К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.
Рассылка Forbes
Самое важное о финансах, инвестициях, бизнесе и технологиях

Новости

 

Двойные налоги и невозможность легализовать деньги: чем рискуют уехавшие россияне

Фото Getty Images
Фото Getty Images
Тема отъезда россиян постоянно появляется в информационном поле: по данным Росстата, в первом полугодии из страны выехали почти 420 000 человек. Об эмиграции рассказывают IT-специалисты, бизнесмены и представители творческих профессий. Иногда люди уезжают, не до конца разобравшись во всех аспектах — например, где платить налоги и по какой ставке. Forbes рассмотрел несколько кейсов россиян, переехавших в другие страны, изучил тонкости налогового туризма, а также выяснил, можно ли вообще не платить налоги, если ты не являешься резидентом ни одной страны, и чем это грозит

Работа — в России, жизнь — за границей

«У меня все банально: я трудоустроена официально, и работодатель переводит меня на договор ГПХ. У меня нет выбора: он не хочет платить больше налогов», — рассказала Forbes россиянка, которая летом переехала в Германию, но при этом продолжила дистанционно работать в российской IT-компании. 

Россия считает налоговыми резидентами людей, которые находятся в стране не менее 183 календарных дней в течение 12 следующих подряд месяцев, включая день въезда и выезда в Россию. Эти месяцы необязательно должны быть календарным годом, пояснил вице-президент Ассоциации юристов по регистрации, ликвидации, банкротству и судебному представительству Владимир Кузнецов. Работодатель определяет налоговый статус сотрудника каждый раз, когда выплачивает ему зарплату. Если человек отсутствует в России более 183 дней, он перестает быть налоговым резидентом. Для налоговых резидентов ставка по налогу на доходы устанавливается в размере 13-15%, для нерезидентов вырастает до 30%. При этом налоговые нерезиденты обязаны платить налог только с доходов из источников в России.

Вопрос необходимости уплаты большей суммы налогов за сотрудника для компании решается просто, считает гендиректор ООО «Серовбе», которое занимается сопровождением бизнеса, Серовбе Хачатрян. «Место осуществления труда в договоре меняется на зарубежье, и компания перестает платить налог за сотрудника, при этом трудовой договор лучше поменять на договор ГПХ — так рекомендует Минтруд. Далее ответственность за уплату налогов ложится уже на сотрудника в стране проживания», — говорит он. ГПХ — это договор разового оказания услуг, а трудовой договор предусмотрен для найма, пояснил Хачатрян. «В случае, если сотрудник уехал, он, по сути, оказывает компании услуги, а не ходит на работу, при этом компания за него не платит страховых взносов по этому договору, что правильнее с учетом того, что сотрудник и не живет в России», — добавил Хачатрян, отметив, что вид договора никак не влияет на ставку налога НДФЛ.

 

Минтруд действительно несколько раз рекомендовал переводить сотрудников, работающих из-за рубежа, на договор ГПХ. Об этом, в частности, говорилось в ответах на обращения с соответствующими вопросами, например, в 2015 и 2017 годах. В обоих случаях ведомство указало, что работодатель не может обеспечить безопасные условия труда для дистанционных сотрудников, работающих за пределами России. «Российская налоговая не хочет терять резидентов, не хочет, чтобы их налоги куда-то утекали, поэтому на практике никого не объявляет налоговым нерезидентом России в одностороннем порядке. Но у них есть такое право. С этим, конечно, связаны некоторые риски», — считает основатель компании Relocode Михаил Мижинский. 

В конце июля Минфин предложил обязать россиян, которые продолжают работать на отечественные компании из-за границы, платить налоги в России. Сейчас доходы россиян, работающих за пределами страны свыше 183 дней в году, считаются доходами из иностранного источника. Об этом говорится в Налоговом кодексе (статья 208, часть 3, пункт 6) и в письме налоговой, где, правда, уточняется, что в договоре должно быть предусмотрено, что рабочее место сотрудника находится в другой стране. В такой ситуации сотрудник не должен подавать декларацию и не обязан платить 30%-ный НДФЛ за то время, которое он работает не из России: подоходный налог платится в стране пребывания. Теперь же Минфин предлагает относить таких доходы к доходам от источников в России. Следовательно, сотрудникам придется платить в России 30% НДФЛ со своей зарплаты. Минфин утверждает, что эти поправки не вносят существенных изменений в действующие налоговые условия, а лишь уточняют порядок налогообложения дистанционной трудовой деятельности за пределами России.

«Такую инициативу ведомство объясняет необходимостью борьбы с практикой недобросовестной налоговой оптимизации, проводимой работодателями. Имела место практика найма сотрудников, находящихся вне России и не являющихся налоговыми резидентами, с целью не платить на них 13% НДФЛ», — пояснил Кузнецов. По его словам, несмотря на то, что документ пока не принят в качестве закона, этот момент стоит учитывать как работодателям, так и сотрудникам. Юрист затруднился оценить, могут ли счесть недобросовестной практикой перевод на ГПХ в такой ситуации. «Есть риски переквалификации договоров ГПХ в трудовые. Но если человек работает на гражданском договоре как самозанятый, он будет платить 6% вне зависимости от резидентства», — добавил Кузнецов. 

Основатель и генеральный директор компании Inbalansy Юлия Карасева говорит, что привыкла постоянно следить за изменениями налогового законодательства, потому что с 2018 года живет на две страны — Россию и Индонезию. «В такой ситуации нужно быть очень внимательным и аккуратным, а еще постоянно мониторить законодательство. Поскольку ты живешь на две страны, а кто-то, может, и на большее количество стран, работы прибавляется. Я стараюсь не проводить на Бали больше 183 дней, чтобы не потерять российское налоговое резидентство», — рассказала она.

Карасева пояснила, что не считает привлекательной возможность стать налоговым резидентом Индонезии. «Уровень непредсказуемости в области финансового и налогового законодательства там намного выше, нежели в России. Это может обернуться  неожиданностями, к которым ты не готов», — уточнила она. Индонезия ориентирована больше на туризм, чем на привлечение работников или тех, кто открывает свой бизнес, рассказывает предпринимательница. «Они сейчас рассматривают визы для цифровых кочевников, но это будет долго отшлифовываться. Я точно не хочу быть тем, кто на себе эту систему проверяет. Здесь все очень быстро меняется. И отдельная сложность — языковая. Даже с визами из-за этого были проблемы, а с налоговыми вопросами, я боюсь, могут быть фатальные ошибки». 

 

Ошибка нерезидента

В конце лета соцсети взорвала история россиянки Юлии, которая сообщила в Twitter, что, имея ВНЖ Эстонии, получает деньги от американской компании на собственное ИП в Грузии, чтобы платить налоги по ставке 1% вместо 60%, которые полагается уплачивать за такой вид деятельности в Эстонии. В результате в ветку обсуждений под этим постом пришел экс-президент Эстонии, который сообщил ей, что она нарушает закон.

«Судя по постам, девушка трудится в области IT и не вникает в тонкости налогового законодательства», — отметил председатель коллегии адвокатов Москвы «Адвокатъ» Андрей Мисаров. При условии, что Юлия гражданка России, которая проживает в Эстонии и получает доход от резидента США на счет в Грузии, где также платит налоги, юрист выделил несколько моментов: 

• Юлия обязана заплатить НДФЛ в России по ставке 13-15%, если она оставалась налоговым резидентом страны — она обязана платить налог с доходов, получаемых от источников как в России, так и за ее пределами, самостоятельно декларировать свои доходы и уплачивать НДФЛ. Если же она перестала быть российским налоговым резидентом, то платить 30% с этого дохода в России она не обязана.

• В Грузии россиянка обязана будет заплатить налог как иностранный ИП вне зависимости от налогообложения в России, так как соглашение об избежании двойного налогообложения между Россией и Грузией не действует.

• Зачисление денежных средств от нерезидента в неуполномоченный банк (банк без лицензии ЦБ на операции с валютой) по российскому закону является валютной операцией и не входит в перечень допустимых случаев зачисления денег на счета резидентов в банках за пределами России. В случае, если операция была проведена до 10 марта этого года, Юлия совершила административное правонарушение по части 1 статьи 15.25 КоАП РФ. 

 

Из того, что Юлия рассказала, видится, что она не работает в штате американской компании, поскольку она сообщила о своем статусе ИП в Грузии, отметил Мисаров. Следовательно, у нее заключен гражданско-правовой договор с заказчиком, которого она называет работодателем. Значит, те платежи, которые она получает по договору с заказчиком, не подпадают под разрешение, введенное 10 марта. 

«Таким образом, девушка из Эстонии, являясь гражданкой России, получает денежные средства в виде платежей по гражданско-правовому договору на свой иностранный счет от резидента США, минуя счет в уполномоченном банке России, что является нарушением п.9 ч.1 ст.1 ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле», — пояснил Мисаров, добавив, что ей грозит штраф. Однако к административной ответственности ее привлекут, только если сведения об этих операциях попадут в поле зрения российской налоговой. «Легализовать свои деньги в России девушка точно не сможет», — заключил Мисаров. 

Грузия должна будет занять очень жесткую позицию и контролировать, чтобы налоговые резиденты обязательно проводили в стране 183 дня в течение 12 месяцев, прогнозирует Мижинский. «Насколько жестко это можно контролировать с учетом того, что это безвизовая страна для многих, и насколько технически это возможно администрировать — это вопрос. Но по моим ощущениям и по той риторике, которую мы видим со стороны Грузии в отношении россиян, они явно должны быть заинтересованы в том, чтобы контролировать это максимально жестко. Если они сами этим не займутся, то в какой-то момент на них наедут другие страны. Но мне кажется, что Грузия точно не хочет становиться какой-то отмывочной точкой, в которой люди хотят числиться, чтобы не платить налоги, а жить там не будут», — говорит Мижинский. 

Страна без налогов?

Однозначного ответа на вопрос, какая страна более выгодна с точки зрения налогового резидентства ,нет, говорит партнер юридической компании «Астей» Теймур Агаев. «Например, существуют юрисдикции, такие как Монако и ОАЭ, в которых резиденты не платят НДФЛ», — рассказал он.

Заместитель главы приватного офиса шейха Сакера Бин Мухаммеда Аль Касими (эмират Шарджа) Яна Леонова переехала в ОАЭ в 2018 году. «Мы с мужем и ребенком переехали сюда по ряду причин, одна из них — это отсутствие налогов для моего мужа: он датчанин, юрист, и в Дании его налоги составляли 52%, иногда даже выше. Здесь же не требуется подавать декларацию о доходах, налога на доходы физлиц и дивиденды нет, как нет и налога на прирост капитала — и не планируется в ближайшее время», — рассказала она. 

 

Люди, которые проводят в ОАЭ 183 дня на легальных основаниях, становятся резидентами без налоговых обязательств, отметил основатель и управляющий партнер компании «Корпус права» Артем Палеев. «Огромное количество российских топ-менеджеров, когда получали бонусы или реализовывали свои опционы, уезжали и продолжают уезжать в Дубай, живут там и благополучно не заполняют свою 3-НДФЛ и не платят никаких налогов», — рассказал он. 

Сейчас Дубай стал жестче следить за тем, чтобы желающие стать его резидентами жили там положенные 183 дня, подчеркнул Мижинский. По его словам, контроль ужесточили давно ради борьбы с уходом от налогов. «В свое время люди приезжали в Дубай, чтобы стать там налоговым резидентом, а потом уезжали и жили в другой стране, где не платили налоги. Это приобрело зловещие масштабы. Американцы наехали на Дубай и пообещали отключить их от финансовой системы, если они не будут слушаться, те тут же ввели контроль», — рассказал Мижинский. Разрешение на проживание в ОАЭ могут получить инвесторы, предприниматели, ученые, специалисты, фрилансеры и другие категории иностранцев.

Межправительственная группа разработки финансовых мер по борьбе с отмыванием денег (Financial Action Task Force, FATF) в марте внесла ОАЭ в серый список юрисдикций, подлежащих усиленному контролю. Странам, попавшим в этот список, могут грозить различные проблемы: серьезный ущерб репутации, изменения в международных рейтингах, сложности с получением международного финансирования. ОАЭ, в свою очередь, назвали борьбу с отмыванием денег и другими финансовыми преступлениями своим приоритетом.

В большинстве случаев при выборе юрисдикции и налогового режима важно смотреть на источник дохода, отметил Агаев. «Если мы говорим о доходе с ценных бумаг, то в большинстве стран такой доход (например, проценты) облагается по месту резидентства. Если же речь о дивидендах, то они могут облагаться налогом как по месту пребывания, так и по месту нахождения компании, акции которой дают право на эти дивиденды, — так происходит в ОАЭ и Монако», — уточнил юрист, пояснив, что в данном случае дивиденды будут облагаться налогом в ОАЭ и Монако, а будут ли они облагаться еще и в другой стране, зависит от договоренностей между государствами.

Дубай, по его мнению, также интересен, например, спортсменам, которые занимаются индивидуальными видами спорта и не привязаны к тренировочным базам, в частности, теннисистам. «Они выбирают Дубай или Монако, получая при этом доход от участия в зарубежных турнирах, который не подлежит налогообложению», — пояснил юрист.

 

Цифровые кочевники

Концепция цифрового кочевничества, суть которой в том, что человек, работающий с цифровыми технологиями и ведущий мобильный образ жизни, находится в постоянных перемещениях между юрисдикциями, сейчас стала довольно распространенной, отметил Кузнецов. При этом он указал, что российское налоговое законодательство не слишком хорошо приспособлено к актуальным реалиям, так как создавалось в те времена, когда подобное явление еще не было распространено. «Многие цифровые кочевники выбирают удобные юрисдикции для осуществления своей деятельности, исходя из требований к качеству интернета, стоимости жилья, климата и других факторов. Наиболее популярны сейчас такие государства, как Таиланд, Бали, Португалия, Сингапур, Панама», — уточнил юрист.

Мижинский отмечает, что из-за увеличения количества дистанционных работников стали популярнее такие направления, как Португалия, которая привлекает экспатов со всего мира. «Такую же историю попытались сделать Греция, Эстония, Мальта, Кипр — более 40 стран заявили о запуске виз цифровых кочевников. При этом в основном им всем даются налоговые льготы на сколько-то лет. Нидерланды дают скидку на налоги для экспатов, которые приезжают работать по найму с большими зарплатами. Они будут тратить деньги на территории страны, и вообще это ценные кадры», — рассказал он. Мижинский добавил, что 35 млн человек в мире называют себя цифровыми кочевниками, а их средняя зарплата превышает $100 000 в год. Таким образом перемещаются большие капиталы, пояснил эксперт.

«Нет идеальной страны, у каждой свои недостатки. Например, Хорватия — прекрасная виза цифрового кочевника, но страна не в Шенгене. Венгрия — прекрасная страна с программой для цифровых кочевников, но они сделали ее только на год, фактически без возможности продления. И во многих странах эта виза не ведет к ВНЖ. Они говорят, что если вы хотите получить постоянный вид на жительство, то начинайте платить налоги здесь по полной, как и все граждане, которые здесь живут. Тогда мы будем выстраивать с вами долгосрочные отношения. Виза цифрового кочевника подразумевает, что вы приехали на год, максимум два. А потом вы уедете в какую-то следующую страну», — говорит Мижинский.

«Я решила получить статус digital-nomad, потому что это хорошая возможность путешествовать и узнать другую страну: ты можешь находиться в стране дольше, чем положено, и дольше, чем турист. Это действительно отличные визы для тех, кто хочет работать из того места, где ему комфортно, а не оттуда, где находится его компания», — рассказала Forbes Наталия, редактор компании из автомобильной отрасли. Она подала заявку на визу кочевника Хорватии 24 июля в Москве, а через три недели, получив туристическую визу, приехала в Сплит дожидаться решения от властей страны. Официальный срок рассмотрения документов — 60 дней. 

Наталия планирует продолжать работать на российского работодателя, с которым сотрудничает официально: получает белую зарплату и платит все отчисления. «Я предупредила своего непосредственного начальника, что хочу работать из Хорватии, и она подтвердила, что это возможно. Мы договорились, что пойдем в бухгалтерию и кадры оформлять документы после того, как я получу одобрение визы», — рассказала она. Наталия планирует предупредить бухгалтерию о необходимости вычитать из ее зарплаты 30% из-за потери статуса налогового резидента. «Я понимаю, что, как бы ни был оформлен контракт, мне все равно придется платить 30% и с зарплаты, и с недвижимости, которая осталась в Москве. Но это мой осознанный выбор», — добавила Наталия. 

 

Она подчеркнула, что выбирала статус digital-nomad не ради того, чтобы уйти от налогов или сэкономить. «Вопрос о том, информировать ли компанию и российских регуляторов, не стоял. Потому что, если я этого не сделаю, компания, которая платит за меня налоги, через 12 месяцев столкнется с претензиями налоговой. Это нечестно и неприлично. Плюс у меня в России остается недвижимость. И каким бы ни было мое отношение к тому, на что государство тратит налоги, не соблюдать закон я не могу.  Для меня это двойные стандарты — обвинять в несоблюдении законов одних и не соблюдать их самой», — говорит Наталия.

Налоговый туризм: мифы и реальность

Есть страны, где ставка подоходного налога ниже, чем в России, а также предусмотрены 50%-ные скидки (как в случае с оплатой штрафов за превышение скорости в России), если налог будет уплачен сразу после получения дохода, а не в следующем году, когда сдается декларация, рассказал Палеев. В качестве примера он привел Болгарию, где базовая ставка подоходного налога физического лица — 10% и при этом предусмотрена 50%-ная скидка. 

Кроме того, есть страны, устанавливающие специальные налоговые режимы, и категории налогоплательщиков, которые от большей части доходов (как правило, полученных от источников за пределами этой страны) вообще не облагаются никакими налогами, добавил Палеев. «Типичный пример — Кипр, который несколько лет назад запустил налоговый режим non-domicile, в соответствии с которым новый кипрский налогоплательщик освобождается от налогов практически на все доходы, за исключением локальной зарплаты, в течение 14 лет после того, как он начал применять этот налоговый режим. Кроме того, этот режим доступен для приехавших на Кипр людей, которые проживают там 60 дней в году, но только при условии, что они не входят в конфликт с условием про 183 дня. То есть не должно быть другой страны, где они проживают 183 дня в году», — добавил юрист. 

Он подчеркнул, что для получения налоговых льгот необходимо легально пребывать в стране — как правило, подразумевается либо устройство на работу, либо получение вида на жительство в связи с покупкой недвижимости. Кроме того, ВНЖ Кипра позволяет получить программа для цифровых кочевников. «Как правило, мотивация для стран всегда одна — поддержка локальной экономики. Состоятельные люди, которые к ним приезжают, обеспечивают этим странам гарантированный доход в виде налогов со своей локальной зарплаты, взносов в пенсионный фонд, помимо всего прочего, они арендуют недвижимость, едят, лечатся. Это всегда не маргинальная история, а объяснимая экономически», — пояснил Палеев.

Нужно помнить, что в разных странах дни пребывания для целей налогового резидентства считаются по-разному, напоминает Палеев: в Китае, например, день приезда и день отъезда не считаются днями нахождения в стране, а в России — считаются. В некоторых странах Европы день отъезда — это день не в стране, а день прибытия — день в стране, добавил юрист. Он рассказал, что «Корпус права» разработал приложение Tax resident, которое считает дни по правилам всех юрисдикций.

 

Подход, при котором человек перемещается между разными странами, иногда называют «налоговым туризмом». Но Палеев считает, что по факту налоговый туризм — это миф. «Это никакой не туризм. Вам везде необходимо легальное физическое присутствие. Вы можете находиться на Кипре 60 дней в году, но work permit извольте получить. А самое главное — вы не можете пользоваться бенефитами сразу нескольких стран. Вы выбираете какую-то юрисдикцию вместе с ее бенефитами и издержками», — пояснил юрист.

А можно нигде не платить?

Чисто теоретически не быть налоговым резидентом ни в какой стране можно, но трудно реализуемо, говорят эксперты. Это возможно, если «не попадать под радары» либо перемещаться между теми юрисдикциями, в которых нет обязательств по выплате подоходного налога, как, например, Дубай, а оставшееся время делить между другими странами, рассказал Forbes источник в юридических кругах.

«У нас был один клиент, который проживал большую часть времени на яхте, находившейся чаще всего в нейтральных водах. Но это было в середине — конце 2000-х. Была приватизация, а потом новоиспеченные собственники предприятий стали сталкиваться с захватчиками, с рейдерами. Этот человек — один из тех, кто выжил в этих войнах. Он потерял все активы и имущество, и ему пришлось фактически бежать из России», — добавил юрист.

По его мнению, на тот момент подобная модель работала только потому, что между налоговыми органами разных стран не было взаимодействия на глобальном уровне. «Несколько лет назад запустили систему обмена информацией. Сейчас она в отношении России вряд ли работает, но до недавнего времени работала замечательно», — сказал юрист. 

С тем, что сейчас подобное невозможно, согласен и Мижинский. «Если вы пять раз в год меняете страну, чтобы нигде не быть налоговым резидентом, вы получаете доход, с которого нигде не уплачены налоги, и вы не сможете ни копейки из этих денег легально потратить. Потому что вы не сможете объяснить, где вы заплатили налоги с этих денег, чтобы купить что-то крупное легально. И получается, что вы сами заинтересованы в том, чтобы стать налоговым резидентом хоть где-то, если вы хотите законно этими деньгами распоряжаться», — пояснил он. 

 

Ситуация, при которой человек нигде не сдал налоговую декларацию, приведет к полной остановке любых трансакций на уровне банка, говорит Мижинский. «Человек принес банку деньги, и нет налоговой декларации, где говорится, что он их задекларировал. Это первый признак того, что это какие-то серые незаконные деньги. В данном кейсе к ответственности его никто не привлечет, потому что он ничего не нарушил — он же не был нигде налоговым резидентом. Но этот свой условный миллион, с которого он не заплатил налоги, человек просто не сможет использовать. Он будет у него лежать, скорее всего, в наличке, потому что ни один банк его не примет», — пояснил эксперт.

«Как происходит налогообложение — ты что-то потратил и засветился. Купил дом или машину — засветился. И тебе говорят: ты купил дом за миллион, а откуда он у тебя? Заработал, хорошо. А ты заплатил налоги с миллиона? Заплатил — молодец, не заплатил — будет серьезный разговор», — говорит он. По его мнению, сейчас не быть налоговым резидентом нигде — плохая идея: плюсов никаких, зато серьезные минусы. «Человек сам себя загоняет в ситуацию, когда он не может пользоваться деньгами, не отмывая их. А в случае, если он отмывает деньги, он попадает под уголовную ответственность», — рассуждает Мижинский.

В такой ситуации оказались, например, владельцы криптосостояний, добавил он. «Они никак не могут превратить эти деньги в фиат, кроме как в результате сделки в подворотне с сомнительными личностями. Пока вроде работает такая схема: у вас много крипты, вы приехали в Дубай, купили квартиру, потом через какое-то время продали квартиру, налогов для физлиц нет, у денег белое происхождение. Такая схема, наверно, возможна и пока законна. Но с этим борются, и, я думаю, это ненадолго», — рассказал Мижинский. 

О том, что россияне используют Дубай для вывода денег из страны через криптовалюту, еще в марте писал Reuters. По данным агентства, в ОАЭ россияне либо обменивали криптовалюту на доллары, либо покупали на нее недвижимость. Леонова рассказала, что в августе вышло заявление, в котором говорилось, что власти ОАЭ будут внимательно смотреть за тем, чтобы не происходило отмывания денег через покупку недвижимости за криптовалюту. Сообщение об этом на сайте Министерства иностранных дел, на которое ссылается Coindesk, сейчас недоступно. «До этого да, последние два года это было очень масштабно. Вообще в Дубае и Абу-Даби есть лицензия, которая позволяет компаниям официально работать с криптовалютой — менять наличные на крипту, и наоборот. В марте они создали орган VARA, который будет заниматься цифровыми активами, но пока регуляции нет, все это действует в серой зоне. Пока обмен крипты на наличные проводится без подтверждения источников происхождения денег», — говорит она.

Агаев отметил, что в каждой юрисдикции свои критерии налогового резидентства. По его оценке, можно постоянно переезжать из Франции в Россию или Дубай или еще куда-либо, но если французская налоговая администрация сочтет, что из 15 стран, в которых физлицо проживало в течение года, Франция занимала доминирующую позицию, она будет считать его своим налоговым резидентом. Французская налоговая принимает решение на основе своих данных и ничего не доказывает, пояснил эксперт. «Вообще французская налоговая по умолчанию будет применять критерий проживания для определения налогового статуса физлица. То есть если обнаружится, что Франция — основное место проживания человека, на что будут указывать адрес проживания, счета в банке, дети, посещающие французскую школу и так далее, — будьте уверены, что вы будете признаны французским налоговым резидентом, и бремя доказывания обратного будет лежать на вас», — предупредил Агаев.

 

Гипотетически можно себе представить, что человек не является налоговым резидентом нигде, однако это вряд ли возможно в случае людей, которые занимаются бизнесом, считает Палеев. Он пояснил, что правило 183 дней — основное, но не единственное, по которому определяется налоговое резидентство. Из него есть исключения, которые устанавливаются налоговым законодательством отдельных стран. «Давайте представим себе человека, который нигде не проводит 183 дня. Получается, что к нему это основное правило неприменимо. Тогда существует другое — центр жизненных интересов, по которому налоговое резидентство определяется в той стране, где у человека есть, например, семья, дом, работа — то, что связывает его жизнь с этим местом. Гипотетически можно представить себе, что таких мест несколько. И тогда возникает конфликт между юрисдикциями, который регулируется по правилам соглашений об избежании двойного налогообложения. Если этих соглашений нет, человек может быть признан налоговым резидентом во всех этих странах», — рассуждает юрист.

Для определения налогового резидентства часто применяются такие критерии, как центр экономических интересов и центр жизненных интересов, подтверждает Мижинский. То есть статус присваивается исходя из того, где человек получает основной доход и где живет его семья. «Например, Францию интересует, где вы прожили большее количество дней: если вы прожили в ней 50 дней, а во всех остальных странах — по 40 дней, то она будет считать вас французским налоговым резидентом. Если вы не жили во Франции вообще ни одного дня, но здесь ваша жена и дети ходят в школу, то французы могут признать вас налоговым резидентом по принципу центра жизненных интересов», — рассказал он. 

Палеев также упомянул США, которые считают своими налогоплательщиками всех граждан и держателей green card. «Им все равно, проводишь ты 183 дня в стране или не проводишь — будь добр, заплати налоги в Америке. Если тебе еще где-то нужно заплатить налоги, потому что ты там проводишь 183 дня в год, —  отлично, плати и там. Если между странами есть соглашение об избежании двойного налогообложения, то все будет засчитываться», — уточнил юрист, добавив, что налоговое законодательство всегда национально, а не международно, и каждая страна взимает налоги со своих налогоплательщиков по своим правилам. 

Жить на несколько стран имеет смысл, только если того требуют профессиональные или жизненные обстоятельства либо это приносит значительную экономию за счет налогов, так как подобный сценарий потребует очень больших расходов на команду специалистов, считают эксперты. Мижинский рассказал, что работает с четырьмя налоговыми консультантами: один из них консультирует по налогам в Англии, потому что там он ведет бизнес, второй — по тому же в Гонконге, третий консультирует по российским реалиям, так как в России у него тоже есть доходы, и четвертый — по французским. «И многие с этим столкнутся: нужны будут как минимум два налоговых консультанта или хороших бухгалтера. Даже три — еще есть соглашения об избежании двойного налогообложения, в которых обычно не разбираются те, кто занимается только французским или только российским правом. Если бы я был фрилансером-программистом, все было бы проще. Но наш бизнес более сложный, и мы работаем с клиентами более чем из 10 стран, поэтому для нашего бизнеса — это минимально необходимая схема», — пояснил Мижинский.

При таком образе жизни важно правильно и своевременно платить налоги и соблюдать валютное законодательство России, подчеркнул Мисаров. Он пояснил, что понятие валютного резидентства не связано с налоговым, а несоблюдение валютного законодательства несет серьезные последствия. Нужно соблюдать требования по открытию, закрытию, изменению счетов, требования по отчетности, а также учитывать требования закона о противодействии отмыванию денег, отметил юрист. «В частности, по всем операциям необходимо иметь документы, подтверждающие оказание услуг, исключающие их квалификацию как доходов, полученных преступным путем, их легализацию (отмывание)», — подчеркнул Мисаров.

 

Кому платить, если ты блогер? 

Интернет всегда несет в себе неопределенность из-за его глобальности, говорит Агаев. Он напомнил, что сохраняется проблема определения места налогообложения крупных интернет-компаний — Google, Amazon, Meta (признана в России экстремистской и запрещена), Apple, иногда Microsoft — и в европейских странах. В частности, во Франции в их отношении устраивались судебные процессы, потому что местные налоговые органы считают, что эти компании ведут активную деятельность на территории страны, но при этом они зарегистрированы в юрисдикциях, которые позволяют им минимизировать налоговое бремя. 

Налоговые власти Франции, пояснил эксперт, считают, что компания ведет активную деятельность на территории страны, если она обращается к французской аудитории. «По аналогии можно то же самое применить и к блогерам. Например, если блогер физически находится во Франции, Италии или Испании, но обращается к русскоязычной аудитории, то, наверно, он больше ведет деятельность на территории России. Чтобы избежать неопределенности, блогеру в том числе следует решить, в какой форме вести свою деятельность: возможно, это будет статус самозанятого, а может, следует рассмотреть возможность открытия юридического лица в какой-либо юрисдикции», — порекомендовал Агаев.

О том, что на этот вопрос о налогообложении блогеров до сих пор нет однозначного ответа, говорит и Мижинский. «Об этом разные страны спорят и никак не могут договориться. Все зависит от того, где блогер физически живет. Если он постоянно перемещается между пятью странами в течение года и ни одна из них не Франция, то он нигде не налоговый резидент и попадает в ситуацию человека, который нигде не платит налоги со своих денег — деньги у него есть, а потратить он их не может. По мелочам может: в кафе сходить и заплатить наличкой — без проблем, но вот купить дом — уже нет. Он не сможет положить их в банк. Он сможет хранить их под подушкой и по чуть-чуть топить ими печку», — пояснил Мижинский, добавив, что налоговое резидентство по центру жизненных интересов определяется не только во Франции, но и в других странах ЕС. 

Такое понятие, как центр жизненных интересов, есть во многих странах Евросоюза, говорил «Экономике на слух» и партнер швейцарского офиса FP Wealth Solutions Алексей Дебелов. Оно учитывает, где человек живет, где у него дом, где живет его семья, где он зарабатывает деньги. «В этой ситуации с вас могут потребовать налоги, даже если вы не живете на территории этой страны достаточное время», — говорил эксперт. Аналогичный подход применяется и в Израиле, рассказывал ранее Forbes эксперт по налоговому обложению Израиля аудитор Вадим Осадчий.

Палеев, в свою очередь, считает ситуацию с блогерами однозначной: он говорит, что резидентство блогеров определяется по правилу 183 дней, а если оно неприменимо, то по центру жизненных интересов. «Налоговое резидентство вообще никак не привязывается к профессии. Оно определяется для всех одинаково», — уверен юрист. 

 

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06
Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media LLC. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2022
16+