Юлия Сельская: «Последние пять лет большинство пациентов нестандартные» | Forbes.ru
$59.13
69.44
ММВБ2155.82
BRENT62.44
RTS1147.61
GOLD1282.90

Юлия Сельская: «Последние пять лет большинство пациентов нестандартные»

читайте также
+523 просмотров за суткиМарина Науменко: «В нашем роддоме все сосредоточено вокруг мамы и новорожденного» +665 просмотров за суткиАндрей Лобузнов: «Мы помогаем нашим пациентам выглядеть и чувствовать себя на 15 лет моложе» +224 просмотров за суткиИрина Васильева: «Основная цель нашей работы — раннее выявление рака груди» +94 просмотров за суткиЕлена Чиликина: «Современная стоматология улучшает качество жизни» +70 просмотров за суткиВиталий Акимов: «При остром инсульте главное для спасения мозга — это время» +46 просмотров за суткиРозанна Гардашник: «Детям не должно быть больно» +36 просмотров за суткиРаид Элиас: «Возрастная дальнозоркость уже не проблема» +11 просмотров за суткиБаходур Камолов: «Пациент должен быть уверен, что его лечат правильно» +9 просмотров за сутки«Сосудистые заболевания молодеют — инфаркт может случиться в 30 лет и даже раньше» +7 просмотров за сутки«Уход за собой — это инвестиция, которая всегда себя окупит» +7 просмотров за суткиАндрей Волобуев: «Оперирует не робот, оперирует хирург» +4 просмотров за суткиВ движении: достижения современной травматологии и ортопедии +16 просмотров за суткиАндрей Яновский о новом роддоме ЕМС: «Мы подняли планку очень высоко» +5 просмотров за суткиЮлия Вознесенская: «Процедура ЭКО не страшная — сложнее на нее решиться» +3 просмотров за суткиВрачи-иностранцы в России – международный опыт в российских реалиях +7 просмотров за суткиВладимир Носов: «Мы можем многое сделать для женщин с онкозаболеваниями для сохранения репродуктивной функции» +7 просмотров за суткиАлексей Кривошапкин: «Перестанешь учиться — наступит конец» +8 просмотров за суткиНаталья Ривкина: «Психиатрия — это точная наука» +5 просмотров за суткиАндрей Королев: «Мне повезло с учителями» +4 просмотров за суткиЕвгений Либсон: «Первое, что я требую от врачей — выучить английский язык»
Европейский Медицинский Центр

Юлия Сельская: «Последние пять лет большинство пациентов нестандартные»

Проблемы лор-органов не редкость для больших и маленьких жителей мегаполиса. Чем опасен храп, как помогает хирургическая навигация и зачем отоларингологи работают совместно с пластическими хирургами, рассказывает руководитель Клиники оториноларингологии, хирургии головы и шеи Европейского медицинского центра (ЕМС) Юлия Сельская.

О докторах и специализациях

Я в ЕМС c 2005 года, на тот момент лор-пациентов принимали эксперт из Франции доктор Жан-Рене Милье и специалист высочайшего класса, отоневролог-сурдолог Евгения Цыганкова. Через несколько лет мы поняли, что нужно расширяться, и начали развивать различные лор-направления, приглашать коллег. 

Сейчас наша клиника располагается в четырех зданиях ЕМС, но работаем мы сообща, единой командой. Наши пациенты не только граждане России, но и экспаты и члены их семей. Мы подбирали докторов так, чтобы они были одновременно и профессионалами, держащими руку на пульсе медицины, и владели иностранными языками, чтобы свободно общаться с пациентами и зарубежными коллегами и иметь доступ к последним исследованиям и публикациям. 

Наши доктора несколько раз в год выезжают на конгрессы и стажировки в ведущие зарубежные клиники для того, чтобы получать новые знания и понимать, что в клинике на хорошем уровне, а что нужно развивать, какие новые наработки внедрять. К примеру, летом в Париже состоялся масштабный международный конгресс отоларингологов, который проходит раз в четыре года. Мы присутствовали на всех секциях патологии «голова-шея», было очень приятно осознать, что наша клиника находится на достойном уровне по всем фронтам.

Сегодня мы оперируем практически любые патологии, включая онкологические, работаем со сложными пациентами в команде с врачами других специализаций. Мы оказываем помощь маленьким и взрослым пациентам круглосуточно и в полном объеме.

В нашей команде несколько челюстно-лицевых хирургов. В клинике очень хорошо развито направление аудиологии и сурдологии: мы делаем все, от подбора слуховых аппаратов до выполнения слухоулучшающих операций. У нас есть фониатр — врач, занимающийся лечением проблем голосового аппарата. Есть два доктора-вестибулолога, которые лечат головокружение. В России такие специалисты редкость.

О необходимой технике

В нашем распоряжении самая современная медицинская техника. Например, навигационное оборудование, которое помогает хирургам лучше ориентироваться во время операций на основании черепа и пазухах носа. При таких операциях очень важно не только знать анатомию, но и как можно детальнее видеть реальную картину происходящего. Хирургический навигатор совмещает изображение с камеры эндоскопа с данными компьютерной томографии, что позволяет хирургу ежесекундно знать точное положение своего инструмента по отношению к жизненно важным органам. С применением навигационного оборудования в разы снижается риск послеоперационных осложнений.

В клинике наряду со стандартной компьютерной томографией проводится низкодозная КТ, которая дает минимальную лучевую нагрузку (не более чем рентгеновский снимок), но обладает гораздо большей информативностью. Серия изображений, сделанных шагом 0,5–1 мм, позволяет видеть малейшие изменения в тканях.

Юлия Сельская, руководитель Клиники оториноларингологии, хирургии головы и шеи Европейского медицинского центра (ЕМС)

Об операциях

Благодаря опыту, аппаратуре и тонкой диагностике мы можем проводить щадящие операции. Даже при самой объемной хирургии в полости носа или на основании черепа пациенты остаются в клинике не больше четырех дней. Взрослым чаще всего мы восстанавливаем носовое дыхание (оперируем перегородку носа, придаточные пазухи), санируем очаги инфекции в полости  носа, горле и ушах, делаем все виды операций при экстренных заболеваниях лор-органов и лицевого скелета (включая любые травмы).

Наше отделение работает совместно с пластическими хирургами. Эстетические операции требуют, чтобы нос был абсолютно здоров. Это залог того, что в будущем не разовьются воспалительные заболевания и грубые рубцы в полости носа. Как правило, пластические хирурги сужают нос — функция дыхания автоматически ухудшается. Мы, работая совместно, можем в рамках одной операции сделать так, что, когда нос сузят, дыхание будет лучше, чем до операции.

Наша клиника активно занимается лечением храпа. На самом деле храп — это не просто неприятный звук, а очень тревожный симптом. Большинство пациентов, страдающих храпом, как правило, имеют массу сопутствующих заболеваний, которыми совместно с нами занимаются кардиологи, ортодонты, неврологи, эндокринологи. Для точной диагностики мы проводим полисомнографию, sleep-эндоскопию. Sleep-эндоскопия — это исследование дыхательных путей во сне с фиксацией зон, где происходит блокировка дыхания. Это исследование позволяет не только найти причину храпа, но и уточнить объем предстоящего вмешательства. У полных людей зачастую наблюдается патологический круг: плохая вентиляция, недостаток кислорода (гипоксия), вследствие этого — нарушение обмена веществ. Часто мы оперируем тех, кто не может похудеть. После того как дыхание восстанавливается, дополнительный доступ кислорода ускоряет обмен веществ, и пациенты легче сбрасывают вес.

В нашей операционной все мобильно и логистически выверено. Оборудование, инструментарий, правильная проводка, идеальная для оперативного подключения аппаратуры. Это позволяет одномоментно провести несколько операций одному пациенту. У человека могут быть различные проблемы: к примеру, хронический тонзиллит и пупочная грыжа. В таких случаях команды оперирующих хирургов заходят в операционную по очереди и делают свою работу. Огромный плюс для пациента в том, что это один, а не два наркоза — колоссальная экономия времени и ресурсов организма. Я сомневаюсь, что в Москве где-то еще так работают. 

О жизни без синуситов

Уже много лет для лечения острых синуситов мы проводим баллонную синусопластику. Если у человека массивное воспаление в пазухах носа и ему в ближайшее время предстоит перелет, баллонная синусопластика становится единственным выходом. 

Во время операции хирург при помощи специального оборудования находит блокированное соустье (вход) пораженной пазухи. Соустье расширяется при помощи так называемого баллона, позволяющего выполнить процедуру расширения бескровно, не нанося травмы окружающим тканям. Операция занимает не более часа, мы не повреждаем анатомические структуры, не ставим тампоны в нос, потому что часто не бывает и капли крови. Когда пациент просыпается, он может сразу покинуть клинику. Можно смело отправляться в путешествие — все риски развития аэросинуситов и аэроотитов исключаются.

Юлия Сельская, руководитель Клиники оториноларингологии, хирургии головы и шеи Европейского медицинского центра (ЕМС)

О сложных случаях

Уже несколько лет мы оперируем на роботе Da Vinci. Робот используется при онкологических операциях в полости рото- и гортаноглотки, вмешательствах на верхней и нижней челюсти с последующей реконструкцией, а также для удаления пораженных лимфатических узлов в области шеи. Главное его преимущество — минимальная травматичность. При роботических операциях на щитовидной железе не остается рубца на шее, минимальный разрез делается через подмышечную впадину. Благодаря роботу расширяются возможности тонкой, щадящей хирургии в нашей области.

У нас была молодая женщина, у которой после беременности на фоне гормональных сбоев возникла большая парафарингеальная опухоль рядом с гортанью. Пациентке отказали в других клиниках, потому что опухоль располагалась очень близко к сонной артерии. После обследования было принято решение оперировать на роботе. Вмешательство с удалением опухоли и шейных лимфоузлов успешно провел доктор Милье. Пациентка вылечилась, и за последние годы наблюдения рецидивов заболевания не было. 

Все операции по поводу опухолей головы и шеи проводятся под контролем онкологов. Для пациентов с онкозаболеваниями мы проводим консилиумы для выработки плана лечения с участием онкологов, радиологов и хирургов. В срочных ситуациях такой консилиум организуется молниеносно, online. 

Последние пять лет большинство пациентов нестандартные. К примеру, приходит человек с насморком, а причина насморка — инородное тело (пломбировочный материал) с грибковыми нарастаниями в пазухе, что сопровождается разрушением корня зуба и окружающей кости верхней челюсти. Довольно частая проблема родом из нулевых годов, когда стоматология активно развивалась, но завозилось много некачественных материалов. Раньше в таких случаях делали большой разрез под губой, все это сопровождалось отеком и долгим восстановлением, и только потом наступал этап реконструкции образовавшегося отверстия (после удаления больного зуба) между пазухой и полостью рта. К счастью, сегодня у нас все этапы проводятся за одну операцию. Человек просыпается, и у него зачастую нет даже малейшего отека.

О детях

Известно, что у детей ухудшение состояния всегда происходит ближе к вечеру. Именно поэтому в ЕМС круглосуточно дежурят педиатры. Они оказывают первичную помощь и в случае необходимости вызывают дежурного отоларинголога. Специалист, в свою очередь, сразу дает рекомендации о том, какие приготовления надо сделать до его приезда. Это помогает сэкономить время, наш КПД возрастает в разы. 

Одна из самых распространенных детских проблем — аденоиды. Наиболее эффективным методом лечения остается операция. В советское время для такого вмешательства не применяли общую анестезию. Местная же анестезия была очень условной. Это приводило к тяжелой психологической травме у детей. Сегодня мы, следуя международным протоколам, все вмешательства детям проводим только под общей анестезией. 

У взрослых наркоз начинается с внутримышечной премедикации, поэтому воспоминания пациента сводятся к двум моментам: заснул с проблемой, проснулся здоровым. Это очень важно для скорейшей и комфортной реабилитации. Детям этот препарат дается в каплях. Дальше мы едем в операционную надувать шарики, играем в светофор — у анестезиологов заготовлено целое шоу для того, чтобы ребенок ушел в сон с хорошими мыслями. 

Юлия Сельская, руководитель Клиники оториноларингологии, хирургии головы и шеи Европейского медицинского центра (ЕМС)

Удаление аденоидов занимает 10–15 минут. Используются либо стандартные инструменты, либо шейвер, все контролируется через камеру. Когда дети просыпаются, они удивляются новым ощущениям во рту и носоглотке — поэтому я заранее предупреждаю их, что после «сна» им станет легче дышать, а также что их ждут мультики и мороженое. После двух-трехчасового отдыха в палате можно ехать домой. Как правило, дети всегда очень довольны. Родители рассказывают, что потом как аргумент против плохого поведения используют фразу «если не будешь слушаться, в клинику больше не поедешь». Работает!

О том, когда нужно идти к лору

Жизнь в мегаполисе — это не отдых на морском курорте. Заболевание лор-органов есть у большинства людей: это либо ларингит, либо тонзиллит, либо фарингит. Другое дело, ухудшает это качество жизни или нет. Если вы встаете утром и чувствуете дискомфорт — значит, пора идти к врачу и выяснять, как избавиться от проблемы. Потому что в жизни человека есть гораздо больше интересных вещей, о которых думать намного приятнее, чем о проблемах со здоровьем. 

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться