Не только экономика: почему Аргентину стоит принять в BRICS

фото Getty Images
Расширение организации подкрепит ее претензии на пересмотр сложившейся системы международных отношений

Аргентину в BRICS надо принимать. Через два месяца, сразу после чемпионата мира по футболу в Бразилии, состоится очередной ежегодный саммит BRICS. Вот там это и логичнее всего сделать, не позволяя миру отвлечься от новостей из крупнейшей державы Латинской Америки по завершении мундиаля. «Это было титанически сложно, почти невозможно», — оценивает влиятельная аргентинская газета Clarín согласие Бразилии, Индии и ЮАР на прием Аргентины в BRICS. Слово за Россией и Китаем. Какими будут эпитеты, если мечта аргентинцев сбудется, страшно представить.

Сомнения понятны. Не то чтобы действующим членам группы, которые сами столкнулись с замедлением экономического роста (а Россия — так и вовсе с рецессией), было особенно выгодно принимать сейчас в свой клуб страну с серьезнейшими финансовыми проблемами. После дефолта 2001 года родине танго не дают денег, неуклюжие меры властей по валютному контролю привели к обесценению прибылей иностранных компаний и падению инвестиционной привлекательности, инфляция достигла 30% в год, по итогам 2014 года многими экспертами прогнозируется рецессия.

И все же Аргентину нужно принимать, прежде всего не по экономическим причинам.

Своим рождением альянс обязан игре букв, которую в 2001 году придумал аналитик Goldman Sachs Джим О’Нил, описывая четыре быстроразвивающиеся экономики — BRIC, что звучало как brick, то есть «кирпич». Вступление в ассоциацию Южной Африки добавило букву S, и теперь название звучит как «кирпичи». О’Нил прославился, по части лингвистического остроумия у него даже появились последователи. Аналитики Банка Бильбао (BBVA) назвали быстрорастущие развивающиеся экономики «орлами» (emerging and growth-leading economies, EAGLEs), а Джон Уорд из The Economist — «циветами», похожими на собак тропическими хищниками (Colombia, Indonesia, Vietnam, Egypt, Turkey, South Africa — CIVETS). Ненавидящие экономическую политику южноевропейских стран журналисты договорились до «свиней» (Portugal, Italy, Greece, Spain — PIGS). Не удержался от искушения повторить буквоедский успех и сам О’Нил, выделив группу «мятных» перспективных экономик (Mexico, Indonesia, Nigeria, Turkey — MINT). Но ни одна из аббревиатур, кроме BRICS, не привела к созданию жизнеспособной организации.

Разгадка проста: буквы тут ни при чем.

Бразилия, Индия, Россия, Китай и ЮАР рано или поздно встретились бы и так, ведь это крупнейшие государства из разных частей света, располагающие колоссальными ресурсами. Российские нефть и газ, бразильские апельсины, мясо и сахарный тростник, южноафриканские алмазы, золото, уран и другие дорогие металлы, индийские и китайские трудовые армии, в том числе уже целые дивизии ученых, конструкторов и программистов — есть что обсудить с точки зрения сотрудничества, не правда ли? Предстоящий годовой саммит BRICS станет уже шестым по счету, и никаких оснований полагать, что альянс даст трещину, пока нет. Напротив, как видим, в него просятся новые страны, а группа участников радеет за них перед остальными. Все это — несмотря на снижение темпов развития всех пяти экономик и заявления о закате звезды BRICS со стороны такого авторитета, как Нуриель Рубини.

Идея, объединившая пять стран, шире сиюминутной выгоды. Ставка сделана не больше, не меньше как на изменение всей сложившейся системы международных отношений, включая и финансово-экономические. Страны BRICS уже договорились о формировании резервного фонда объемом в $100 млрд, того и гляди договорятся о переходе в торговых расчетах между собой на национальные валюты. Пока ассоциация не оформлена даже как торговый союз и внешне больше похожа на площадку для дискуссий. Тем не менее она все отчетливее приобретает черты политического блока, противостоящего Западу — США и Европе. Китай, к примеру, не осудил Россию по вопросу Крыма. Аргентина и вовсе ее поддержала. Мир устал от однополярной гегемонии, BRICS формирует второй полюс. Даже на географической карте BRICS выглядит кольцом, сжимающимся вокруг США и ЕС.

Вопрос экономической слабости Аргентины в такой ситуации — второстепенный. Тому же Евросоюзу не было особой экономической радости расширяться за счет прибалтийских и балканских стран. Конечно, они представляют собой балласт с точки зрения таких лидеров альянса, как Германия или Великобритания. Неслучайно все больше говорится о «Европе разных скоростей», мол, в деле общего процветания каждому все-таки свое. Тем не менее никого из ЕС не выгоняют и никто сам не уходит — политические узы сильнее. Так что BRICS может смело принимать в свои ряды Аргентину. А ее ВВП еще вырастет.

рейтинги forbes
Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться