«Руки»: что драма про подпольные бои говорит о проблемах с женским спортивным кино
«Руки»: о чем и для кого это кино
Фильм рассказывает о непримиримом противостоянии двух спортсменок, Наоми и Минди (Эшли Уильямс и Танжарин Томас, в прошлом профессиональная боксерша), выступающих в разных видах единоборств: от бокса до боев без правил. Однако их отношения выстраиваются не вокруг заветных титулов и побед, а вокруг мужчины — боксера Картера (Джеймс Блэк), успевшего повстречаться с обеими. С той лишь разницей, что отыгрывающая в этом соперничестве злодейку Минди ради большей выносливости на ринге пыталась подсадить его на запрещенные вещества и вовлечь в криминальный бизнес. Наоми же, наоборот, сконцентрировалась на карьере бойфренда и возможности честных побед в полулегальных состязаниях.
Вражда между женщинами, также активно занимающимися спортом, достигает пика, когда Картер погибает в финале боя с противником, пробившим его голову уже после финального свистка рефери. Оплакивая свою утрату, Наоми учится жить дальше, бросив все силы на собственную реализацию в женских боях. Минди же не готова сдаться и намерена окончательно испортить жизнь бывшей сопернице, преследуя ее и угрожая физической расправой.
Как видно из описания, у «Рук» до боли тривиальный, если не водевильный сюжет: женщины ссорятся друг с другом не в рамках профессионального соперничества на ринге, а из-за симпатии к мужчине, выполняющему здесь скорее номинальную роль трофея. В искусстве уже давно существует тест Бекдел — метод оценки гендерной предвзятости в кино, литературе и играх, названный в честь американской карикатуристки Элисон Бекдел. В соответствии с ним произведение проходит тест, если в нем есть минимум два женских персонажа с именами собственными (а не просто «секретарша», «жена», «дочь», «соседка» и т. д.), разговаривающие друг с другом о чем-либо, помимо мужчин. «Руки», созданные мужским дуэтом авторов (сценарий написал Джим Бюрлесон, снял ленту Джастин Кун), в концепции этого теста проверку бы провалили.
Более того, завершает картину текст-посвящение отцу одного из создателей — тоже мужчине. Это не критично само по себе, но в рамках предлагаемой истории только усиливает перевес: сюжет про женщин в спорте превращается в историю, в которой они не субъекты со своими характерами, аркой развития и целью в карьере, но лишь картонные элементы, образы-пустышки, работающие на повествование совершенно иного толка. Не о том, как женский спорт выглядит и функционирует на самом деле, но о том, как это видится глазами мужчин. Да, тест на мейлгейз «Руки» бы тоже с треском провалили.
Женщины и спорт: что пошло не так
Долго задерживаться на критике «Рук» не хочется, но интересно рассмотреть в свете этого релиза сам контекст, делающий подобные проекты возможными. Жанр спортивных фильмов в числе последних отреагировал на перемены в мире, когда женщины стали равноправными участницами большого спорта. При этом структура подобных картин оставалась неизменной: даже если речь идет про частную историю женского успеха, он невозможен без активного участия мужчин. В 1990-х это были фильмы про фигуристок, которых наставляли мужские фигуры: от отцов до тренеров. Редким исключением кажется фильм «Их собственная лига» — основанная на реальных событиях драма про женскую бейсбольную команду, собранную во время Второй мировой войны, когда лига лишилась мужчин и от безысходности запустила женскую версию соревнования. Но лишь до конца войны. То есть прогресс вроде бы стал возможен, но на продиктованных мужчинами условиях и с четкими финальными сроками.
В начале нулевых самым громким примером перемен стала оскароносная драма «Малышка на миллион» Клинта Иствуда, также сыгравшего вторую по значимости роль, скрестившую в себе образ тренера и отца. Он был суров к героине Хилари Суонк (актриса получила за свою работу «Оскар»), но в то же время сочувствовал ее непростому бэкграунду — за плечами у атлетки была абьюзивная семья, в которой каждый родственник стремился нажиться на результатах ее упорного труда, не заботясь о вреде для ее здоровья и необратимости последствий полученных в боях травм.
Мэгги в исполнении Суонк проявляла стойкость, смирение перед фигурой и методами персонажа Иствуда и не жалела сил на пути к заветному чемпионству. Эти качества — полностью ее заслуга, но между строк считывалось — ей не удалось бы добиться таких высот, не окажись рядом толкового мужчины-коуча. «Малышка на миллион» стала приметой нового времени — как минимум фильм избавился от клишированного женского образа в традиционных спортивных проектах, когда героиням отводилась роль поддерживающей возлюбленной, музы или просто визжащей поклонницы, наблюдающей за чужим успехом со стороны и не имея персональных амбиций. Но в то же время фильм Иствуда — бесспорно талантливый и знаковый — еще сохранял связку «женский успех невозможен в полной мере без мужского участия».
Исследования последних лет доказывают, что женское и мужское спортивное кино — очень разные и традиционно существуют по своим законам. Например, в то время как мужские истории спортивных достижений фокусируются на физической силе и победе как таковой (самый очевидный пример — «Рокки»), женские проекты о спорте сосредоточены на эмоциональной стороне. «Тоня против всех» — в первую очередь криминальная история затравленной фигуристки, чьи достижения оттеняются громким скандалом. Фабула «Битвы полов» выстроена вокруг… битвы полов. Победа Билли Джин Кинг в теннисном матче против Бобби Риггса носила назидательный характер — доказала зазнавшемуся теннисисту, что женщины ни в чем не уступают на корте мужчинам. Но получается, что победа Кинг была бы невозможна без снисходительности Риггса, соизволившего согласиться на игру.
Мейнстримовые «Играй как Бэкхем» или «Она — мужчина» эксплуатировали образ женщин в футболе, стремящихся подражать мужчинам. «Королева злодеев» про знаменитую японскую рестлершу Дамп Мацумото находил источник сил спортсменки в ее детской травме, связанной с уходом отца. А байопик про Дайану Найэд, установившую мировой рекорд в 64 года, не обходился без упоминания ее травмирующего юношеского опыта, сопряженного с сексуализированным насилием, совершенным ее тренером. Это не определяло ее как человека и спортсменку, но закладывало, как показывают авторы фильма, фундамент для будущего рвения доказать максимум своих возможностей. И недавняя «Кристи» с Сидни Суини про самую известную боксершу своей эпохи отдает львиную долю сюжета образу жестокого тренера и супруга спортсменки.
Травма больше не преимущество
Такой подход, разумеется, не плох, потому что в реальной жизни мы продукт пережитого когда-то. Спорным лишь кажется представление о травме, которое тоже трансформируется в последнее время. Травма в историях побед (не только спортивных, а вообще) в общественном сознании и искусстве прошла свой путь от признания себя и возможности публично ее артикулировать до некой романтизации. Внезапно травмированность стала не только источником боли, но и сил. Раз ты справилась с травмирующим опытом, значит, ты сильная и непобедимая. Но сейчас все чаще встречается другой взгляд на травму: травма не сделала тебя сильнее, но сделала слабее, уязвимее. Травма травмирует, отбрасывает тебя назад, заставляя годами разбираться с последствиями того, что ты не выбирала. Как и бедность — это клише считать, что опыт бедности является преимуществом, потому что добавляет рвения в стремлении к победе. Неоднократно доказывалось, что бедность служит отягчающим фактором, а в числе спортивных чемпионов преимущественно выходцы из небедных семей — не богачи, но крепкий средний класс. Стабильные условия, в которых можно создавать успешную карьеру, не отвлекаясь на мысли, где бы раздобыть деньги на жилье и еду.
Образ женщин в кино спортивной направленности по-прежнему редко существует автономно — без привязки к мужчинам, их влиянию и поддержке. Когда женщины — центрообразующая сила истории, самодостаточная и не нуждающаяся в дополнительной «подпитке» в лице волевой мужской фигуры спасателя или учителя. Примеры таких фильмов (чаще документальных) есть, но все еще выглядят исключением, подтверждающим общее правило.
Усиливает жанровую стигму общее положение дел — исследования пятилетней давности показали, что только 4% профильных СМИ освещают женские спортивные соревнования. И за прошедшее время эта статистика практически не изменилась. А из этого выкристаллизовывается очевидная дилемма: как индустрии научиться правильно репрезентовать женщин в спорте, если не интересоваться женским спортом должным образом?