03.02.2008 00:00

Пищевая надбавка

Сергей Гуриев Forbes Contributor
Что такое "агфляция" и как с ней бороться

Одна из главных загадок, которые преподаватели экономики любят загадывать первокурсникам, — это так называемый парадокс воды и бриллиантов. Как объяснить, что вода, без которой человек обойтись никак не может, стоит так дешево, а бриллианты, которые не являются товаром первой необходимости, — так дорого? Экономисты считают, что низкие цены на воду (и продовольствие) — следствие «теории предельной полезности». Рынок устанавливает цены на основании того, какую пользу потребителям приносит дополнительная единица товара и во что обходится производство этой дополнительной единицы. Конечно, за первый стакан воды умирающий от жажды готов отдать все, но уже за пятый литр — гораздо меньше, а за сотый — вообще ничего. Поэтому и цена воды такая низкая. Эта теория не противоречит тому, что суммарная полезность от всей потребляемой в мире воды гораздо выше суммарной полезности бриллиантов.

Подобные рассуждения из учебника крайне важны для понимания того, что происходит сейчас с ценами на продовольствие. Рост цен в последние год-два — явление действительно беспрецедентное. В последние десятилетия и даже пару столетий цены на продовольствие (по отношению к другим товарам) либо оставались неизменными, либо снижались (см. график). В последние же два года они выросли на 40%, а по некоторым товарам даже более чем вдвое.

Это принято объяснять двумя причинами. Во-первых, ростом благосостояния индийцев и китайцев, приведшим к росту спроса на еду. Это рассуждение немного напоминает работу Томаса Мальтуса, опубликованную в 1798 году: рост народонаселения приведет к катастрофе, так как продовольствия не хватит. Удивительно, что его пророчество начало исполняться лишь через 200 лет. Вся же предыдущая история вполне согласовывалась с ответом современных учебников: сам по себе рост спроса не обязан приводить к росту цен, ведь если цены временно и растут, на рынок входят новые производители и цены снижаются до уровня долгосрочных удельных издержек производства. Если же имеет место технический прогресс, то цены могут даже и снижаться. Конечно, если бы на планете остро не хватало сельскохозяйственных земель и если бы все они использовались наиболее эффективным образом, то Мальтус был бы прав.

Гораздо более обоснованно второе общепринятое объяснение (которое, впрочем, тоже связано с быстрым развитием китайской и индийской экономик): цены на нефть настолько высоки, что на продовольственные цены теперь влияет процесс замещения углеводородов биотопливом. Еще при $30–40 за баррель возможность массового использования этанола никто не принимал всерьез, а теперь переориентация посевных площадей под выращивание сырья для биотоплива становится нормой.

Если предположить, что индустриализация Китая и Индии в ближайшие годы будет продолжаться теми же темпами, то ни цены на нефть, ни, соответственно, цены на продовольствие не упадут, а, напротив, продолжат расти. Экономисты уже окрестили этот исторический процесс агфляцией (от agricultural inflation) по аналогии со стагфляцией — сочетанием стагнации и инфляции в 1970-х.

Стоит ли бояться агфляции? Вполне возможно, что цены на некоторые продукты в 2008 году удвоятся, но не стоит ожидать многократного роста по всем категориям. Например, в Америке рост розничных цен на продовольствие будет беспрецедентным только по американским меркам: в отличие от 2,4% годовых в предыдущем году он составил 4% в 2007-м и составит от 3% до 4% в 2008 году. Паниковать по этому поводу просто нелепо. В России вклад агфляции в инфляцию, конечно, больше; но и нам стоит реагировать не замораживанием цен, а развитием конкуренции, снижением пошлин и административных барьеров.

У агфляции есть и положительные моменты: повышение цен на продовольствие приводит к тому, что достаточно быстро исчезает обоснование бюджетного субсидирования сельского хозяйства в развитых странах. Более того, по мере роста цен богатые страны будут все больше открывать свои рынки для других стран, в том числе и России.

Конечно, и у нас, и в других странах рост цен на продовольствие бьет по уровню жизни бедных слоев населения, которые тратят на продукты большую часть своего бюджета. Поэтому крайне важно их поддержать; к счастью, в нашем бюджете есть на это средства. А вот борьба с агфляцией с помощью замораживания цен остановит и развитие российского сельского хозяйства, о котором мы так долго мечтали.

Новости партнеров