Синдром Мохнаткина

Путинский агитпроп вывел человека нового типа: апатичного и всего боящегося

Высокие рейтинги Владимира Путина не изменили свою природу — это по-прежнему показатели равнодушия, а не надежды или желания сплотиться вокруг лидера. Согласно свежим данным Левада-Центра, за премьера готовы проголосовать 37% респондентов (за действующего президента — 17%). Но при этом лишь 3% населения считают, что влияют на политику. С 2008 года этот показатель вырос на 2% — соответственно, с одного, но остался в границах статистической погрешности.

Оставайтесь у власти, только отстаньте от меня — главная линия поведения среднестатистического россиянина. 62% респондентов Левада-Центра не хотели бы участвовать в политике, а те 26%, которые хотят, предсказуемым образом относятся к категории молодых, активных, адаптивных жителей крупных городов. Но пока им предоставляется слишком скудное и однообразное меню — Путин с «Единой Россией». Бедным, хуже образованным, живущим в глубинке только и остается, что голосовать за КПРФ, даже если у них нет коммунистических взглядов.

За два года мало изменились показатели, замеряющие причины, по которым россияне проявляют столь высокую степень политической апатии. Кто-то сетует на безрезультатность усилий, иные — на позицию «моя хата с краю», третьи — на то, что нет никаких сил заниматься еще и политикой. Но вот что симптоматично: существенным образом вырос такой критерий, как возможность преследований со стороны власти, — с 14% до 21%. Назовем этот страх перед милицейской дубиной и судейским равнодушием «синдромом Мохнаткина». Если представители российских верхних слоев повсеместно страдают «синдромом Ходорковского» и стараются не противоречить власти разного уровня по бизнес-вопросам, то перед глазами простых граждан стоит поучительная история простого российского прохожего Сергея Мохнаткина, чья попытка вести себя порядочно закончилась лишением свободы. Опасно не только участие в митингах, но даже нахождение рядом с той территорией, на которой проходит протестная акция.

Отсюда — следующий вывод, который делает обычный Ваня — три процента, не чувствующий в себе сил влиять на процессы, происходящие в стране. 71% опрошенных полагают, что не защищены от произвола милиции, судов и прочих госструктур. 60% считают, что они не могут отстоять свои права. 63% убеждены, что проиграют суд, если противоположной стороной в судебном процессе окажется представитель власти. Правда, 17% полагают, что решающее значение в таких ситуациях имеет взятка, но это уже другая история, касающаяся скорее репутации судов.

Словом, российский обыватель (гражданином его трудно назвать, поскольку это понятие предполагает активное и действенное вовлечение в дела общества и государства) не хочет участвовать в политической жизни, ни на что не влияет, равнодушен, всего боится, не защищен от произвола. Таков портрет российского избирателя, если он все еще остается избирателем. Идеальный человек нового типа, который воспитывался агитпропом в течение целого десятилетия. Если чего и достигли путинские идеологи, так это изменений в области антропологии. Таким народом легко управлять, но трудно ждать от него сочувствия и деятельной помощи. Начальники и обыватели существуют в двух параллельных реальностях, которые все больше удаляются друг от друга, как если бы они жили в двух разных странах.

Иногда это состояние патетически именуется «одиночеством власти»…

Автор — независимый журналист

Новости партнеров