень хочется выставлять какие-то sexy-фоточки или фото еды, даже имиджевые прогулки по городу, потому что все-таки идет спецоперация, гибнут люди и веселиться в этот момент не особо хочется. Во-вторых, это блокировка. Instagram заблокирован, он теряет часть аудитории, непонятно, у кого работает, а у кого нет, поэтому контента становится меньше. И в-третьих, признание Meta экстремистской организацией. Понятное дело, что официальная реклама запрещена, мы не можем перевести какие-то деньги Meta, чтобы крутить рекламу. Это является достаточно жестким нарушением закона, но мы еще не понимаем, как закон будет регламентировать предпринимательскую деятельность в самом Instagram в текущих реалиях. Например, провести марафон — это предпринимательская деятельность, но при этом Instagram на ней ничего не зарабатывает. 

Что касается Facebook, стоит напомнить, что в России он никогда не был многочисленной социальной сетью. По-моему, на пике там было меньше 10% населения страны. Поэтому не стоит преувеличивать значение Facebook с точки зрения массовости. Но это всегда была элитарная площадка с интеллигентной аудиторией, с длинноформатными постами, с каким-то количеством лонгридов. Поэтому, конечно, эта аудитория, скорее всего, разделится на две части. Первая переключится на Telegram-каналы, аудитория Facebook и так читает достаточно много длинных текстов в Telegram, и этот формат ей более понятен. И вторая часть будет использовать тот же Facebook, но через VPN. Я думаю, что таких пользователей будет примерно 30–40% от текущего количества.

 

У «ВКонтакте» уже есть достаточно большая аудитория, и, конечно, блогеры прежде всего пойдут за своей аудиторией. Поэтому я оцениваю перспективы VK гораздо выше, даже как видеостримингового сервиса, нежели перспективы Rutube. К тому же «ВКонтакте» скоро настроит свою монетизацию.

Приведут ли блокировки иностранных сетей к расцвету российских? Ну если мы считаем, что запрет чего-то ведет к какому-то расцвету, то да. А также мы скоро увидим расцвет высокопроцентной ипотеки, расцвет российского автопрома и русской моды, потому что ничего другого у нас не будет. Если так смотреть, то действительно это время возможностей».

Роберто Панчвидзе, основатель паблика MDK, управляющий директор Invite Agency

«Я ожидал, что Instagram заблокируют чуть позже, к концу года. Мы уже давно развиваем клипы во «ВКонтакте», наши блогеры ведут свои сообщества, личные страницы, поэтому, как только все случилось, мы в кратчайшие сроки перевели всех наших блогеров обратно в VK. 

Что касается разговоров о смерти VK, во-первых, у соцсети полностью сменилось руководство и у них есть понимание, что для того, чтобы резко продвинуть платформу, нужно больше инфлюенсеров. Мы пришли, TikTok-дома пришли, очень много селебрити вернулось во «ВКонтакте». Это видно даже по тому, как люди делятся двумя ссылками — Telegram и VK. Но Telegram совершенно не приспособлен для блогерского контента. У меня, например, там 2000 каналов и один свой, половина — это СМИ, политика, крипта, а вторая половина — это инфлюенсеры, и невозможно концентрироваться на чем-то одном. Лента «ВКонтакте», которая сейчас перестраивается, дает возможность сконцентрировать внимание и на СМИ, и на инфлюенсерах, и на друзьях, и на сообществах.

Рекламный рынок сейчас сузился вдвое. Я не теряю надежды, что эти 50–60% рынка вернутся фактически либо будут заменены на отечественные и китайские товары, индийские, может быть, арабские. И, конечно же, мы работаем на эти 50% отечественного производства, которые сейчас очень нуждаются в рекламе и поддержке. Мы в два раза больше работаем даже сейчас. Вот в выходные ребята сидят в офисе и работают. Реклама сейчас нужна банкам, недвижимости, фарме, обучающим платформам, соцсетям. На самом деле гораздо проще стало работать, потому что понимаешь целевую аудиторию, которой сейчас реклама просто необходима.

 

Это ужасное потрясение для рынка, но такие кризисы прежде всего выявляют сильных и устойчивых. Рынок очистится, потому что я точно уверен, уйдут эти старые методы работы грязным кешем, все серые схемы, отсутствие контрактов. Бренды, которые остались, работают с меньшими бюджетами, поэтому они более требовательны к размещению, они внимательнее относятся к цифрам. И я думаю, даже после того, как мы минуем кризис, такой тип работы сохранится надолго. Блогеры все равно остаются самым конверсионным и эффективным способом взаимодействия бренда и площадки. Поэтому ценность блогеров только возрастет».

Стас Асафьев, автоблогер (1,5 млн подписчиков на YouTube, 198 000 подписчиков в Instagram)

«Слухи о том, что с YouTube, Facebook, Instagram и Twitter может что-то произойти, существуют уже лет пять, наверное. Если все это время люди, которые занимаются блогерством либо созданием какого-то контента на этих площадках, не предпринимали никаких шагов для того, чтобы защищаться, то для них ситуация довольно грустная. Это как поставить все фишки на красный, очень рискованно. У большинства старых, известных блогеров, кто уже 7–10 лет в медийном поле, минимум две-три довольно хорошо развитых площадки.

С отключением монетизации и с понижением количества рекламных контрактов многие не смогут содержать команды, потому что делать контент все-таки дорого. И все это приведет к тому, что контента в YouTube станет меньше, это уже чувствуется, очень большое количество каналов замолчало. И мы понимаем, что сейчас как минимум в YouTube конкуренция у нас сильно меньше. И если ты просто будешь продолжать работать, пусть в ситуации неопределенности, пусть с возможностью потерять площадку, но если ты просто продолжаешь работать, то можешь в данный момент перетянуть какое-то количество аудитории у других каналов, которые приостановили свою работу. 

Так как у меня, помимо YouTube, есть еще сторонний бизнес, мы чуть лучше себя чувствуем с финансовой точки зрения, нежели коллективы, которые занимаются только творчеством. Мы себе можем позволить условно год-полтора-два проработать в убыток и не сильно переживаем по этому поводу. Потому что у нас YouTube начал окупаться только в последние два года, хотя каналу уже скоро восемь лет. Все остальное время все было чисто в минус, мы просто работали на рекламу моих проектов. И мы понимаем, что наша главная задача сейчас — не снижать темпы и не ловить демотивацию. То, что YouTube закроют, это уже точно, и даже с VPN работать будет нельзя. И тогда нужно будет искать какие-то пути, куда можно дальше приземлять аудиторию, где можно дальше ее наращивать. В тот момент, когда будет понятно, что будут появляться какие-то площадки, где будет новый алгоритм, какое-то количество аудитории, которую можно на себя переманить, тогда можно будет на эту площадку уходить. Мы еще в пандемию сделали очень много выводов, мы сейчас защищены с финансовой точки зрения, насколько это возможно. Мы не опускаем руки и продолжаем работать. И, мне кажется, это самое лучшее, что мы можем делать на данный момент.

«ВКонтакте» пока что не выдерживает здоровой конкуренции, по сравнению с TikTok, Instagram и YouTube. Понятно, что там есть аудитория, есть какое-то потребление контента, но блогеру там существовать довольно сложно, просто потому, что сейчас это нормально не монетизируешь, рекламных контрактов просто не будет хороших. И сама монетизация от площадки, насколько я знаю, невысокая. Сейчас, если будут большие проблемы у всех иностранных соцсетей, для «ВКонтакте» это станет хорошей возможностью и нарастить аудиторию, и предложить блогерам какие-то интересные условия для того, чтобы люди выкладывали свой контент и чтобы как-то развивать эту соцсеть.

 

Rutube сейчас абсолютно бесполезен, его вообще не нужно трогать. Во-первых, если просто даже представить, что большое количество людей сейчас придет и начнет загружать материал на Rutube, он просто ляжет. Во-вторых, суть YouTube не в том, что в него можно загрузить миллион видосов, а в том, что там есть очень справедливая поисковая машина и рекомендации, в Rutube такого нет. А когда у тебя нет механизма рекомендаций, нет умной ленты, тебе, как блогеру, нет смысла инвестировать свое время в площадку. Просто потому, что в любой умной ленте, в любой машине, которая рекомендует твой материал, заключен весь твой потенциальный рост как блогера, через этот механизм ты ищешь новую аудиторию. Когда они сделают какой-то нормальный адекватный поиск и систему рекомендаций, которая будет работать и справедливо предлагать действительно интересный контент публике, тогда и стоить лезть в Rutube. Пока что проще аудитории реально объяснить, в чем прикол VPN, как этим пользоваться, и продолжать дальше жить в YouTube».

Глеб Маврин, автор YouTube канала GlebaTV (241 000 подписчиков в Instagram, 1,1 млн подписчиков на YouTube)

«После блокировки Instagram лично у меня особо аудитория не просела, максимум на 10% по просмотрам, но по лайкам и комментариям активность сохранилась. В целом просмотры в Stories и в постах остались точно такими же. И, как я понял, люди просто обходят блокировки через VPN.

Моя аудитория в основном из России, более 60%, но так же у меня есть большая аудитория из Казахстана, Украины, Белоруссии, США в последний год очень активно стали меня смотреть. Потому что мой канал на английском языке, мы переводим и вставляем субтитры для русскоязычных зрителей. Ну, надеюсь, что YouTube не заблокируют, а если заблокируют, то на отложенные на «черный день» деньги я смогу скромненько жить в Америке, не в России, года два вообще ничего не делая.

Я давно хотел попробовать себя на американскую аудиторию, вот с мая начну. Будем пробовать что-то делать, открывать именно американский YouTube-канал. Будем выкладывать видео в VK, в Telegram. 

В любом случае реклама будет. И я считаю, что у блогеров рекламы станет еще больше, возможно, она станет более качественной и дорогой. Потому что рекламодатели теперь не могут покупать внутреннюю рекламу, например, в YouTube. То есть именно с площадки YouTube, которая там рекомендуется. Рекламодатели не могут запускать таргетированную рекламу в Instagram в России. Поэтому блогерам, возможно, будет еще лучше.

 

У нас есть еще план Б: попробуем запустить несколько интересных шоу и продать их на другие какие-то платформы, на Netflix или куда-то еще. Ну, если там не попрет, найду работу, у меня как минимум есть аккаунт Uber, буду работать таксистом. Если уже и тут ничего не получится, вернусь в Казахстан и проживу не два года, а наверное, лет 10».

Кирилл Диденок, диджитал-продюсер, основатель музыкального издательства DNK-Music и группы компаний DIDENOK TEAM

«У меня охваты в Instagram остались на прежнем уровне. И люди пользуются активно, с еще большим желанием и жаждой. Пока площадка под запретом, скорее всего не будет много активных очевидных рекламных креативов. 

Что касается компании — мы уже принимаем меры по оптимизации расходов. Мы больше не покупаем с утра фруктики и всякие ништяки. Часть команды перешла на четырехдневную рабочую неделю, за счет этого мы оптимизировали их зарплаты. Мы практически ни с кем не попрощались, просто в течение месяца ушли те ребята, кто и так должен был планово уйти. 

У нас есть блогеры, чей основной заработок составляла именно монетизация в YouTube. Они зафиксировались на большой сумме денег заранее. И еще их доходы были в долларах, что сейчас для них очень даже позитивно, к тому же большинство блогеров, которые делают контент, понятный в разных странах, например детский, либо уже делали контент на каналы за границей, либо сейчас начинают. И не это ли окно возможностей?

Для того, чтобы зарегистрировать канал на другую страну, надо, чтобы у тебя был какой-то человек, который живет в этой стране. И вместе с ним ты открываешь канал, публикуешь контент, продвигаешь этот контент. Многие креаторские дома и TikTok-дома сидели на VPN уже заранее. Это не было связано с ограничением площадок сейчас, они просто давно делают контент для других стран.

 

Пока не так просто выкладывать новые видео в TikTok, даже через VPN, так что, боюсь, придется подождать. И надо подумать об альтернативных площадках, а это как раз гораздо сложнее. Сейчас наступает время переоценки: когда ты был кумиром на какой-то одной площадке и ты очень высокомерно относился к олдскульным отечественным вариантам, которые тоже очень стараются быть модными и современными и пытаются привлечь молодую аудиторию. Но, кстати, было несколько дней, когда все блогеры всех русскоговорящих стран максимально активно перегоняли свою аудиторию и в Telegram-каналы, и в «Яндекс.Дзен», и во «ВКонтакте». А те, кто повзрослее и поумнее, даже в «Одноклассники». У нас тоже уже вовсю идут рекламные кампании и проекты на этих площадках. Пока это все очень экспериментально, в режиме реального времени.

Я думаю, расцвет «ВКонтакте» возможен, особенно в условиях монополии. Тем более он уже был социальной лифтом и площадкой для популяризации и музыкантов, и будущих блогеров. Сейчас нашим родимым площадкам нужно время для того, чтобы раскачаться. А как только они раскачаются, все блокировки снимут и к нам на рынок вернутся западные конкуренты. И бренды тоже все вернутся. А блогеры что? Они должны не унывать, и мы их всячески поддерживаем, чтобы они занимались сейчас развитием своей аудитории, развитием креатива и сублимировали все стадии стресса в создание контента». 

Эллен Шейдлин, художница (4,4 млн подписчиков в Instagram, 2,1 млн подписчиков на YouTube)

«Instagram — это момент общения и знакомства с друзьями и объединение моих каких-то стилистических особенностей в Digital-искусстве.

Вообще я стала популярной не в Instagram, а во «ВКонтакте», моя первая аудитория находила меня именно там. Я не знаю, какой он сейчас, с ним нужно заново знакомиться. Меня тоже там давно нет, но, думаю, что можно попробовать восстановить «ВКонтакте», это как приехать в свой родной город. Из него можно что-то построить, там можно сделать ремонт. Все зависит от комьюнити, которое сейчас будет что-то менять, смотря, в каком направлении будет двигаться. Если это станет чисто государственной историей, то это будет лишь какой-то маркетинговый ход — перекинуть всех в одно место, чтобы еще утрамбовать в коробочку.

В Telegram я точно уходить не буду, потому что это не социальная сеть, все-таки это мессенджер. Так что я не вижу смысла переливать аудиторию.

 

Сейчас нужно максимально интегрироваться в NFT и в Digital-историю. Дубай, куда я приехала на Expo и Art Dubai (крупнейшая региональная выставка-ярмарка современного искусства. — Forbes), мне это еще раз показал, так что теперь я не буду распыляться. Крипта, мне кажется, сейчас единственная возможность зарабатывать деньги на том, что у тебя уже было создано, как в моем случае».

Кирилл Сарычев, пауэрлифтер, блогер (2,4 млн подписчиков в Instagram, 1,1 млн подписчиков на YouTube)

«Большинство моих коллег-блогеров в шоке. Не надо даже кому-то звонить и спрашивать, как дела, все видно по Stories, ребята перегоняют аудиторию куда возможно. Я понимал, что онлайн — это круто, но нужно что-то иметь и офлайн. Чтобы тылы были прикрыты.

Я думаю, что наши блогеры не очень много потеряют, если они были действительно медийными, если людям было интересно за ними смотреть. Все те ребята, у кого есть большой актив, все они останутся. Все так же на других площадках, таких, как Telegram, наш родненький православный «ВКонтакте», и других. Я сам там очень давно, у меня даже каким-то чудом «Одноклассники» на телефоне установлены. Я давно верил в расцвет отечественных соцсетей, жалко только в акции не вкладывал. 

Но вообще Вселенная не терпит пустоты. Уж чем-то точно заполнится то, что ушло. Об этом нужно будет людям рассказать».

Вероника Золотова, блогер, певица (20,7 млн подписчиков в TikTok, 2,2 млн подписчиков на Instagram)

«У меня белорусская сим-карта, и все работает отлично, я выкладываю ролики в TikTok без обходных путей, без VPN, без вот этих вот хитрых ходов. Но единственный момент — почему-то в России их не видят, во всем мире видят, а в России нет. Получается, что этот лайфхак, с иностранной симкой, не очень рабочий, если основная часть аудитории тиктокера в России. Но, насколько я знаю, если выкладывать видео через VPN, то в России тоже смогут видеть твои ролики. Правда, я пока не пробовала. 

 

Пока прошло достаточно мало времени, чтобы делать выводы о количестве рекламы. Но я, если честно, не переживаю, потому что ушли иностранные бренды с российского рынка и настало время российских брендов. И мы все, российские, белорусские и прочие блогеры, будем помогать им развиваться. Поэтому я, если честно, в этом плане вообще как-то не загоняюсь.

У меня еще есть аккаунт в OnlyFans (социальная сеть, преимущественно «для взрослых», работающая по подписке. — Forbes), правда, я давно его не веду. Но вроде бы аккаунт не заблокирован и баланс сохранился, просто заморожен. Возможно, пришло время возвращаться». 

Джахангир Латыпов, основатель Digital-агентства МОРЖ

«У нас же не все блогеры-миллионники, есть и более мелкие. Допустим, есть блогер Разборщик, у него канал 700 000 подписчиков. Про «мелкий» бизнес, типа «как открыть шаурму». Суть в том, что он зарабатывал в месяц 2–3 млн рублей на интеграциях «Сбера», «Альфы» и других компаний. С конца февраля он зарабатывает 0 рублей в месяц. Все встало, у него депрессия, он не знает, что делать. Он думает, может, пойти в Rutube, но там алгоритмов продвижения, таких как в YouTube, еще нет. Второй блогер, техно-блогер, Tim Lion, у него 400 000 подписчиков, его канал тоже встал. Все интеграции с украинских кампаний потребовали еще возврат денег, а российские все встали на стоп. И, соответственно, человек думает, что делать дальше, какой бизнес делать. Возможно, даже пойдет на завод. Но не думаю, что все будет так плохо, скорее всего через VPN все будет работать». 

Николай Соболев, блогер (5,1 млн подписчиков на YouTube, 1,3 млн подписчиков в Instagram)

«Многие ошибочно предполагают, что заработок блогера формируется за счет монетизации, то есть за счет просмотров, за счет рекламы от Googlе. Это на самом деле не имеет отношения к реальности, если говорить о топовых блогерах, потому что в большинстве своем мы зарабатываем конкретно на интеграциях. А вот что касается маленьких блогеров, на которых эти рекламные бюджеты не распределяются, то им сейчас сложнее. Мой личный заработок с монетизации был где-то 10–15% от общего дохода. Вот эти 10–15% я сейчас временно гарантированно потерял.

Где-то 60–70% рекламодателей, по моей информации, отвалились или временно поставили рекламные кампании на паузу. Но у нас много компаний, которые, наоборот, активизируются во время кризиса и предлагают разные услуги. Например, криптобиржи, они очень основательно сейчас заходят. И в целом они готовы вкладывать даже повышенный бюджет в рекламу. Так что не все рекламодатели отпали. То есть основной заработок топового ютубера, именно рекламные интеграции, сохраняется, и за счет этого уже можно достаточно уверенно жить.

 

За неделю я в Telegram заработал больше, чем с монетизации за месяц. Я не знаю, о чем говорят те, кто уверяет, что в Telegram нет рекламных бюджетов. В Telegram очень часто рекламируются каналы Telegram. Как источник для заработка Telegram — отличная площадка, там можно заработать полмиллиона рублей, миллион и 2 млн рублей. Возможно, 50 млн рублей, категории, которыми мыслит Ярослав Андреев, ты оттуда не вынесешь сейчас, но я говорю про рядовых блогеров. Да, пока Telegram не адаптирован окончательно, но этот процесс тоже случится, и там все будет замечательно. 

Rutube сейчас это отвратительная, омерзительная площадка, ставшая такой благодаря руководству Rutube за последние 15 лет, с момента его создания. Мы же с Rutube начинали, первые видеоролики, если кто не помнит, были залиты именно туда. То есть я был пользователем Rutube до того, как YouTube распространился в России, были такие времена. И вот спустя 15 лет я зашел на площадку Rutube, вот буквально несколько дней назад, и был, честно говоря, чрезвычайно шокирован тем, что даже не смог найти, где там пишут количество просмотров. Площадка для распространения визуального контента не предполагает счетчика просмотров? Это как?

Yappy, как аналог TikTok, России не нужен, потому что TikTok спокойно продолжит здесь производство своего контента. Они ограничили доступ к заливке видео на какое-то неопределенное время, и, я думаю, что как только «спецоперация» подойдет к концу, TikTok вернется в Россию, и мы сможем заливать туда свои прекрасные танцы.

Абсолютно очевидно, что «Россграм» — это просто какой-то сиюминутный хайп какого-то частного лица, который заявил о том, что он хочет что-то создать, будучи однокурсником Павла Дурова. Но эта новость не стоит выеденного яйца». 

Кирилл Колесников, экстремальный блогер (34,6 млн подписчиков в TikTok, 4,75 млн подписчиков на YouTube, 1,4 млн подписчиков в Instagram)

«Мой контент не связан с русским языком особенно, потому что это паркур, то есть это action. Я еще полгода назад заходил во «ВКонтакте», как раз когда появились VK-клипы. Тоже немного переживал, думал, что, возможно, русская публика немного не поймет этого, все-таки это не самый популярный жанр, да его особо и не было. Но, на удивление, видео очень хорошо набирали и сейчас продолжают набирать. Там есть видео, у которых около 100 млн просмотров, это очень много, я даже не уверен, что у них есть столько пользователей. Но тем не менее очень хорошо статистика у меня была, сейчас чуть-чуть похуже, но опять набирает обороты. Поэтому и подписчики неплохо растут. Медленнее, безусловно, чем в TikTok или Instagram, но растут, и это здорово». 

 

* Согласно требованию Роскомнадзора, при подготовке материалов о специальной операции на востоке Украины все российские СМИ обязаны пользоваться информацией только из официальных источников РФ. Мы не можем публиковать материалы, в которых проводимая операция называется «нападением», «вторжением» либо «объявлением войны», если это не прямая цитата (статья 53 ФЗ о СМИ). В случае нарушения требования со СМИ может быть взыскан штраф в размере 5 млн рублей, также может последовать блокировка издания.

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06
Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media LLC. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2022
16+