Бизнес в эпоху перемен

Всего через месяц весь мир будет отмечать грустную дату: 100 лет назад, 28 июня 1914 года, в Сараево был убит австрийский эрцгерцог Франц Фердинанд. Спустя месяц началась Первая мировая война, в результате которой погибли миллионы, с карты Европы исчезли четыре империи, суммарный возраст которых исчислялся сотнями лет, и возникли новые, тоталитарные государства.

Что мы знаем о мире до рокового выстрела 28 июня? В числе прочего это был мир, в котором обеспеченный гражданин мог свободно поехать с обычным паспортом почти в любую точку на планете — в Китай, Аргентину, США и Россию; мир, в котором можно было покупать и продавать ценные бумаги, занимать и расплачиваться по долгам в большинстве крупных столиц; мир, в котором почта из дальнего уголка Индии за две недели добиралась до Петербурга.

Это была глобальная экономика, связанная трассами океанских лайнеров и танкеров, кабелями телеграфов и железнодорожными путями. По расчетам Всемирного банка, мировая экономика достигла уровня глобализации 1913 года только в начале 1990-х годов. Всего десять лет спустя после начала войны страны Европы и мира ощерились таможенными пошлинами, пограничными блокпостами, а некоторые еще и жесточайшей системой тотального контроля за своими гражданами.

История уже не раз показывала, как разваливались самые прочные империи, рвались супервыгодные взаимоотношения, нарушались самые незыблемые принципы права и соглашения. Тридцать лет назад даже самые отъявленные оптимисты в США не могли предсказать скорый развал Советского Союза. А сегодня мы оцениваем состоние городов независимых стран бывшего СССР, траектории развития которых разошлись в разные стороны.

Еще шесть лет назад на фоне бурного экономического подъема в России трудно было представить себе, что эти города (за исключением, возможно, Прибалтики) будут вызывать реальный интерес у многих российских предпринимателей. Факты, однако, таковы, что теперь возможность перевода части бизнеса в постсоветские страны всерьез рассматривают даже средние российские компании. Кто-то, поуспешнее и покрупнее, расширяет бизнес, кто-то думает о тихой гавани, кто-то ищет свободную общественную атмосферу. Для них мы на этот раз решили изменить привычный формат рейтинга городов (см. стр. 60).

В 2007 году так же трудно было представить, что спустя семь лет эксперты будут оценивать возможность исключения акций и ценных бумаг России из списка индексов развивающихся рынков (см. стр. 33). Место России в компании с Китаем, Индией и Бразилией тогда казалось совершенно заслуженным. Но «семь тучных лет» начала нулевых, кажется, были потрачены во многом впустую (см. стр. 55). И уж совсем немыслимым всего полгода назад показалось бы, что на границе Днепропетровской области местные жители будут ставить блокпосты против мифических или реальных российских спецагентов (см. репортаж на стр. 76), а корреспондентов Forbes снимут с поезда на границе России и Украины.

Маховик истории снова закрутился с бешеной скоростью. Призраки XX века — распад стран и империй, гражданская междоусобица, репрессии и холодная война — снова бродят по Европе. Останется ли двадцатилетие новой глобализации очередным незначительным историческим эпизодом? Ответов, увы, кажется, нет ни у кого. А если невозможно ответить на глобальные вызовы, стоит попробовать ответить на личные.

Новости партнеров