Павел Воронин, МТС Web Services: «В ближайшие годы будет три новых волны развития ИИ»
— Павел, начнем с главного: как бы оценили динамику развития ИТ-рынка в России сегодня?
— Если говорить в целом, хоть и с некоторым замедлением, но рынок развивается в неплохом темпе. Общий объем превысил 3–3,5 трлн рублей. До 2025 года рост был около 22–25% год к году. В 2025-м темпы замедлились до 3–10%. Существенная доля прироста пришлась на облака, ИИ, решения по импортозамещению и кибербезопасность — именно эти сегменты показывали двузначный и даже трехзначный рост. Расходы на ИТ в 2025–2026 годах почти все компании снижают, но при этом практически все инвестируют в ИИ.
Как говорил Илон Маск на Давосском форуме в 2025 году, в долгосрочной перспективе ИИ способен заменить значительную часть человеческого труда. Исследование «Яков и Партнеры» показывает, что компании, которые активно автоматизировали процессы с помощью ИИ в 2024–2025 годах, получили ощутимое преимущество в марже и производительности.
Глобальные оценки, которые звучали в прошлом году, выглядели так: IDC прогнозировала вклад ИИ в мировую экономику к 2030 году на уровне $19,9–22,3 трлн (3,5–3,7% глобального ВВП), McKinsey — до $13 трлн ежегодного эффекта. В России, по разным оценкам, внедрение ИИ может принести до 13 трлн рублей дополнительной ценности к 2030 году (до 5,5% ВВП).
В целом рынок стал более прагматичным. Основной фокус направлен на решения, которые подтверждены конкретным возвратом инвестиций.
— В конце прошлого года прозвучали предложения по созданию национального ИИ-агента, например, на базе «Госуслуг». Как относитесь к подобным инициативам?
— К началу 2026 года инициативы по созданию национальных ИИ-агентов стали одной из самых заметных глобальных тенденций в развитии искусственного интеллекта. Китай в декабре 2025 года запустил ИИ-агента для научных вычислений на базе национальной суперкомпьютерной сети (SCNet), который автономно выполняет полный цикл исследований и уже обслуживает тысячи институтов. Это позволило охватить более 100 высокоприоритетных научных направлений в областях материаловедения, биотехнологий и промышленного ИИ.
Ранее Дональд Трамп подписал серию поручений, включая America’s AI Action Plan и Genesis Mission, где ИИ-агенты позиционируются как ключевой инструмент для национальной конкурентоспособности: от автономных систем в науке до систем агентов в госуправлении.
Создание ИИ-агента на базе «Госуслуг» выглядит вполне логичным. Аудитория портала в 2025 году выросла на 40% и достигла 14 млн ежедневных пользователей (по данным Минцифры). Такому количеству людей ИИ-агент поможет сэкономить время на взаимодействии с госуслугами. Аналогичные внедрения происходят по всему миру: например, в США IRS с AI-чат-ботом Ask IRS обработал миллионы запросов и сократил нагрузку на кол-центры на 40%. В Калифорнии запустили внутренний Poppy-ассистент на базе ChatGPT и Gemini для госслужащих, ускоряя поиск документов и некоторые другие процессы.
— Уже несколько лет в России идет процесс стандартизации ИИ. В начале этого года было поручение президента разработать и утвердить национальный план по внедрению технологии в отраслях экономики, социальной сфере и государственном управлении. Насколько велико значение таких инициатив для развития отрасли и насколько важна роль государства?
— Это правильная инициатива, организации нужно мотивировать активнее использовать инструменты на основе ИИ. Применение технологии ощутимо повышает производительность труда и в конечном итоге позитивно влияет на ВВП.
На мировом рынке существует два основных подхода — китайский и американский. Китай — более активно регулирует процесс внедрения ИИ, США строят партнерские отношения с бигтехами. И в том, и в другом случае роль государства довольно велика.
— Сколько сегодня стоит создать и обучить ИИ-модель? Сколько это занимает времени?
— К 2026 году разработка и обучение frontier-моделей ИИ типа Grok или ChatGPT обходились в несколько миллиардов долларов за модель. Обучение занимает от двух до пяти месяцев. В декабре прошлого года Илон Маск сообщал, что xAI построила новый мега-дата-центр для ИИ MACROHARD, доведя мощность до почти 2 ГВт — это сопоставимо с энергопотреблением города вроде Мемфиса, где базируется xAI, количество используемых там видеокарт оценивается более чем в 400 000 штук.
В России крупные компании не могут позволить себе такого, они фокусируются на дообучении открытых моделей (Qwen и аналогов). Это позволяет внедрять ИИ эффективно: обеспечивать высокое качество и в то же время не участвовать в глобальной гонке вокруг ИИ.
«ИИ все еще только инструмент, пусть и очень мощный».
— Насколько бизнес в России готов к активному внедрению ИИ?
— К 2026 году российский бизнес продемонстрировал высокую готовность к внедрению ИИ, особенно в крупных компаниях, где переход от пилотов к промышленному масштабу стал нормой. По данным «Яков и Партнеры», потенциал рынка ИИ в РФ к 2030 году — 7,9–12,8 трлн рублей ежегодно к 2030-му (до 5,5% ВВП). Лидеры — банковский сектор, ИТ и ретейл, где ИИ автоматизировал сервис, маркетинг и логистику.
— А насколько реальны опасения, что развитие ИИ оставит многих людей без работы?
— Опасения понятны, но история технологий показывает: обычно исчезают не профессии, а отдельные задачи внутри них. Сегодня ИИ уже умеет писать код на уровне хорошего программиста. Но он не заменяет инженера, он меняет его роль. Человек становится архитектором: ставит задачу, проверяет результат и отвечает за работу всей системы. Илон Маск однажды сказал: «AI is a tool — the most powerful tool we've ever created, but still a tool» (это все еще только инструмент, пусть и очень мощный).
Практика это подтверждает. Например, GitHub Copilot ускоряет написание кода на десятки процентов, но не заменяет программистов, вследствие чего компании могут создавать больше продуктов. При этом ответственность за систему всегда остается у человека. Если сервис, написанный с помощью ИИ, перестал работать после релиза или изменения инфраструктуры, нужен инженер, который понимает, как все устроено.
Поэтому ИИ скорее снимает рутину и повышает производительность, чем заменяет специалистов. Люди по-прежнему нужны там, где требуется понимание принципов работы и принятие решений.
— ИИ активно развивается и внутри МTC Web Services, молодого направления группы, ему немногим больше года. По каким причинам оно вообще появилось в составе МТС, где и так очень сильна технологическая экспертиза?
— До конца прошлого года MTС Web Services была технологическим блоком группы МТС. Он состоял из облаков, разработки, платформенных решений, кибербезопасности, больших данных и ИИ. В конце 2024 года было принято стратегическое решение вывести этот блок в самостоятельное коммерческое направление на внешнем рынке. Причина простая — внутри группы мы уже сформировали одну из сильнейших ИТ-команд на рынке и создали ряд качественных технологических решений.
Мы создаем BigTech, который сфокусирован на самых быстрорастущих направлениях на ИТ-рынке. За первый год после запуска внешняя выручка выросла более чем на 50%.
Хороший международный пример похожего подхода — это AWS, которая начиналась как внутренний инструмент Amazon, а к 2025 году принесла более $100 млрд выручки и около 50% операционной прибыли всей корпорации.
Отдельно стоит отметить ИИ-направление. Компетенции развивались системно много лет. Все началось с приобретения VisionLabs (одного из мировых лидеров в области компьютерного зрения) в 2021 году, это стало фундаментом экспертизы в области компьютерного зрения. На этом фундаменте мы построили новые направления, в том числе связанные с генеративным искусственным интеллектом. Сегодня наши решения на базе ИИ уже работают в сотнях компаний.
— Какие задачи были поставлены перед вами при назначении? Как бы оценили те результаты, которых удалось достичь за этот период?
— Передо мной стояло три задачи. Во-первых, собрать МТС Web Services как самостоятельного рыночного игрока и войти в топ-3 технологических компаний страны к 2028 году. Во-вторых, продолжать обеспечивать работу лучших технологических решений для МТС. И третья — создать компанию с капитализацией свыше 200 млрд рублей к концу 2028 года.
— И насколько возможно достичь всех этих заявленных целей?
— Думаю, что их реализация вполне реальна. Мы успешно прошли фазу реорганизации и перешли к управляемому масштабированию. В планах сохранять текущие темпы роста внешней выручки.
Практически по всем направлениям мы уже растем быстрее рынка. Что касается задачи войти в топ-3, то тут все зависит от того, на какие сегменты мы смотрим. Для себя определили, что мы не интегратор, а скорее вендор и сервис-провайдер, то есть мы инвестируем в собственные платформы и компетенции, которые можно тиражировать и капитализировать на рынке.
Наши сильные направления — облака и искусственный интеллект. Что касается капитализации, пока мы активно растем за счет собственных средств и не привлекаем сторонние инвестиции, но в дальнейшем не исключаем такой вариант развития событий. У нас уже есть инвесторы, рассматривающие вложение средств в определенные направления нашего бизнеса, которые структурированы как отдельные компании внутри МTC Web Services.
«ИИ-модели не заменят человека, а многократно усилят его».
— Если подытожить, как бы охарактеризовали роль крупнейших разработчиков во внедрении ИИ?
— В России есть несколько существенных ограничений для развития ИИ-моделей, но они все преодолимы. Можно решить вопрос с дефицитом электроэнергии и вычислительной инфраструктуры, но с чем быстро проблему решить не получится, так это с компетенциями. Полноценных команд с существенной промышленной экспертизой в стране немного — их невозможно собрать «под проект» за месяцы.
Такая же проблема существует и на мировом рынке. На Западе специалистам по ИИ готовы платить сотни миллионов долларов за переход. Они стали стратегическим активом, как топ-атлеты в NBA: один ключевой исследователь может стоить дороже, чем вся команда в других отраслях.
Крупнейшие технологические игроки — это опора для внедрения ИИ, как это происходит и в Китае, и в Америке. Например, в МТС Web Services к 2026-му работает порядка 800 специалистов в этой области. Наша главная миссия — помогать бизнесу внедрять решения на базе технологии, помогая получать практическую пользу.
— Есть ли риск оказаться в отстающих в этом процессе? Как оцениваете уровень российских решений в этой сфере на уровне мировых лидеров?
— Риск отставания России в развитии ИИ в 2025–2026 годах реален и обусловлен не слабостью отдельных решений, а системными барьерами: санкциями, оттоком талантов, дефицитом инвестиций и инфраструктуры. Россия находится не в топе стран по общему потенциалу развития ИИ (инвестиции, исследования, внедрение), значительно уступая США, Китаю. Ключевые проблемы очевидны: ограничение импорта GPU, а также инвестиции в AI в десятки и сотни раз ниже, чем у мировых лидеров. При этом математическая школа в России очень серьезная, и талантливых специалистов достаточно много, и тут Россия остается конкурентоспособной и входит в топ-10 по публикациям и талантам.
— В продолжение темы визионерства. Как, на ваш взгляд, будут развиваться ИИ-системы?
— Искусственный интеллект уже очень сильно меняет жизнь каждого из нас. В мире становится все больше виртуальных сотрудников, которые успешно программируют, продают, консультируют и делают множество другой работы. Мы советуемся с ИИ по многим вопросам, решаем с его помощью свои повседневные задачи. В Китае, например, выстраиваются в гигантские очереди, чтобы им бесплатно установили и настроили ИИ-агента OpenClaw.
В ближайшие 5–10 лет ожидаются три новые волны развития этой технологии.
Первая — эра мультиагентных систем: агенты взаимодействуют друг с другом без участия человека. Так, агент на «Госуслугах» будет договариваться с агентом банка о рефинансировании, а тот — с агентом налоговой о вычете.
Вторая — физический ИИ: роботы начнут действовать в реальном мире. В 2025 году установлено 553 000 промышленных роботов, рост в год составил 14%, в 2026-м показатель может вырасти до 20%. Такие роботы уже работают на заводах, в логистике и множестве других сфер. Мы тоже уделяем внимание этому направлению. На днях объявили о запуске трека Physical AI в R&D, нацеленного на развитие технологий и программного обеспечения для создания и поддержки когнитивных навыков роботов на основе возможностей ИИ.
Наконец, третья волна — ИИ станет новой формой интеллекта, превосходящей человеческий по скорости и масштабу. Маск считает, что к 2029–2030 годам ИИ будет умнее всех людей, вместе взятых. Уже сейчас модели решают задачи PhD-уровня быстрее ученых. Но задачи им ставят люди. Подчеркну: ИИ-модели не заменят человека, а многократно усилят его.
*Генеральный директор МТС Web Services Павел Воронин — выпускник механико-математического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова (2012 г.). Последующие четыре года посвятил себя развитию технологических стартапов в должности СТО. Карьеру в крупном бизнесе начал в 2016 году с должности начальника отдела дата-аналитики группы S7, затем стал заместителем и позже первым заместителем гендиректора по ИТ. В 2020–2021 годах — вице-президент по технологическому развитию дочерних и зависимых обществ экосистемы Сбербанка.
В МТС был приглашен в 2021 году на позицию вице-президента по технологиям, впоследствии назначен первым вице-президентом. С 2025 года — генеральный директор МТС Web Services. В декабре прошлого года стал лауреатом премии «Топ-1000 российских менеджеров» АМР в номинации «Лучший директор по информационным технологиям».