К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.
Рассылка Forbes
Самое важное о финансах, инвестициях, бизнесе и технологиях

Новости

 

Наказать жертву: как в Китае борются с харассментом

Сторонники движения #MeToo у здания суда, собравшиеся в поддержку Чжуо Сяосюань. Пекин, 2 декабря 2020 г. (Фото AP/TASS)
Сторонники движения #MeToo у здания суда, собравшиеся в поддержку Чжуо Сяосюань. Пекин, 2 декабря 2020 г. (Фото AP/TASS)
Все громкие секс-скандалы в Китае пока приводят к тому, что под ударом оказываются в первую очередь жертвы. Знаменитая теннисистка Пэн Шуай исчезла на две недели после того, как рассказала о насилии со стороны бывшего вице-премьера Госсовета КНР Чжана Гаоли, а пожаловавшуюся на домогательства начальника сотрудницу Alibaba уволили. Почему так происходит и чем может закончиться?

В апреле 2021 года сотрудница Alibaba по фамилии Чжуо обвинила своего начальника в сексуальном домогательстве. Обвиненного менеджера по фамилии Ван уволили, двое других ушли по собственному желанию из-за промедления в разрешении ситуации, а внутри компании началось расследование. Однако на прошлой неделе выяснилось, что 25 ноября уволили и саму Чжуо. История Чжуо — один из самых заметных случаев, когда жертва корпоративного харассмента в итоге сталкивается с давлением со стороны начальства, но он далеко не единственный. 

2 ноября китайская теннисистка и двукратная победительница турниров Большого шлема Пэн Шуай написала в своем аккаунте в Weibo о сексуальном насилии со стороны бывшего вице-премьера Госсовета КНР Чжана Гаоли. Через 20 минут пост исчез, как и все реакции на него, после чего на две недели исчезла из поля зрения и сама Пэн Шуай. Позже в государственных СМИ Китая появились видео с ее участием, где она говорит, что у нее все в порядке и она отдыхает, однако выглядят они крайне неубедительно. Женская теннисная ассоциация (WTA) приостановила все турниры в Китае, а ее глава Стив Саймон выразил обеспокоенность ситуацией с Пэн Шуай и сказал, что «есть серьезные сомнения в том, что она свободна, в безопасности и не подвергается принуждению и запугиванию».

Китайская теннисистка и двукратная победительница турниров Большого шлема Пэн Шуай (Фото Zuma\TASS)

В обоих описанных случаях мировая общественность оказалась в курсе происходящего, так как речь идет о крупной международной компании и о мировой спортивной звезде. Это не уберегло заявивших о сексуальных преследованиях женщин от проблем, но, во всяком случае, о них стало известно. Во многих других подобных ситуациях новости не выходят за пределы Китая, а любые жалобы подвергаются жесткой цензуре. То, как развивается борьба китайских женщин за свои права на рабочем месте, связано и с особенностями бизнеса, и с культурными традициями в стране.

 

Ничего личного, только бизнес

Ситуация, когда женщины наравне с мужчинами работают в крупных частных компаниях, для Китая достаточно новая. До недавнего времени самой привлекательной сферой для образованной городской молодежи была работа в госструктурах — в зависимости от навыков и амбиций можно было всю жизнь оставаться на непыльной стабильной должности, а также гарантированно получать пенсию, на которую работники частных компаний в Китае рассчитывать не могут. Однако на фоне бурного экономического роста последних лет и развития технологического бизнеса внутри страны частные компании становились все более привлекательной сферой для карьеры. Развитие новых отраслей экономики также обеспечило больше рабочих мест и возможностей для женщин. 

Сфера технологий в КНР на первый взгляд может показаться бастионом гендерного равноправия: в Alibaba немало руководительниц подразделений, а почти половина менеджеров Baidu — женщины. ByteDance и Didi Chuxing говорят о 40% сотрудниц в каждой из компаний. Для Китая, где Постоянный комитет Политбюро за всю историю существования состоял исключительно из мужчин, это впечатляющие показатели. Однако если изучить происходящее в этих компаниях более пристально, все выглядит не так радужно.

1 января 2021 года в силу вступил первый в истории КНР гражданский кодекс, в котором среди прочего есть статья 1010, направленная на борьбу с сексуальными домогательствами на рабочих местах. Согласно этой статье компании должны самостоятельно проработать систему предотвращения и реагирования на харассмент. На практике многие не спешат этого делать, а доходящие до суда иски против акторов насилия остаются неудовлетворенными.

Что касается равных прав на работе, рекрутинговые кампании в Китае в основном направлены на привлечение мужчин. До недавнего времени рекламные ролики и плакаты о поиске сотрудников выглядели достаточно однотипно — сотрудницы или модели, которые их изображают, сулят приятную для мужчин атмосферу, при этом женщины скорее играют роль красивой части интерьера, нежели воспринимаются как равноправные коллеги. 

Другая особенность корпоративной культуры Китая, делающая ее не слишком комфортной для женщин, в том, что долгое время она была прочно связана с потреблением большого количества алкоголя. Отказаться было практически невозможно — это воспринималось как знак неуважения и могло приводить к потере крупных контрактов и возможных партнеров. Практика была настолько распространена, что появились специальные курсы, на которых учили незаметно выплевывать алкоголь, например, в чай. 

 

Сейчас компании стали сильно меняться — молодое поколение не хочет продолжать такие практики и старается от них уходить. Чрезмерное употребление алкоголя на рабочих встречах пришлось ограничивать и запрещать и по другим причинам: сотрудницы стали делиться историями, как пьяные коллеги или партнеры их домогались. Некоторые сообщали, что подвергались в таких ситуациях сексуальному насилию. 

#MeToo по-китайски

О случаях сексуальных домогательства в китайских компаниях говорили и до этого года, но мало, и такие истории сами собой затухали. С приходом в Китай движения #MeToo волну постов было уже не остановить. В 2021-м это движение в Китае достигло пика — именно тогда произошла история с сотрудницей Alibaba Чжуо, которая обвинила своего начальника Ван Чэнвэня в харассменте. По ее словам, насилие произошло как раз после очередной бизнес-встречи с большим количеством алкоголя.

Казалось, что компания, как и полагается крупному международному холдингу, отреагировала адекватно и оперативно: довольно быстро был уволен начальник, которого Чжуо обвиняла, а еще двоих топ-менеджеров вынудили написать заявления об увольнении по собственному желанию, так как они недостаточно быстро и качественно разрешили проблему. Однако очень скоро ситуация начала развиваться в типичном для корпоративного Китая направлении:  суд признал Ван Чэнвэня невиновным в насилии, сам он подал против Чжуо иск о диффамации, она подверглась травле в соцстетях, а Alibaba уволила 10 человек, которые распространили сообщение Чжуо, опубликованное на корпоративном портале. В ноябре уволили и ее саму «за распространение ложной информации».

Жертва корпоративного харассмента в итоге сталкивается с давлением со стороны властей (Фото AP/TASS)

Среди всех китайских компаний технологические быстрее других реагируют на социальные изменения в обществе. Видеосервис IQiYi 13 августа объявил, что будет жестко реагировать на случаи харассмента внутри компании, и ввел новые правила, запрещающие принуждение к употреблению алкоголя и буллинг. Sina, которая владеет сервисом микроблогов Weibo, сообщила, что добавила в свои корпоративные правила порядок действий в случае домогательств.

Правда, параллельно Weibo объявила, что удаляет аккаунты пользователей за принадлежность к «гендерной оппозиции» и «подстрекательства к конфликтам». Среди прочих был заблокирован аккаунт Чжуо Сяосюань, которая обвинила в домогательствах  телеведущего канала CCTV. Мало того, что Чжуо Сяосюань проиграла суд, Weibo в итоге удалил даже ее сообщение о решении суда, а также заблокировал ее аккаунт. 

 

Чжуо Сяосюань в Китае называют «лицом #MeToo», ее история едва ли не самая известная в стране. В 2014 году, когда Чжуо Сяосюань был 21 год, она проходила стажировку на главной телесети Китая CCTV и зашла в гримерку к популярному телеведущему Чжу Цзюню, чтобы взять интервью. Тот стал трогать и целовать Чжуо без ее согласия. Это продолжалось около часа, а сама девушка была так напугана и шокирована, что не смогла предпринять никаких действий. На следующий день Чжуо обратилась в полицию, но там ей посоветовали не писать заявление, отмечая хорошую репутацию Чжу Цзюня. Чуть позднее позвонили и ее родителям и посоветовали держать язык за зубами. Когда пост Чжуо стал одной из главных тем онлайн-дискуссий, Чжу Цзюнь подал иск о клевете и возмещении морального ущерба, оценив его примерно в $100 000. На этот момент Гражданский кодекс еще не вступил в силу, поэтому девушка смогла подать встречный иск только на основании нарушения прав личности. Чжу Цзюнь долгое время не давал никаких комментариев, и только в декабре 2020 года впервые публично высказался и сообщил, что настоящая жертва — он. 

За три года иск был рассмотрен дважды. 14 сентября 2021 года, после переноса рассмотрения дела из-за пандемии, суд в Пекине вновь отказал Чжуо, сославшись на «недостаток доказательств». Ответчик был освобожден от обязательного присутствия на слушаниях, которые проходили без прессы и наблюдателей, а вся информация о ходе дела подвергалась  жесткой цензуре — все, что касалось результатов, удаляли из соцсетей, а суд не публиковал никаких документов по итогам заседаний.     

Жертвы корпоративного буллинга и харрасмента в Китае сталкиваются еще и с тем, что общественность далеко не всегда на их стороне. В Китае довольно сильны представления о том, как важно «сохранять лицо», не выносить сор из избы и не позорить свою компанию, поэтому мало кто поддерживает борьбу женщин с насилием на рабочем месте. Из-за сопротивления части общества, особенно старшего поколения, и предвзятости судов к пережившим харассмент решение публично рассказать свою историю до сих пор требует огромной решимости и смелости.  

Закон и порядок?

Нельзя сказать при этом, что китайские власти игнорируют проблему харассмента. Даже до принятия нового Гражданского кодекса в законе был зафиксирован такой вид преступления, как сексуальное домогательство, а новая статья дала ему более точное и полное описание и приблизила законы Китая в этой области к западным. Текст статьи 1010 гласит: «В случае сексуального домогательства при помощи устной речи, письменного текста, изображений, движений тела и в другой форме вопреки желаниям данного лица потерпевший вправе в соответствии с законодательством требовать возложения на правонарушителя гражданской ответственности. Государственные органы, предприятия, учебные заведения и другие организации обязаны предпринимать разумно обоснованные меры для предупреждения, приема жалоб, проведения проверок и применения мер в целях противодействия и пресечения сексуальных домогательств с использованием служебного положения, отношений подчиненности и других инструментов».

В конце 2021 года суд района Хайдянь, Пекин, опубликовал статью под заголовком «Столкнулись с харассментом на новой работе? Гражданский кодекс вам поможет!» Но надо отметить, что громкие заявления слегка расходятся с делами. Чуть больше чем через полгода после этой публикации именно в этом суде Чжуо Сяосюань получила отказ по своему иску, а СМИ опубликовали фото, где Чжуо с букетом цветов и Гражданским кодексом в руках плачет перед зданием суда.

 

Законы о борьбе с сексуальными домогательствами в компаниях существуют с 2005 года. Однако лишь малая часть бизнеса действительно озаботилась этой проблемой и включила соответствующую информацию во внутренние корпоративные правила. За полтора года до вступления в силу Гражданского кодекса, в августе 2018 года China Daily обещали защиту для пострадавших от сексуального насилия или домогательств. В марте этого года авторы статьи The Diplomat не нашли подтверждения этим словам — представители бизнеса, у которых взяли интервью, реальных изменений не заметили.

 Хотя закон и обязывает компании обеспечить безопасность для своих сотрудников, внедрив соответствующие правила, без дополнительных стимулов компании не спешат этого делать. Статья не дает сроков, не предписывает штрафы и в целом не очерчивает правила игры — без стимула быть наказанным крупный бизнес вряд ли будет тратить ресурсы на такие вопросы. Профессор Шэнь Ифэй из Фуданьского университета в Шанхае предполагает, что расплывчатость формулировок появилась из-за желания «удовлетворить интересы разных групп». Получается, бизнес сам волен решать, когда вводить «разумно обоснованные меры», а также определять их разумность и обоснованность. 

Сломлены, но не побеждены

В отличие от США, где ключевые битвы движения #MeToo разворачивались в области шоу-бизнеса, начавшись с исков против продюсера Харви Вайнштейна, в Китае оно началось в академической среде, а главными активистками изначально были студентки и журналистки.  Однако именно когда начали появляться такие кейсы, как иск актрисы Чжуо Сяосюань, проблема попала в поле зрения широкой общественности. 

Сама Чжуо по мере того, как продвигалось судебное дело и разрасталась общественная дискуссия на тему харассмента, неожиданно для себя оказалась в роли главной активистки. После сентябрьского слушания Чжуо заявила, что чувствует ответственность перед другими пострадавшими и не собирается сдаваться. Иск Чжу Цзюня о клевете до сих пор находится на рассмотрении в суде.

Среди других громких историй — недавние обвинения в отношении актера и певца Криса У. Первой заговорила Ду Мэйчжу, после чего о схожем опыте рассказали примерно 30 девушек. Ду рассказала о том, как Крис У использовал фейковую страницу в мессенджере WeChat и систематически знакомился с молодыми девушками, многим из которых не было 18 лет. Потом он приглашал их на вечеринки с большим количеством алкоголя; девушки рассказывают, что не помнили, как соглашались на секс с Крисом. Мэйчжу прилагала к постам скриншоты его переписок с фейковой страницы. После публикации этого поста аккаунт стал недоступен практически сразу, его удалили. 

 

Менеджмент Криса У быстро отреагировал на обвинения — опубликовал официальное заявление, что этим займутся адвокаты певца, а сами обвинения сфабрикованы. 17 июля Ду Мэйчжу получила от них документ с предложением мирного урегулирования конфликта, которое она опубликовала в своем блоге. Полиция хоть и начала проверку, но в итоге только отчиталась о том, что между Ду Мэйчжу и Крисом У был секс по взаимному согласию. Несмотря на это, полиция Пекина арестовала Криса У. Если обвинения подтвердятся в отношении кого-то из несовершеннолетних девочек, ему грозит от 10 лет лишения свободы до пожизненного заключения. Из-за этой истории социальные сети деактивировали все официальные аккаунты актера, бренда убрали его изображения из своих рекламных кампаний, встал вопрос о релизе уже отснятых сериалов и фильмов.  

Подводя итоги, можно сказать, что способ борьбы с харассментом и дискриминацией в Китае выбрали довольно нестандартный — там параллельно ужесточают законы против виновных, оказывают давление на жертв и подвергают цензуре всю информацию о фактах насилия. К каким результатам это приведет в долгосрочной перспективе — нам еще предстоит увидеть, однако хорошо уже, что в стране признают наличие проблемы и хотя бы на словах заявляют о готовности с ней бороться. 

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06
Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media LLC. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2022
16+