Алексей Кривошапкин: «У нас нет простых пациентов» | Forbes.ru
сюжеты
$56.72
69.3
ММВБ2286.33
BRENT68.78
RTS1270.92
GOLD1331.94

Алексей Кривошапкин: «У нас нет простых пациентов»

читайте также
+7 просмотров за суткиАндрей Яновский «Заниматься здоровьем – это инвестиции, а заниматься лечением – затраты» +3 просмотров за суткиЕвгений Аветисов: «Семейный врач решает до 90% проблем пациента» +14 просмотров за суткиАнвар Юлдашев: «Ранняя диагностика спасает жизнь» +3 просмотров за суткиСовременные роды: безопасность и комфорт Юлия Мандельблат: «Паллиативная терапия влияет на качество жизни» +6 просмотров за суткиНаталья Ривкина: «Нерешенные в детстве психологические проблемы могут стать причиной трудностей во взрослом возрасте» Евгений Жиляев: «Все системные заболевания, если их не лечить, укорачивают жизнь» Анвара Волкова об открытии Центра реабилитации ЕМС: «Мы добавляем жизнь к годам» +1 просмотров за суткиНиколай Никитин: «Большинство проблем мы можем решить на этапе первой помощи» Алексей Лобков «Мы заботимся о качестве жизни пациента» +4 просмотров за суткиВладимир Носов: «Слезы радости пациентов вырывают нас из рутины» Пьер Моно: «Мы лечим рак и сохраняем пациенту орган» Дмитрий Ульянов: «Для нас комфорт и безопасность пациента — безусловный приоритет» Юлия Мандельблат: «Наша философия в индивидуальном подходе» Ева Василевская: «Нет такой проблемы с кожей, с которой к нам нельзя было бы обратиться» +2 просмотров за суткиСалим Нидаль: «Лучевая терапия может сохранить не только орган, но и его функции» Марина Науменко: «В нашем роддоме все сосредоточено вокруг мамы и новорожденного» Андрей Лобузнов: «Мы помогаем нашим пациентам выглядеть и чувствовать себя на 15 лет моложе» Ирина Васильева: «Основная цель нашей работы — раннее выявление рака груди» Елена Чиликина: «Современная стоматология улучшает качество жизни»
Европейский Медицинский Центр

Алексей Кривошапкин: «У нас нет простых пациентов»

Заведующий отделением нейрохирургии Европейского медицинского центра (ЕМС), доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент РАН рассказал о самых сложных случаях, об уникальном методе лечения рака головного мозга и о том, почему сегодня сложнее помочь пациенту, чем навредить.

Об отделении нейрохирургии 

ЕМС — это современный мультидисциплинарный центр, где можно оказать любую нейрохирургическую помощь на уровне мировых стандартов. В отделении нейрохирургии выполняются операции пациентам с опухолями нервной системы любой локализации, с черепно-мозговой и позвоночно-спинальной травмой, с дегенеративными поражениями позвоночника и с заболеваниями сосудов головного и спинного мозга. У нас диагностическое и операционное оборудование последнего поколения. На только что прошедшей в ЕМС международной конференции один из наших приглашенных лекторов, известный американский нейрохирург, профессор Кристофер Лофтус отметил, что нейрохирургическое отделение Европейского медицинского центра оснащено на уровне лучших клиник США. 

Однако высококлассное оснащение — это только основа для успешного лечения сложных нейрохирургических больных. Главная составляющая успеха — высокопрофессиональная команда. На мой взгляд, в ЕМС работают именно такие специалисты. Здесь оперируют не только российские врачи, но и иностранные нейрохирурги. В этом и состоит главная идея нашего центра — создать все условия для того, чтобы россияне не уезжали лечиться за рубеж, а могли получить помощь в своей стране. Лечение на родине не только финансово выгоднее. Лечение за границей сопряжено со многими неудобствами и рисками. Уезжая в другие страны, пациенты попадают в иное культурное и языковое окружение. Могут быть проблемы, связанные с другой бактериальной средой, а также повышенным риском тромбоэмболии при возвращении на родину самолетом в раннем послеоперационном периоде. Возникает очень важный вопрос преемственности наблюдения за больным после хирургического лечения, выполненного за рубежом. В ЕМС мы нередко видим пациентов с серьезными осложнениями после лечения за границей. 

Очень важным преимуществом ЕМС является то, что это многопрофильный госпиталь, где работают врачи любых специальностей. Как правило, на фоне основного нейрохирургического заболевания у пациентов развиваются и другие болезни. Сотрудничая с узкопрофильными специалистами, мы решаем все проблемы больного и добиваемся высокой безопасности хирургии. 

О проблеме мирового значения и путях ее решения

Медицинская школа постдипломного образования ЕМС имеет государственные лицензии, позволяющие не только осуществлять преподавательскую деятельность, но и проводить на базе ЕМС научные исследования в кооперации с российскими научными фондами и иностранными компаниями, предлагая новые подходы в лечении сложной патологии головного мозга. Так, совместно с американской компанией AbbVie мы, имея разрешение МЗ РФ, в числе других центров со всего мира принимаем участие в испытании нового препарата для лечения глиобластом головного мозга.

Кроме того, в начале октября 2017 года на Европейском конгрессе нейрохирургов (EANS 2017) в Италии мы представили разработанную совместно с радиологами-онкологами нашего госпиталя технологию лечения злокачественных опухолей головного мозга. Глиомы головного мозга — это нерешенная проблема во всем мире. Мы часто слышим, как известные люди умирают от этого заболевания. Современная медицина предлагает много всевозможных подходов к лечению этого заболевания, но пока нет решения. Наш начальный опыт позволяет надеяться, что предлагаемая технология даст избавление от тяжелого недуга многим больным. 

Пока мы применили этот метод у пациентов с рецидивами злокачественных опухолей, которым не помогал никакой другой способ лечения. Удалось существенно продлить жизнь больных. Недавно мы выполнили косметическую операцию больной по реконструкции черепа. Пациентке было проведено хирургическое лечение по поводу глиосаркомы головного мозга в другом лечебном учреждении, где было выполнено удаление опухоли и декомпрессивная трепанация черепа в связи с тяжелым состоянием больной. Врачи спасли пациентке жизнь, но, к сожалению, вскоре опухоль вернулась, поэтому больная поступила к нам. В 95 % случаев с таким диагнозом рецидив происходит уже в течение первых десяти месяцев после операции, несмотря на лучевое и современное химиолечение. У этой пациентки после повторного вмешательства использование новой технологии позволило достичь ремиссии в течение более полутора лет. Контрольные исследования, включая ПЭТ, не выявили следов рецидива. Больная вернулась к работе и привычной жизни. Это высшее наслаждение для врача, когда у казалось бы неизлечимых больных появляется шанс и они возвращаются к полноценной жизни. По мере накопления опыта мы надеемся изменить международный стандарт лечения больных с первичными злокачественными опухолями головного мозга.

О сложных случаях

Медная статуэтка в моем кабинете — подарок скульптора, моего пациента. После операции у него развился рецидив, это была самая агрессивная злокачественная опухоль из всех существующих. Мы провели повторное лечение, прошел год, потом еще один — пациент продолжает творить, открывает выставки, а сейчас еще и картины стал писать. Это впечатляет! Такие обнадеживающие примеры подтверждают, что медицинские технологии развиваются, а мы можем предлагать нашим пациентам лучшее будущее. 

За 40 лет практики в нейрохирургии у меня не было простых случаев: каждый больной индивидуален и требует особого подхода. Была масса пациентов, которые быстро поправлялись и покидали госпиталь, даже не заметив, что они были на волосок от смерти. Практика научила меня тому, что все проблемы, как правило, возникают тогда, когда хирург полагает, что перед ним легкий, «стандартный» случай. По своему опыту могу сказать, что к любой операции нужно заранее готовиться и планировать ее. Нельзя предугадать все, но можно сократить риски до минимума. 

О современных технологиях

С появлением современного оборудования ставить диагноз стало намного проще. Когда я только начинал работать, ничего этого не было. Практически все наши усилия уходили на постановку диагноза. Многие больные просто не доживали до лечения и умирали на этапе диагностики. 

Сейчас же медицина развивается стремительно. Но какими бы ни были современные технологии визуализации, диагноз всегда остается за клиницистом. К нам приходят больные за вторым мнением, и мы часто опровергаем поставленный ранее диагноз или предлагаем альтернативное лечение. Например, пациенту диагностируют инсульт по данным МРТ и лечат его интенсивно, а у него нет этого заболевания. Выявляют опухоль, но тщательный анализ позволяет ее исключить. И наоборот. Любой специалист должен перепроверять диагноз. И в этом сегодня заключается самая большая сложность, потому что успеть за развитием диагностических технологий все тяжелее. Врач должен постоянно учиться. Чтобы держаться на уровне, доктору необходимо постоянно тренировать собственный мозг. Наши знания очень быстро устаревают.

О ненужных операциях 

Сегодня есть ряд пациентов, которых мы называем Victims of Modern Imaging Technology, то есть жертвы современных визуализационных технологий. Это пациенты, которым врачи назначают ненужное лечение из-за первоначально неверного диагноза, поставленного при ошибочной оценке компьютерных методов диагностики. Таким образом здоровый человек становится больным. Далеко не все опухоли мозга, грыжи дисков или аневризмы сосудов мозга надо оперировать. Например, многим пожилым людям с маленькими доброкачественными опухолями требуется не операция, а наблюдение. Стремление всех прооперировать приводит к беде. Однако для этого помимо профессиональной совести у врача должны быть знания. К нам нередко обращаются пациенты, которым целый ряд специалистов предлагали хирургическое лечение. Нам приходится брать на себя большую ответственность и предлагать альтернативные методы лечения, чтобы не подвергать пациентов хирургическому риску. В других же случаях мы проводим операции тем, кому отказали в хирургическом лечении другие врачи. В принятии подобных решений нам помогает современная техническая оснащенность и междисциплинарный консилиум специалистов.

На последнем конгрессе в США известный нейрохирург из клиники Мэйо продемонстрировал слайд с изображением сердца и трех воткнутых в него ножей. Эти ножи — алчность и невежество врачей, а также чрезмерное администрирование. Вот что, по мнению американского профессора, погубит нейрохирургию. Он показал массу слайдов с примерами пациентов, которым сделали высокотехнологичные, но ненужные операции. Например, у больного весь позвоночник в металле после многочисленных вмешательств, но у него сохранилась боль, поскольку ему не надо было делать ни одной из этих операций. 

Раньше было непросто навредить пациенту, так как наши технические возможности были крайне ограничены. Сейчас мы можем вмешаться в любой уголок человеческого организма с использованием современных технологий. И это необязательно нож хирурга. Мы видим пациентов, которые были подвергнуты лучевому лечению без должных показаний и получили осложнения после радиотерапии. Бурное развитие технологий лечения (современные лекарства, хирургические и лучевые методы воздействия) породило серьезную проблему. Наши возможности помочь больному остаются ограниченными, зато возможности навредить становятся все шире. Грань между пользой и вредом очень тонкая. На враче всегда лежит огромная ответственность за больного. Технологии эту ответственность увеличивают многократно.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться