Малый театр переезжает в Когалым: во сколько это обойдется

Прошло два года с момента реконструкции Исторической сцены Малого театра, которая стоила государству 7, 5 млрд рублей. Как идут дела в обновленном театре и зачем Малому филиал в Когалыме, Forbes Life выяснил у генерального директора Тамары Михайловой.

Тамара Анатольевна, довольны ли вы итогами реконструкции?

Безусловно. Хотя был период доработки. Ни одна стройка, ни один ремонт не заканчивается в один день. Но тем, что получили в итоге мы очень довольны. Зрители, которые приходят в Малый театр, отмечают, что у нас нет новодела. Это главное, что мы хотели сохранить — атмосферу, которая была до ремонта. Мне самой нравится ходить по этому театру.

Что именно пришлось доделывать. И сколько это стоило?

Дополнительно мы ничего не тратили. Есть такое понятие, как гарантийный ремонт. Если что-то выходило из строя, то подрядчики все доделывали в рамках гарантийного ремонта.

Ремонт театра обошелся в 7,5 млрд рублей государственной дотации.

А что с филиалом Малого театра в Когалыме? Можете озвучить сумму, которую потратил спонсор — Лукойл — на этот проект?

Филиал фактически построен. Интерьеры, по словам коллег, напоминают наш филиал на Ордынке. Открытие планируется 15 марта 2019 года. Сейчас там идет монтаж театрального оборудования. Нам с трудом удалось убедить инвесторов, чтобы оно было похожим на Историческую сцену Малого театра. По поводу суммы на весь проект. Честно вам признаюсь, я не знаю. Наша функция предполагала только контроль. Мы согласовывали и интерьер, и цвета, и материалы. Сейчас туда ездят наши специалисты. Открываться планируем торжественно. Фактически такого уровня театр в Сибири — первый.

Какие трудности вы предвидите?

Я не знаю, как мы будем жить на таком расстоянии. Сначала, конечно, артисты будут ездить, но это очень невыгодно. Хотя нам дали квартиры в Когалыме: однокомнатные, двухкомнатные и трехкомнатные. Квартиры в доме рядом с театром. И все-таки оплачивать перелет и проживание придется в зависимости от того какой спектакль повезем. Для себя мы решили, что театр в Когалыме будет работать по графику: в пятницу играем один спектакль, в субботу — два и в воскресенье — два.

На какие заработки вы рассчитываете?

Пока мы будем туда возить спектакли, о заработках нет речи. По крайней мере по нашим подсчетам. Но в будущем я уверена. Там очень много талантливых детей. Когда я была в Когалыме со студентами, меня потрясло оснащение их школ. Стоят рояли Steinway, которых нет у нас в театре, колоссальное количество компьютеров. Проблема только в том, кто станет для детей источником знаний. И с точки зрения обучения театральному искусству, я уверена, мы будем иметь большой успех. Я имею в виду кружки, мастер-классы, семинары.

Вернемся к Малому театру в Москве. За эти два года, которые прошли после реконструкции, что было поставлено? И какие суммы были потрачены?

Стоимость каждого спектакля не сильно варьируется. Порядка трех миллионов стоят декорации. Большой плюс, что и они, и костюмы производятся нашими мастерскими. За два года мы выпустили 8 спектаклей. И один капитально возобновили. Первым на обновленной сцене вышел «Король Лир». Его ставил Антон Яковлев в достаточно непривычной для Малого театра форме, следом за ним Владимир Драгунов выпустил «Таланты и поклонники». В конце 2017 года был большой и важный для нас спектакль «Визит старой дамы». Его делала израильская команда во главе с Иланом Роненом. Также мы поставили «Маленькие трагедии» на малой сцене, на сцене на Большой Ордынке вышли «Женитьба» и «Тартюф», на исторической сцене — «Метель» и вот последняя премьера — «Смута».

Что вы думаете об этом спектакле по роману министра культуры Мединского? «Смута» вызвала столько споров.

Какой бы не была пресса на этот спектакль, конкретно работу театра никто не ругал. Все отмечали, что у нас потрясающие декорации. Впервые в таком объеме мы использовали технику, еще один круг сцены.

У «Смуты» одна проблема – то, что произведение, по которому поставлен спектакль, написал министр Мединский.

Если бы это был обычный автор, его бы совершенно иначе восприняли. Что касается темы, она полностью ложится в наш репертуар.

Это дорогой спектакль?

Не дороже остальных наших постановок. Мы используем в нем видеооборудование, которое покупалось для одной из предыдущих постановок. Специально для спектакля был куплен только накладной поворотный круг.

А как идут дела с точки зрения окупаемости? Этот спектакль зарабатывает?

У нас все спектакли зарабатывают. Сейчас он идет более активно. Наверно, с ноября придется сократить количество показов, у нас простаивают другие спектакли. К тому же скоро планируется выпустить обновленную «Сказку о царе Салтане».

Что именно будет нового в сказке?

В Москве не так много хороших детских спектаклей. В какой-то момент появилось ощущение, что нужна обновленная «Сказка», с более дорогими декорациями и костюмами. Чтобы все летало, двигалось и тому подобное. Вообще для драматического репертуарного театра, у нас много детских спектаклей. Вот возобновляется «Царь Салтан», уже есть «Золушка», «Снежная Королева», «Недоросль». Я считаю, нужно обязательно ставить детские спектакли. Детям нужно показывать все самое хорошее.

Расскажите, пожалуйста, о ценообразование на билеты.

Есть жесткая позиция художественного руководителя — наши зрители должны иметь возможность позволить себе два-три билета, и это не было бы дырой в их бюджете. Хотя я, как человек, который считает деньги, категорически против. Сейчас поясню. У нас очень много спектаклей (порядка десяти), которыми активно интересуются перекупщики. Бронь мы держим только сутки, выкупить ее можно у нас в кассах. Нет официальных распространителей. Тем не менее существует ряд сайтов-двойников, которые перепродают наши билеты по колоссально завышенным ценам. А поскольку в Москве часто люди не особо задумываются, где купить билет а, дают, например, поручение секретарю или помощнику, получается, что эти «ложные» цены становятся актуальными. Были случаи, когда в первом ярусе места продавали по стоимости партера. А то и дороже. Самый дешевый билет у нас стоит 100 рублей. Самый дорогой 5 000 рублей. А перекупщики тот, что за 100 рублей, продают за 3 000. А тот, что за 5 000 рублей — за 15 000.

Какой спектакль самый, так скажем, популярный у перекупщиков?

«Горе от ума». Он всегда идет у нас с переаншлагами. И это тот спектакль, с которым связано больше всего скандалов. Жизнь непредсказуема и случались отмены или замены. Люди приходили к нам и получали на руки вместо 15 000 — полторы, две, три тысячи рублей, столько, сколько официально стоил их билет. С этим невозможно ничего сделать. Пока есть спрос, будут и предложения от перекупщиков.

В следующем году в театре ожидается множество юбилеев.

80 лет исполняется Людмиле Поляковой. К ее юбилею Юрий Соломин ставит спектакль с рабочим названием «Дальше тишина». К юбилею Ирины Муравьевой планируем выпустить «Сваху», режиссером которой будет вахтанговец Владимир Иванов. В спектакле также будет играть еще один наш будущий юбиляр – народный артист Валерий Афанасьев, которому исполнится 70 лет. Борису Клюеву будет 75 лет. Для него Владимир Бейлис ставит спектакль «Перед заходом солнца».

Спектакли с такими актерами, наверняка, будут пользоваться бешеным успехом у публики. И она будет голосовать рублем. Малый театр зарабатывает только с продажи билетов? Или есть и другие возможности?

Есть. После реконструкции наш театр стал очень модной площадкой, у нас проводится много разных мероприятий. Меня бесконечно радует, что теперь фирмы (и русские, и зарубежные) выкупают спектакли. А после них устраивают фуршеты. То есть они арендуют не только нашу сцену, но и сам спектакль. Хотя остается популярным вариант, когда мероприятие фирма устраивает свое, но работают на нем наши специалисты.

Деньги за аренду составляют весомую часть бюджета?

Нет. Это приятные суммы, но не сравнимые с заработком на спектаклях.

Сейчас мы зарабатываем чуть больше, чем нам выделяет Государство на выполнение госзадания, а это 405 млн рублей.

Конечно, на это повлияло, что теперь «в строю» Историческая сцена, еще один большой зал.

Вы стали меньше гастролировать?

Мы много гастролировали два года, в течение которых шла реконструкция тогда было порядка 10 выездов в год. Сейчас, конечно, меньше – три — четыре. Все-таки гастроли – убыточная история. Недавно Указом Президента был создан Центр поддержки гастрольной деятельности. Это великолепная идея. Допустим, Малый театр едет в Читу. Сами понимаете, это совершенно невыгодно. Театр не того объема. Покупательская способность на билеты не сравнима с Москвой. Плюс расходы на гостиницы, трансферы. Теперь же есть этот Центр, и все убытки идут за счет бюджета. К тому же нам платят гонорар, который нас устраивает. Где-то 70% нашего зала.

Сколько стоит зал, заполненный на 100%?

На каждый спектакль своя цена, причем, и она может меняться, в зависимости от дня показа и названия спектакля.

Например, аншлаговая стоимость спектакля «Горе от ума» — 1,6 млн рублей.

Сейчас мы стали показывать спектакли для взрослых в выходные дни в 12:00. И оказалось, что продажи на спектакль днем выше, чем на вечер.

Как вам удается совмещать проректорство в «Щепке» и руководство Малым театром?

На самом деле, сейчас намного легче. Основная сцена находится совсем близко от училища. Фактически это единый организм. Хотя, конечно, там свои счета, свои проблемы, свой бюджет. Тем не менее, Щепкинское училище живет хорошо. Сейчас стали выделять дополнительные деньги на оснащение, на улучшение процесса образования. Нам за это лето удалось поменять мебель в репетиционных залах, купить новую аппаратуру, произвести необходимые ремонтные работы.

Новости партнеров