«А как быть с иногородними?»

Работа правительства реформ началась с попытки утвердить антикоррупционные принципы.


Правительство реформаторов впервые собралось 15 ноября 1991 года в зале заседаний Политбюро на Старой площади. Под занавес Борис Ельцин еще раз дал слово Егору Гайдару.

Президент, председатель Правительства Борис Ельцин: Егор Тимурович хотел сделать заявление.

Вице-премьер, министр экономики и финансов 
Егор Гайдар: Да, я обращаюсь к нашим коллегам. Мы вчера об этом говорили. Я хотел бы предложить членам нового Правительства взять на себя такой набор очень простых и естественных обязательств на то время, пока они будут в нем пребывать.

Ельцин: Чтобы мы, действительно, могли бы называться Правительством народного доверия.

Гайдар: Я предлагаю объявить жесткий мораторий на занятие любыми видами коммерческой деятельности.

Ельцин: Каждого члена Правительства касается.

Гайдар: Я предлагаю отказаться от участия в приватизации, в любом участии в приватизации собственности государственных предприятий и организаций членам Правительства. Я предлагаю отказаться на период работы в Правительстве от улучшения жилищных условий членам Правительства. И я предлагаю выступить с инициативой создания Экспертной международной комиссии или Экспертной комиссии, которая после завершения работы нашего Правительства [могла] проверить чистоту его расчетов и результатов.

Ельцин: У Вас еще была декларация.

Гайдар: Да, и декларация. Все члены Правительства добровольно представляют декларацию о доходах.

Замминистра экономики и финансов Леонид Григорьев: Это можно, если Правительство удержится. Можно раз в год представлять. (Шум в зале.)

Ельцин: Почему хором? Пока Председатель есть.

Голос с места: А как быть с иногородними? Можно улучшать жилищные условия?

Ельцин: Пожалуйста, Андрей Владимирович.

Министр иностранных дел Андрей Козырев: Я хочу в этих условиях сказать о той проблеме, которая есть у меня лично. У меня мама осталась одна в своей квартире, мне их нужно свести вместе для того, чтобы мы могли вместе жить. Вот в чем проблема. Это, я не знаю, будет улучшение или не будет, но тут проблема в том, что мне нужно разменять эти две квартиры.

Ельцин: Ну, смотрите, что важнее: пост министра или такой вопрос? (Смех в зале.)

Гайдар: Я вот честно говорю, ну не знаю, у всех свои специфические условия там.

Голос с места: Надо пойти на это.

Гайдар: Я бы пошел сейчас на это. Честно говоря, я не думаю, чтобы мы очень много продержались в этом Правительстве. (Смех в зале.) Уж по крайней мере, если тут не будет нам доверия по всему комплексу этих вопросов.

Ельцин: Нет, надо все-таки верить в лучшее будущее. Безусловно, иначе трудно будет морально работать, хотя мы понимаем, что мы работаем в постоянно рискованной зоне.

Григорьев: Здесь одно недоразумение. У нас же идет приватизация жилья.

Гайдар: А я сказал «государственных предприятий и организаций».

Григорьев: Как только мы приватизируем жилье, мы все являемся собственниками своего жилья и совершаем какие-то операции — меняемся, переселяемся.

Гайдар: Это другое дело. Это ты не улучшаешь за счет государства.

Григорьев: Тогда подчеркнуть «за счет государства». (Шум в зале.)

Гайдар: Хорошо, «за счет государства».

Ельцин: За счет государства.

Григорьев: Второе. Когда идет перечисление, надо записать, что мы обязуемся делать. Мы многие вещи упускаем. Например дачи, еще что-то. Мы будем перечислять это? Или, может быть, сформулируем принцип, чтобы мы ничего не сделаем (так в стенограмме. — Forbes), что связано с нашим служебным положением? Может быть, более общую формулировку?

Ельцин: Давайте, давайте.

Министр сельского хозяйства Виктор Хлыстун: Я в Подмосковье живу, три часа на дорогу ежедневно трачу сейчас.

Ельцин: Это другой вопрос, это не улучшение жилищных условий: поменять одну улицу на другую. Кто-то пришел с другого города, как же, естественно, скажем, с Новосибирска приехал, — надо жилье дать.

Министр здравоохранения Андрей Воробьев: Когда-то было так сделано во времена Хрущева: он запретил государственным служащим в ранге министров и зам.министров защищать диссертации…

Министр печати Михаил Полторанин: Вообще от всего этого немного попахивает детским садом.

Антикоррупционная декларация так и не была обнародована.

Новости партнеров