Как проблемы с интернетом бьют по бизнесу: отвечают предприниматели

2026-й бизнес встречает в состоянии турбулентности. Предприниматели почти единодушно говорят: стало хуже, чем год назад. Более 75% отмечают серьезные проблемы, у большинства падает выручка, а почти половина работала без прибыли уже в прошлом году. Таковы данные опроса «Опоры России»: 69% предпринимателей столкнулись с падением доходов, 45% работают на грани рентабельности или в минус, а почти каждый пятый всерьез задумывается о закрытии бизнеса. Сильнее всего просели бьюти-сфера, стоматология и автосервисы.

Параллельно бизнес столкнулся с еще одной ситуацией: перебои мобильной связи, отключения интернета, нестабильная работа мессенджеров — в первую очередь Telegram. Из-за этого у многих сломались базовая инфраструктура и процессы работы.

Что это значит на практике? Как выглядит день предпринимателя, когда пропадает интернет? И сколько на самом деле стоят эти сбои — в деньгах, репутации и нервах?

В подкасте «Делай бизнес» мы собрали 25 предпринимателей из разных регионов и отраслей — тех, кто проходит через это прямо сейчас. Ниже — часть их ответов. Полную версию выпуска можно послушать по ссылке.

Подписывайтесь и слушайте подкаст «Делай бизнес!» на всех стриминговых площадках.

​​Олеся Седова, основатель агентства «Финансовое бюро» для ИП и самозанятых

«В прямом смысле говорю: «черный лебедь» — мгновенно, быстро, мы даже не успели ничего понять. Пандемия 2020 года, потом февраль 2022-го, и вот сейчас 2026-й… Сейчас конкретно мы увидели падение на 20%. Но дело даже не столько в деньгах и в оборотке, основное — это потеря доверия клиента: не доходят сообщения, не могут оплатить, грузится ссылка.

И вот это вот снижение доверия из-за задержки больше всего бьет под дых. Коленки подкашиваются из-за того, что идет дополнительная нагрузка на команду, они начинают писать и в WhatsApp (принадлежит компании Meta, которая признана в России экстремистской и запрещена), и в Telegram, и в MAX, еще и письма отправляем, а если человек не отвечает — мы еще звоним. И в финансовой сфере это особенно чувствуется, потому что когда есть большой кредит доверия, когда люди ожидают стабильности, четкости, опоры — а ты не можешь им дать эту опору, потому что тебя самого колышет.

...Как мы адаптируемся? Увеличиваем работу с базой, увеличиваем количество каналов связи (сейчас 11): туда входят и «Дзен», и Pinterest, и VС — абсолютно все. Я лично делаю открытые встречи, хожу в «Мой бизнес», хожу в «Опору России». Везде абсолютно пытаюсь сейчас людям сказать, что я есть, я никуда не делась, независимо от того, что какие-то каналы сейчас не видны в поле зрения клиентов.

Переводим часть процессов на офлайн, на альтернативную платформу (в нашем случае это GetCourse и «Яндекс Диск»). Фиксируем не только клиента по телефону, но еще и достали ту самую бумажную телефонную книжку и записываем даже туда, потому что уже не знаем, где сохранить контакт. И в прямом смысле усиливаем прямую коммуникацию. Звонок, прямой разговор — сейчас это вышло прямо на первый план».

Александра Северова, владелица массажной студии «Мнем с душой»

«Интернет-блокировки ударили сразу по нескольким фронтам — и это не просто «неудобно», а прямые финансовые потери и операционные сбои. Наш бизнес на 80% зависит от онлайн‑каналов: запись через сайт и Telegram‑бот, Yclients, реклама в соцсетях и «Яндекс Директе»; онлайн‑оплата абонементов и подарочных сертификатов; CRM‑система для учета клиентов и планирования графика мастеров.

Когда интернет нестабилен или недоступен, вся эта цепочка рушится: за последние полгода из‑за отключений мы потеряли около 15,3% ежемесячной выручки, сорвались маркетинговые кампании — бюджет на рекламу «сгорел» впустую. Клиенты не могут записаться онлайн, а мы не видим новых заявок. Терминалы теряют связь с банком. Недоступны мессенджеры и email — не можем подтвердить запись, напомнить о визите или отправить чек. CRM не синхронизируется — теряются данные о клиентах, истории сеансов, предпочтениях.

Как решаем проблему? Мы внедрили несколько мер, чтобы снизить зависимость от интернета. Настроили SMS‑рассылку на случай сбоев в мессенджерах. Завели бумажные журналы записи и дублируем в них все заявки, поступающие по телефону. Подключили двух провайдеров с разными каналами связи (кабель + 4G‑роутер). 

Вводим скидки. Да, это требует дополнительных затрат — на оборудование, софт, обучение. Но альтернатива хуже: просто потерять клиентов и выручку. Сейчас наша цель — сделать бизнес максимально устойчивым к таким ситуациям, потому что, судя по всему, они станут новой нормой».

Артем Ковалев, основатель Академии программирования для детей «Хечхог»

«Мы очень сильно ощущаем влияние блокировок. За последние несколько недель мы видим, что при сопоставимых бюджетах на маркетинг мы получаем меньше лидов, и, соответственно, эти лиды стали дороже.

Люди меньше заходят в Telegram, и, как следствие, они не видят нашу рекламу и на нее не кликают. Мы перераспределили бюджет на другие каналы. Ну и в целом кажется, что починить это можно. Вторая проблема более глубокая — это проблема коммуникационная. Все наше общение с клиентами, с контрагентами, с партнерами — вся рабочая переписка происходила в Telegram.

Когда заблокировали, запретили WhatsApp — все плавно сами перетекли в Telegram, и в принципе мы это не сильно на себе ощутили. Сейчас ощущаем сильно, потому что большая часть наших клиентов и наших партнеров находится в регионах. Люди в регионах многие не могут физически зайти в эти мессенджеры, используя даже разные инструменты. Если произойдет полная блокировка Telegram, мы будем вынуждены перейти в MAX и выстраивать, по сути, с нуля всю  коммуникацию. Больше никаких решений не видим».

Полина Соскова, сотрудница концепт-стора ювелирных украшений «Двенадцать» 

«Это все отстой, который сложно описать словами. Вся наша автоматизация, которую мы настраивали долго и дорого идет по одному, простите, месту. Мы снова вернулись к звонкам, а люди пока не привыкли, что им звонят незнакомцы, и либо игнорируют звонки, либо не самым приятным образом отвечают. Понятно, что наши покупатели в основном лояльные и хорошие, тем не менее это дополнительная ненужная работа, в которую нас заставили вернуться.

С соцсетями отдельная песня. На мой взгляд, в России не существовало альтернативы сначала Instagram (принадлежит Meta, которая признана в России экстремистской и запрещена) по количеству аудитории, а теперь и Telegram, который тоже закрывают. Мы живем в формате, где важен каждый день продаж, у нас нет сезонности, нам важно, чтобы люди приходили и покупали каждый день. Без соцсетей, где мы их развлекаем и где мы с ними коммуницируем, нас довольно скоро потеряют. Понятно, что не сразу, но скоро. И вариантов быстрого перехода в аналогичную соцсеть нет. В MAX мы регистрироваться не хотим.

В формате отдушины у нас остался только сайт. Мы долго его развивали, и его у нас не отнять! Так что приходите скорее что-нибудь купить и желательно приносите наличные». 

Елена Ивашкина, владелец торгово-производственной компании «Атлант групп»

«Мы занимаемся изделиями из камня. После блокировок у нас бизнес поехал от слова «совсем». 80% трафика мы потеряли, это очень весомо. Новый мессенджер MAX люди не воспринимают — хроническая забастовка и недовольство.

Что ломается в первую очередь? Коммуникационная и информативная связь непосредственно с клиентом, с потребителем — консультация, первичный контакт. Раньше люди говорили: «Ой, отправьте мне информацию, я сам почитаю». Ты ему отправляешь, через какой-то период времени ты с ним уже контактируешь, он к тебе уже более доверительно относится. А учитывая, что сейчас на каждом углу... трубят о том, что «не отвечайте на незнакомые звонки», — то тут вообще усложняется история.

А как дальше-то работать? Писать мы не можем, общаться не можем, звонить не можем, а что можем-то уже в конце концов?! Или мы возвращаемся к той истории — приезжайте к нам в офис через всю Россию и смотрите образцы материала?!»

Антон Филонов, основатель сети магазинов «Капитан Мармелад»

«Проблема началась с того, что нужно было переходить с WhatsApp — он уже плохо работал, и люди перестали открывать наши сообщения — в следующий мессенджер. Хорошо, что мы пропустили этап с Viber, хотя бы тут сэкономили деньги! Также мы не пошли в интеграцию «ВКонтакте». Мы выбрали Telegram как самый массовый мессенджер на тот момент.

Как оповестить свою базу о переносе? Пришлось воспользоваться SMS-сообщениями. На тот момент они стоили 5–6 рублей за сообщение. Мы потратили деньги и перевели людей в Telegram. Не все, конечно, перешли (около 20%).

Сейчас мы сталкиваемся с такой же проблемой, но уже в разы больше. Если мы сейчас возьмем свою базу в 120 000 человек и разошлем всем сообщения в мессенджере MAX — нас моментально заблокируют. То есть у нас есть база, она большая, она дорогая, но связи с ней мы не имеем. Сейчас SMS-сообщения оптом стоят 15–20 рублей за человека. Получается, нам нужно где-то в районе 2 млн рублей, чтобы только оповестить клиентов о переносе. Большая цена для нашего бизнеса, и мы это делать не будем. По итогу получается, что мы свою базу практически всю потеряли. Максимум перенесем 5–10%.

Сейчас все больше предпринимателей жалуются на то, что происходит, и я, конечно, прекрасно их понимаю. Но с другой стороны, на то мы и предприниматели, чтобы что-то «предпринимать» и справляться со сложными задачами. Если посмотреть на все это с той стороны, что пока кто-то жалуется, вы можете его обогнать — пока он сидит переживает и думает, что ему делать, вы можете разогнаться и занять его место, забрать его клиентов и, наоборот, вырасти.

Всегда кризис был бременем сильных, и всегда те компании, которые выживали в кризисы, в сложные времена, потом в момент рассвета становились лидерами рынка!»