Экологичный конфликт: почему в повестке устойчивого развития так много разногласий
Устойчивое развитие, «которое удовлетворяет потребности настоящего времени и сохраняет в достаточном объеме ресурсы для будущих поколений», стало приоритетом стратегического развития государств, бизнеса, научных организаций и НКО. Эту концепцию предложили в 1987 году в ООН, и за 40 лет она проникла во все сферы принятия решений.
Япония, например, при прогнозировании будущего делает ставку на человеческое любопытство как ключевой параметр устойчивости, считая именно его двигателем инноваций.
В стране внедряется концепция «Общество 5.0» — японская правительственная инициатива по созданию «сверхумного» общества, где технологии искусственного интеллекта и роботы решают социальные и экологические проблемы, способствуют устойчивому развитию страны. Южная Корея в Стратегии роста до 2050 года поставила амбициозную цель: стать самой технологичной страной мира. Концепция развития КНР включает курс на построение «Прекрасного Китая» — экологически устойчивого государства с зеленой экономикой и сохранением природных ресурсов.
На уровне корпораций также заметны идеи устойчивого развития. Компания Unilever собирается к 2030 году сделать 100% упаковки перерабатываемой, пригодной для повторного использования или биоразлагаемой. Microsoft к 2050 году планирует компенсировать углеродный след с момента основания в 1975 году. Schneider Electric намерен к 2050 году стать углеродно-нейтральным: достичь баланса между выбросами CO₂ и их удалением из атмосферы.
Практическое применение концепции демонстрирует и научное сообщество. Оксфордский университет увеличивает биоразнообразие на своих территориях. Гарвардский университет откажется от вложений в ископаемое топливо к 2050 году. В Йельском университете действует внутренний налог на углерод, то есть добровольно установленная цена за тонну выбросов CO₂.
Между тем единодушие в целях не означает единства в подходах. Устойчивое развитие пока не смогло примирить интересы разных акторов политики и экономики, а дискуссии о нем превратились в «лоскутное одеяло» из противоречащих друг другу смыслов.
Такая разобщенность объяснима: мир вступил в эпоху глобальной конкуренции. Согласно докладу о рисках Всемирного экономического форума 2026 года, государства и бизнес сосредоточены на выживании, защите суверенитета и жестком соперничестве, отказываясь от кооперации. Однако если посмотреть на ситуацию из будущего, то становится ясно, насколько сиюминутным является нынешнее понижение приоритета повестки. Авторы того же доклада о рисках отмечают, что через 10 лет главной угрозой станет не соперничество, а климат и его последствия.
Как устойчивое развитие может повторить успех концепции инноваций
От повестки устойчивого развития не отказываются, но ее приверженцы разрозненны: каждый действует в своей области и не слишком выходит за рамки личных интересов. Похожая ситуация наблюдалась в 1990-х — начале 2000-х годов в инновациях: существовало множество разнонаправленных подходов и решений. Однако постепенно стали очевидны общие для человечества вызовы: растет доля пожилых людей в обществе, климатический кризис, геометрический рост объемов отходов. В итоге в 2003 году родилась концепция «открытых инноваций» (подход к ведению бизнеса, при котором компании используют не только внутренние разработки, но и внешние идеи, технологии и партнерства для ускорения процесса поиска решения). Концепция получила распространение и в России.
Идея устойчивого развития также требует трансформации. Текущее понятие сильно упрощено и часто сводится к точечным решениям, по которым сложно восстановить общую картину. За массой нужных решений конкретных проблем исчезает глобальный взгляд. Устойчивое развитие сегодня замкнуто в «плоскости Земли». Для текущих задач бизнеса и государства это справедливо, однако в долгосрочной перспективе в него необходимо включить влияние на толщу океана и космос. Планы человечества простираются далеко за пределы видимых гор.
Как перейти от гадания на кофейной гуще к научным прогнозам
Сейчас неопределенность столь высока, что люди и корпорации пытаются строить прогнозы, пользуясь далеко ненаучными методами: доходит до обращения к тарологам, астрологам и нумерологам.
Устойчивое развитие страдает от «аналитического фастфуда» — избыточного доверия к рейтингам, спискам, перечням, «быстрым» решениям. На презентациях и в статьях выбираются ключевые показатели, а остальным придается меньшее значение, и напрасно. Для страны или компании могут оказаться менее важными первые десять позиций в рейтинге глобальных угроз, тогда как одиннадцатая или двадцатая строчки играют главную роль.
Например, в уже упоминавшемся докладе о рисках в краткосрочной перспективе потеря биоразнообразия не попала в число главных угроз для большинства опрошенных. Однако для бизнеса, связанного с косметикой или производством кофе, к этому риску необходимо готовиться: менять рецептуры, искать новых поставщиков.
Не стоит искать простых ответов на сложные задачи — нужно кастомизировать аналитику, делать ее глубокой и многогранной. Пользуясь рейтингами, лица, принимающие решения, загоняют себя в ловушку линейности.
Дискуссию об устойчивом развитии необходимо выводить на новый стратегический уровень: строить аргументацию, опираясь на сценарии, научно обоснованные форсайты. Именно такой подход используют климатологи, когда рассматривают восемь возможных сценариев глобального изменения климата.
Но и здесь важно избегать упрощений. Как правило, сценарии делят на оптимистические, пессимистические и базовые. Подобные термины несут эмоциональную окраску, которая влияет на принятие решений: под оптимистическим сценарием никто не подпишется всерьез, а придерживаться пессимистического неловко.
Между тем сценарии могут обойтись без оценочных ярлыков, быть качественными и содержательными. Например, прогноз, где доминирует искусственный интеллект или отказ от ряда технологий. Любой вариант развития событий способен оказаться выигрышным для кого‑то из действующих субъектов экономики.
Также существуют инструменты прогнозирования и методологии работы с будущим — например, классический форсайт, который был придуман 70 лет назад. Форсайт не угадывает будущее, а формирует его на научно обоснованной базе с вовлечением таких стейкхолдеров, как государства, компании, исследовательские организации, вузы и общество.
Однако для эффективного применения этого метода необходимо увеличить объемы аналитики и статистики, а затем научиться анализировать большие массивы разнородных данных (от демографических показателей до ключевой ставки ЦБ). Пример такой работы — система iFORA, разработанная в Институте статистических исследований и экономики знаний ВШЭ. Подобных аналитических инструментов будущего должно становиться больше.
Каким будет устойчивое будущее
Пока в экономике действуют законы XX века, когда увеличение масштаба производства приводит к снижению издержек на единицу продукции, и сложно сказать, какой будет экономика через 30–40 лет. Однако у человечества появились и другие идеи принципов хозяйствования: низкоуглеродная экономика, шеринг (совместное владение), цифровая, платформенная, «серебряная», креативная экономики, экономика технологических суверенитетов, экономика данных, биоэкономика.
На уровне бизнеса тоже возможны сценарии с радикальной сменой рода деятельности. В прошлом такое уже случалось. Например, финская Nokia изначально выпускала туалетную бумагу, а потом стала лидером в телекоммуникациях. В России «Яндекс» и Ozon работали в одних сегментах, к которым со временем добавился финтех, выпуск товаров, сервисы типа покупки билетов и бронирования отелей. Еще одна особенность современности — «темные» производства, где роботы заменили людей, поэтому теперь заводские помещения нет надобности освещать. Компании перестают быть исполнителями одной функции и диверсифицируются: угольное предприятие превращается в энергетическое, банк — в технологическую компанию, сельскохозяйственная ферма — в цифровой бизнес.
Трансформация окружающей среды также влияет на концепцию устойчивого развития. Из-за роста температуры с высокой степенью вероятности ряд регионов планеты станет непригодным для жизни. В XX веке такое развитие событий предполагало бы миграцию, но в ближайшем будущем возможен другой сценарий. Например, коробочное решение для города позволит людям адаптироваться к климатическим изменениям. Прообразом таких решений можно назвать Масдар в ОАЭ — город внутри искусственного пространства, которое, как колпак, защищает жителей от пустыни. Что мешает разработать типовые города и предложить людям концепцию города — космического корабля или круизного лайнера, способного создать условия для жизни там, где окружающая среда для этого непригодна?
Вариантов развития событий множество. Единственная реальность станет сплавом сегодняшних возможностей, ограничений и представлений о будущем. Методы научного прогнозирования позволят соединить ожидания и выбрать наилучший вариант, поэтому задача ближайших лет — наладить взаимодействие всех акторов: от горожанина и чиновника до изобретателя. Вместо привычных отраслевых встреч и закрытых рабочих групп стоит сосредоточиться на создании общего языка — такого, который объединит людей из разных стран и сфер.
Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора