Продавцы чудес | Forbes.ru
$58.45
69.69
ММВБ2161.17
BRENT63.75
RTS1166.09
GOLD1288.50

Продавцы чудес

читайте также
Обвал фунта: что это было? +2 просмотров за суткиНаличные vs депозиты: «Не прячьте ваши денежки по банкам и углам…» Brexit обвалил рынки и валюты: что будет с ними дальше Кто останется: что скрывается за массовым отзывом банковских лицензий Штопор нефти: что думают финансисты о будущем рубля Рекорды девальвации: какие валюты обесценивались сильнее всего за день «Девальвация станет для россиян регулярным событием» Игорь Вайн: «Россия осталась на радарах международных инвесторов, но временно потеряла свое значение» ВТБ пойдет в рост: банк планирует расширяться за счет поглощений Грустная нота: в банке застряли миллиарды бывших компаний Тимченко и Ротенберга Жизнь в пузыре: куда заведет дешевое сырье Тотальная угроза: какие опасности поджидают экономику России «100 рублей за доллар? Легко!»: чего рынок ждет от ЦБ и правительства Похороны "Лайфа": за что отозвали лицензию у Пробизнесбанка Нет причин для роста: почему рубль продолжает снижаться Манипуляции с "Мечелом": Игорь Зюзин едва не потерял акции компании на $80 млн Греческая угроза: что будет с российской экономикой и рублем В какие страны россияне чаще всего переводят деньги? Рублевый баррель: почему не растет валюта Рублевые конвульсии: что финансисты рекомендуют делать с валютой Скорость денег: как банкиры с Уолл-стрит посадили программиста из России

Продавцы чудес

Оксана Кучура Forbes Contributor
Что внутри структурных продуктов с защитой капитала и стоит ли их покупать?

Структурные продукты с защитой капитала завоевывают все большую популярность у российских инвесторов. Сегодня любой банк, обслуживающий состоятельных клиентов, продемонстрирует вам пачку проспектов, рассказывающих о возможностях таких финансовых инструментов. Объем их продаж растет: в 2008 году он составил в России $1 млрд, а в 2009-м может достичь $1,5 млрд.

После прошлогоднего обвала финансовых рынков, подорвавшего интерес к рискованным инвестициям, мода на структурные продукты вполне объяснима. Но вдумайтесь, что за волшебное средство предлагают банкиры, извлекая его, как фокусник из цилиндра: отсутствие риска при возможной высокой доходности. Разве такое бывает?

В основе любого продукта с гарантией капитала обычно лежат дисконтная облигация или депозит, которые должны обеспечить возврат гарантируемой суммы. К ним добавляются рискованные инструменты вроде фьючерсов на индекс или опционов. Допустим, вы хотите инвестировать $100 000 в продукт с минимальным риском, но с возможностью поучаствовать в росте российского рынка. Банк предлагает вам депозит со ставкой 5%. Ваша задача — посчитать, какую сумму надо поместить на депозит, чтобы через год она равнялась $100 000. Это $95 238, а остаток — то, чем можно рисковать. Можно купить, например, опционы или ориентированный на российский рынок индексный ETF вроде Market Vectors Russia под управлением американской Van Eck Global. У вас получился простейший структурный продукт.

То, что предлагают банки, конечно, несколько сложнее. Поэтому инвестор часто не в состоянии оценить реальный «состав» и стоимость продуктов. И это дает банкирам возможность зарабатывать относительно высокие комиссионные.

В этом легко убедиться, воспользовавшись функцией оценки структурных нот (другое название структурных продуктов) в информационной системе Bloomberg. Занося параметры ноты — срок обращения, размер купона, индекс и т. д. — в соответствующие поля на экране монитора, можно оценить ее реальную стоимость.

Например, в России сейчас можно купить ноту крупного банка на золото, номинированную в евро. По ее условиям, если в течение пяти лет золото торгуется выше $1169 за унцию, ежегодный купон по ноте составляет 5%, если ниже — 3%. Если в конце пятого года золото будет выше указанной цены, нота погашается по номиналу, если нет — по 90% от номинала. Иными словами, минимальная выплата, которую может получить инвестор, составляет 105% от номинала, а максимальная — 125%. По оценке Bloomberg, чистая стоимость такой ноты — 98,45% от номинала, тогда как инвестору она обойдется в 100% от номинала.

Кажется, комиссия 1,55% от номинала невелика? Но вы покупаете не акции, где комиссия считается от оборота, а рост стоимости неограничен. Этот продукт корректнее сравнить с облигацией, которая принесет вам за пять лет от 5% до 25% годовых. Именно с этой доходностью нужно сравнивать комиссионные. Они, таким образом, составят от 6,3% до 31% от дохода.

Но помимо комиссионных у инвестора будут и другие издержки. Как правило, все продукты с гарантией капитала имеют ограничение на участие в росте рынка. Например, инвестор получает только первые 20% роста индекса, а все остальное забирает банк.

Знаете ли вы хотя бы одного частного инвестора, заработавшего более 10% годовых, инвестируя в структурные продукты? Я нет. Я давно сделала вывод: продавец нот не берет на себя никаких рисков, получает нескромные комиссионные, и если инвестор угадал, в какую сторону движется рынок, то продавец положит в карман часть прибыли.

Но и это еще не все. Структурные продукты могут обладать рисками, которые на первый взгляд неочевидны или трудны для понимания и оценки. В любом структурном продукте, даже с защитой капитала, существует вероятность частичной или полной потери инвестиций из-за банкротства выпустившего его банка. Вспомните о Lehman Brothers. Потери на этом рынке никто не озвучивает, но поверьте — это сотни миллионов долларов. Убытки одного из моих знакомых, купившего ноты Lehman Brothers, рассчитанные на рост золота с гарантией защиты капитала, кажутся каплей в море.

Что изменилось за год с начала кризиса? Банки продают своим клиентам все те же продукты, доказывая, что их надежность на уровне депозитов, а доходность, скорее всего, будет выше. Но чудес не бывает. Повышенная доходность структурных продуктов, даже если вы сможете ее получить, не может быть достигнута никаким иным образом, кроме как увеличением рисков.

Автор — управляющий партнер UFG Wealth Management

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться