Суд или дело | Forbes.ru
$58.94
69.38
ММВБ2148.6
BRENT64.71
RTS1144.35
GOLD1242.44

Суд или дело

читайте также
Аэрофлот признан лидирующим авиационным брендом в мире Одна вокруг света: как не погибнуть во время мятежа, найти русских на окраине континента и почему знание иностранного языка не спасает На автовокзале Нью-Йорка произошел взрыв самодельной бомбы Владимир Путин заявил о готовности восстановить авиасообщение с Египтом Сдали норматив. Зачем МКБ привлекал финансирование этой осенью Кина не будет: Александр Мамут не успевает в срок отремонтировать кинотеатр «Художественный» Праздничный переполох: новогодний базар, полезные мастер-классы и новый бутик Dior в ЦУМе Бизнес для чайников: о чем не должен забывать начинающий предприниматель Сила доллара: какую политику выберет ставленник Трампа Война в ретейле. Миллионер Костыгин пригрозил партнеру по «Юлмарту» банкротством Мышление ларечника: почему нужно выходить на зарубежные рынки Миллиардер Рональд Перельман рассказал, как обогнать конкурентов Битва на Пресне: экс-глава ВЭБа судится с Олегом Дерипаской из-за Трехгорной мануфактуры Путин заявил о выводе российских войск из Сирии Код столетия: эволюция дресс-кода деловой женщины. 1975–2017 годы Зажгли звезды: 17 ресторанов Бангкока вошли в гид Michelin Структура «Ростеха» оспаривает в суде санкции ЕС из-за крымских турбин Криптовалютная лихорадка. Фьючерсы на биткоин взлетели на 25% в первый день торгов Сложные углеводороды. Будущее Норвегии зависит от нефтегазовой компании Statoil ASA Доктор на час. Как американская медицина освоила новые правила игры Математика в бизнесе будущего
03.01.2009 00:00

Суд или дело

Анна Соколова Forbes Contributor
Почему одни бизнесмены договариваются с должниками, а другие начинают с ними тяжбу

Бизнесмен, у которого возникли проблемы с контрагентом, очень хорошо подумает, прежде чем подавать в суд. Во-первых, тяжба может поставить крест на дальнейшем сотрудничестве. Во-вторых, есть риск добиться противоположного результата: не дожидаясь решения суда, должник выведет активы, так что и взыскивать станет нечего. В разгар финансового кризиса вопрос, что делать с должником, стоит очень остро. Forbes собрал истории, в которых кредиторы, оказавшиеся в одной и той же ситуации, принимают диаметрально противоположные решения. Что ими движет?

Конкуренция

«У нас в России поход в суд часто рассматривают как объявление войны, — объясняет партнер компании «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Григорий Чернышов. — Это серьезный шаг, подчас означающий разрыв отношений».

Дистрибьютор лекарств «Протек» предпочел воевать и подал на аптечную сеть «36,6» десяток исков, после того как она задолжала ему 740 млн рублей за поставленный товар. «Мы были вынуждены пойти на крайнюю меру», — объясняет гендиректор «Протека» Алексей Молчанов.

Доля аптечной сети в объеме продаж дистрибьютора — менее 4%, у него есть своя сеть «Ригла», которая, по оценкам компании «Фармэксперт», занимает второе место на рынке после «36,6». Из-за неплатежей со стороны аптек «Протек» задолжал производителям лекарств, большая часть которых — иностранные фармкомпании, и вынужден был расплачиваться с ними своими деньгами, говорит Молчанов.

Менеджеры «36,6» считают, что у «Протека» имеется и другой мотив. Сеть предлагала ему погасить задолженность до конца 2008 года, но он отказался. «Возможно, таким образом «Протек» использует рыночную ситуацию, чтобы создать более выгодные условия для «Риглы», — предполагает начальник юридического управления «36,6» Дмитрий Ситников.

А вот компания «СИА Интернейшнл», принадлежащая Игорю Рудинскому и международной инвестгруппе TPG, действует иначе: она продолжает сотрудничать с «36,6», хотя та должна ей 2 млрд рублей. У «СИА» нет своей розницы, и она использует кризис для увеличения доли на рынке за счет тех, с кем отказались работать конкуренты, полагает гендиректор исследовательской компании Drug Store Monitoring Александр Кузин.

В 1998 году «СИА» действовала так же. «Весь фармацевтический рынок был засеян ее товарными кредитами, она очень укрепилась именно в этот период», — рассказал Forbes участник фармрынка, попросивший не называть его имени. Если в 2009 году «36,6» не расплатится, то «СИА» как крупнейший кредитор имеет шанс получить сеть за долги. «Но «СИА» сильно рискует: проигрыш может в разы превысить ее годовую прибыль», — предупреждает Кузин.

 

Отношения

«Тройка Диалог» подала иск вскоре после того, как красноярский холдинг АЛПИ, владеющий несколькими птицефабриками и розничной сетью, объявил дефолт по облигациям на 1,5 млрд рублей. Отказ платить по оферте стал для «Тройки» неожиданностью: чтобы помочь красноярцам, она купила у них гипермаркет, но партнер все равно не смог наскрести необходимую сумму. Добавляли нервозности слухи о том, что холдинг выводит активы. На руках у «Тройки» остались облигации на 261 млн рублей.

В октябре вице-президент и совладелец АЛПИ Андрей Граванов встречался с бывшими партнерами и пытался отговорить их от подачи иска. Он предложил отсрочить выплату по облигационному долгу на 2–3 года без начисления процентов. «Мы ожидали более существенных предложений по реструктуризации или по обеспечению, но мы их не услышали», — говорит представитель «Тройки» Виктория Абраменко.

Граванов огорчен решением «Тройки». «Мы были очень близкими партнерами, вели вместе много проектов», — недоумевает он. Тем более что некоторые другие инвесторы пошли навстречу АЛПИ. Оренбургская компания «Активфинансменеджмент» согласилась на реструктуризацию долга в 8,5 млн рублей, хотя никогда не работала с этим холдингом, просто купила облигации на бирже. «Мы посмотрели на их резервы и решили, что эмитент достойный и мы можем пойти ему навстречу мимо судебного разбирательства, — говорит замдиректора инвесткомпании Дмитрий Буев. — Мы понимаем, что в кризис всем тяжело».

Оренбуржцы могут еще пожалеть о своем решении. Если АЛПИ обанкротится, «Активфинансменеджмент» окажется в хвосте кредиторов и вряд ли получит свои деньги. Но и «Тройка», поспешившая подать в суд, рискует остаться ни с чем. С момента регистрации иска до вынесения решения в арбитражном суде проходит не меньше трех месяцев, еще месяц дается на исполнение этого решения. Несколько месяцев может уйти на прохождение апелляции и кассации. «Этого времени достаточно, чтобы вывести активы из компании», — говорит аналитик Банка Москвы Леонид Игнатьев.

 

Эффект масштаба

Часто в суд идут те, у кого нет возможности вести внесудебный диалог с партнером. Гендиректор петербургской ломозаготовительной компании «Чермет инвест» (дочки шведской Stena) Ульф Шоландер не может добиться от «Северстали» ответа, почему она понизила цену на его товар «задним числом».

В октябре он продал ей около 450 т лома черных металлов за 3 млн рублей, но денег не получил. В договоре о поставке была прописана фиксированная цена. Но в ноябре «Северсталь» сообщила о том, что снижает ее на 25% из-за изменения мировой конъюнктуры.

Шоландер написал руководству холдинга, грозя подать в суд, если не получит обещанных денег, но ответа так и не получил. Он подождет еще несколько недель и, если ему не ответят, будет судиться.

На поддержку коллег, оказавшихся в такой же ситуации, он не рассчитывает. По его словам, многие поставщики «Северстали» боятся даже говорить об этом, чтобы не испортить отношений с крупнейшим покупателем. Шоландеру проще: череповецкий комбинат — крупный, но далеко не единственный клиент «Чермет инвеста».

Гендиректор сыктывкарского поставщика лома компании «Драйвер» Галина Титаренко оказалась в таком же положении: холдинг не платит ей с 19 сентября и задолжал уже 37 млн рублей. Тем не менее идти в суд она не собирается. «Конфликты никому не нужны — ни нам, ни «Северстали», — говорит она. После того как о намерении Шоландера судиться написали газеты, ей звонили металлурги из «Северстали» и уговаривали принять их условия изменения цены. Титаренко отказалась и теперь надеется, что «Северсталь» передумает и заплатит ей в полном объеме.

 

Ничего личного

Иногда кажется, что у компании нет иного выхода, кроме обращения в суд. В октябре судебная тяжба помогла страховой компании «РЕСО-Гарантия» забрать 118 млн рублей с депозита, открытого в проблемном банке «КИТ Финанс». В середине сентября банк потерял ликвидность, и страховая компания решила досрочно расторгнуть договоры. «КИТ Финанс» отказался, и «РЕСО» подала в суд. Ее примеру последовали несколько других страховых компаний, державших деньги в банке.

Оказавшись под угрозой ареста имущества в обеспечение исков, «КИТ Финанс» начал переговоры с вкладчиками. «У каждого клиента были отдельные условия, связанные с объемами, срочностью, с возможностью получения процентов», — говорит глава инвестбанка Максим Цыганов. Если срок депозита заканчивался и деньги под него были зарезервированы, банк был готов выплатить его полностью. С клиентом, который хотел забрать вклад досрочно, пытались договориться о реструктуризации, рассказывает Цыганов. «Ситуация была тяжелая, — признается он. — Это не прогулка по майскому лесу с цветами и птичками».

«РЕСО» и другие страховщики, подавшие иски, в итоге деньги получили. А вот «Военно-страховая компания» от боевых действий воздержалась. «Мы не стали давить на банк через СМИ, досрочно отзывать депозиты, обращаться в суд», — рассказал Forbes председатель совета директоров ВСК Сергей Цикалюк. Его компания одной из первых узнала о том, что «КИТ Финанс» получит поддержку государства в лице «Российских железных дорог». В итоге ВСК продолжает сотрудничество с «КИТом», а вот с компаниями, досрочно прервавшими сотрудничество, банк, по сведениям Цикалюка, «взаимоотношения прекратил».

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться