Проблема двух баков: почему в России есть сложности с раздельным сбором мусора

Как внедряли раздельный сбор 

Система обращения с отходами в России сложилась к середине XX века и с тех пор не обновлялась. В итоге в начале XXI века в стране перерабатывали 5–7% отходов, отрасль находилась в «серой правовой зоне», а граждане жаловались на растущие свалки. Ни федеральные, ни муниципальные власти не знали точного объема производимого мусора, имеющиеся мощности по его утилизации. По обобщенным данным Росприроднадзора, в России к 2013 году накопилось 90 млрд т отходов.

Чтобы сократить число свалок и улучшить управление мусорными потоками, власти намеревались: повысить прозрачность системы, увеличить сортировку и переработку мусора, активнее использовать вторичное сырье. Правовую основу мусорной реформы обеспечил закон «Об отходах производства и потребления» в редакции 2014 года. Однако активная фаза преобразований началась в 2019 году, когда при участии государства была создана публично-правовая компания «Российский экологический оператор» (РЭО) — координатор реформы. 

Согласно национальному проекту «Экология», планировалось, что к 2024 году 60% отходов будут попадать на сортировку, а 36% перерабатываться, к 2030 году сортировка должна была достичь 100%, а захоронение на полигонах — сократиться в два раза. Однако позже плановый показатель переработки снизили до 12%. Добиться заявленных результатов власти рассчитывали в том числе с помощью отбора вторичного сырья на сортировках. В этом случае из общего потока отходов выделяются полезные фракции — бумага, стекло, алюминий, пластик, — пригодные для переработки. Это в перспективе позволило бы использовать ресурсы рационально.

В ходе реформы планировалось создать мощные комплексы по переработке отходов (КПО), через которые будет проходить весь поток мусора. Также в регионах для оказания услуг по обращению с отходами должны были появиться специализированные компании — региональные операторы. Они отвечали за  налаживание системы сбора и сортировки ТКО. Предполагалось, что бизнес и государство будут инвестировать в новую отрасль, а окупаемость гарантируют платежи населения и компаний за услуги по обращению с отходами. Предприниматели начали строить сортировочные заводы и создавать региональных операторов. По данным РЭО, в 2024 году в России работали 184 оператора с совокупной выручкой 290,9 млрд рублей, также был построен 261 мусорный объект, в том числе 139 КПО.

В 2025 году в Минприроды подвели итоги завершения профильного нацпроекта и сообщили, что в стране сортируется 54% твердых коммунальных отходов, утилизируется — 14%. Однако, несмотря на, казалось бы, успешные преобразования, глава Совфеда Валентина Матвиенко заявила о «деградации реформы» и миллиардах впустую потраченных бюджетных денег. В 2025 году в Госдуме приняли закон, который продлевает срок эксплуатации почти заполненных свалок, то есть снизить потребность в полигонах также не удалось. 

Критики преобразований также говорят о том, что в стране не создана функционирующая система раздельного сбора и переработки отходов. Во многих регионах пришли в негодность контейнеры для раздельного сбора, поставленные в первые годы реформы. Кроме того, часто содержание баков для вторичного сырья не отличается от состава отходов для смешанного мусора. 

Противоречия реформы

Почему же не заработал один из основных механизмов сокращения отходов на полигонах — раздельный сбор? Ответ кроется в противоречивой  финансовой модели ключевых игроков отрасли — региональных операторов или регоператоров.

Тариф. Расчет тарифа предполагал, что весь мусор будет направляться на КПО. В результате возник парадокс: если граждане или компании наладят раздельный сбор — например, стекла, пластика, алюминия — и отправят это ценное сырье переработчикам, то региональные операторы лишатся части отходов, за которые планировалось получить деньги по тарифу. Региональному оператору невыгодно способствовать заготовке вторичного сырья на контейнерных площадках — это снижает поток отходов на КПО.

Показатель эффективности. С 2025 года КПО обязан направлять на переработку не менее 15% вторичных ресурсов от принятого объема отходов. Невыполнение показателей грозит штрафами и снижением тарифа. Таким образом, региональному оператору целесообразнее везти весь объем отходов на сортировку, чем организовать раздельный сбор на контейнерной площадке. На КПО проще для отчетности отсортировать 15 т вторсырья, пусть и низкого качества, из 100 т смешанного мусора. 

Происходят курьезные случаи, когда с первичного пункта сортировки стекло везут на КПО для учета, а затем отправляют переработчику, который находится рядом с первой точкой. При этом за счет лишних перемещений вторсырья у регионального оператора растет себестоимость операций. 

Два бака. В начале реформы в Минприроды решили придерживаться двухпоточной системы сбора мусора: один бак — «перерабатываемые» отходы, второй — «смешанные». Такая простая схема позволяла направлять финансирование на установку дополнительных баков на контейнерных площадках. В 2021 году правительство выделило на это 1 млрд рублей, в 2022 году субсидию увеличили до 1,5 млрд рублей. При этом дискуссии о качестве сортировки отходов практически не было. Предполагалось, что наличие баков уже способствует улучшению ситуации. Официальные оценки доходили до 80% переработки отходов из баков для вторсырья.   

Между тем представители профильных НКО неоднократно заявляли: двухпоточная система — неэффективный способ сортировки. По их оценкам, неперерабатываемый мусор в контейнере со «вторсырьем» составляет до 60%, а по внешнему виду такое вторсырье мало отличается от содержания баков со смешанным ТКО. Уровень переработки остался невысоким. В кулуарах отраслевых мероприятий сотрудники региональных операторов соглашаются с этой оценкой. 

Как такой подход приводит к банкротству переработчиков и экоцентров

Принятая схема работы регоператоров и тяжелая экономическая ситуация сделали развитие качественного раздельного сбора экономически нецелесообразным, поэтому многие независимые проекты прекратили работу. 

Например, в 2025 году региональный оператор «Буматика» из-за финансовых сложностей завершил проект по раздельному сбору ТКО в Перми и ряде муниципалитетов региона. В Бердске (Новосибирская область) несколько лет назад установили около 360 желтых контейнеров для сбора вторсырья — пластика, бумаги, стекла и алюминиевых банок. Но в 2025 году власти отказались от раздельного сбора и убрали специальные баки. 

Многие пункты раздельного сбора, которые работали 10–15 лет благодаря усилиям активистов, теперь закрылись. Организациям удавалось функционировать за счет грантов от крупного бизнеса и государства, предоставления льгот на аренду помещений, но в последнее время поддержка сортировки и переработки снижается.

Довольно много проблем у переработчиков, которым для выполнения требований государства требуется чистое сырье, а его сложно получить после разделения на два потока и сортировки на КПО. Только очень небольшой объем качественных вторичных ресурсов поступает от независимых сортировщиков. Это делает процесс переработки сложным и дорогим, а также приводит к увеличению стоимости.

Таким образом, механизм реформы позволяет властям отчитаться о достижении плановых показателей, но не сокращает объем полигонного захоронения и не дает развиваться отрасли по переработке.

Что следует изменить

Самый эффективный способ снизить нагрузку на систему обращения с отходами — не допустить их появления. Например, это возможно за счет безотходного дизайна продукции, внедрения оборотной тары или развития моделей совместного потребления (шеринг‑экономики). Однако подобные цели пока не включены в национальные приоритеты, поэтому не разрабатываются программы или стимулы для их достижения.

Также необходимо изменить финансовую модель региональных операторов. Ее следует выстроить таким образом, чтобы доходность этих компаний не противоречила задачам переработки, а сокращение объема отходов не приводило к банкротству. Следует пересмотреть и «показатели эффективности» работы операторов. Например, если в регионе удалось наладить раздельный сбор отходов и потоки мусора изменились, то нормативы работы КПО должны быть скорректированы.

 Что касается инвестиций в развитие раздельного сбора, то их источником мог бы стать экологический сбор. Сейчас компании платят его государству в рамках расширенной ответственности производителя (РОП), то есть за утилизацию товаров, вышедших из употребления. Эти средства необходимо направлять на развитие инфраструктуры для раздельного сбора, подготовки качественного сырья для переработки. Причем процесс распределения средств должен стать прозрачным и контролируемым для общества.

Минприроды неоднократно заявляло о намерении повысить платежи в рамках РОП. Однако при текущей схеме финансирования эти меры только поддерживают формальную отчетность как основную цель преобразований.

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора