Forbes
$62.88
70.68
ММВБ1978
BRENT49.07
RTS990.88
GOLD1316.01
07.07.2014 11:52
Сергей Медведев Сергей Медведев
историк, журналист 
Поделиться
0
0

Боевое фэнтези: как историческая реконструкция стала жанром российской политики

Боевое фэнтези: как историческая реконструкция стала жанром российской политики
фото ИТАР-ТАСС
В России занимаются исторической реконструкцией СССР, поэтому умение играть в прошедшие войны оказалось очень востребовано

В былые годы я встречал их в укромных углах лесопарков, бегая с собакой. Испуганные подростки в одеждах из мешковины и надетых на голову кастрюлях с прорезями для глаз, неуклюже, как в замедленном кино, махали бутафорскими мечами и защищались фанерными щитами. Пробегая обратно через их ристалища, я находил в местах их исторических сражений вполне современные банки пива: видимо, в их эпохи мусор не собирали.

Позже я узнал, что это представители разветвленной субкультуры ролевых игр и исторической реконструкции: «ролевики», «реконы», «файтеры» — «мальчики в нержавейке», как окрестил их когда-то Александр Невзоров, усматривая в тяге к переодеванию в воинов минувших веков вид психического расстройства.

За отчетный период мальчики возмужали, променяли латунные мечи на ПЗРК и сбивают самолеты над Славянском.

Из тусовки для городских маргиналов, из лесопарков и с пустырей за гаражами реконструкторы вышли на авансцену российской политики вместе с другими неформалами — байкерами, фанатами, казаками и качками из спортзалов, которых в марте-апреле засылали группами в Крым.

В «Брате-2» Алексея Балабанова есть колоритный персонаж: Фашист. Это типичный реконструктор, одетый в эсэсовский китель с железными крестами, который хранит в подвале трофейное оружие Второй мировой. Покупая у него стволы, Данила с братом прихватывают также революционный пулемет «Максим» из Исторического музея, превращая свою машину в тачанку, с которой расстреливают бандитов. Балабанов был, конечно, пророком, который еще 15 лет назад предугадал, что реконструкция вторгнется в реальную жизнь: по сообщениям новостных агентств, ополченцы Донецкой Народной республики сняли с постамента в городе Константиновка танк «Иосиф Сталин-3» (ИС-3), завели его, оборудовали пулеметами и разгромили украинский блокпост в селе Ульяновка Красноармейского района, убив троих и ранив троих военнослужащих. Прошлое стреляет, и это уже не кино.

Два десятка лет разного рода клозетные мечтатели, тайные монархисты и родноверы, поклонники боевого фэнтези сидели в подполье и жили чужими жизнями, читали Толкиена или  Лукьяненко, при свете лучины шили себе аутентичные трусы из домотканого льна для слета реконструкторов XIII века, ездили на большие фестивали ролевиков в Выборг и Дмитров или сходились на ближайшем пустыре за гаражами на «бугурты» типа «стальное очко», с боями в амуниции 21 на 21 человек до крови и увечий. Теперь пробил час русского подполья. Власть решила повернуть время вспять, и все эти романтические неудачники, «подпольные люди» и «русские мальчики» из Достоевского, услышав, как колесо русской истории со скрипом покатилось назад, пошли на этот скрип, отправились добровольцами в Донецк, напутствуемые другими «русскими мальчиками», диванными командирами из литературно-патриотической тусовки, которые решают «вечные вопросы» русской жизни на чужой крови.

Характерна в этом смысле судьба новоросского Че Гевары, «министра обороны» ДНР реконструктора Игоря Гиркина под псевдонимом Стрелков, в биографии которого причудливо переплелись военная история и боевая практика. Выходец из семьи потомственных военных, он тяготился жизнью эпохи первоначального накопления капитала и с юношества увлекся историей Белого движения. Закончив Историко-архивный институт, он пошел на срочную службу, затем остался в армии служить по контракту. Ездил добровольцем в Приднестровье и Боснию, отметился при штурме Останкино в октябре 1993-го, воевал в Чечне. Стал известен на ниве военной реконструкции как коллекционер пулеметов (руководит клубом «Сводная пулеметная команда»), состоял в объединениях дроздовцев и марковцев.

Сепаратистское восстание на востоке Украины стало его звездным часом. Реконструкция из игры, из «Зарницы» для взрослых, на глазах превращалась в полномасштабную гражданскую войну, где он стал уже не солдатом, а полевым командиром, в распоряжении которого оказались не коллекционные пулеметы, а склады с вооружением, тяжелая техника и человеческие судьбы, которыми он стал распоряжаться в духе ролевых игр. Так, 26 мая был опубликован приказ Стрелкова, которым он объявил о том, что два командира «народного ополчения» в Славянске были расстреляны по постановлению военно-полевого трибунала за мародерство и оставление боевых позиций на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР «О военном положении» от 22 июня 1941 г.  А мог бы и на основании Статьи 58 УК РСФСР. Игра для него продолжается.

Стрелков осуществляет полномасштабную историческую реконструкцию войны на пару со своим давним знакомым, политтехнологом Александром Бородаем, с которым познакомился в редакции газеты «Завтра». Это отличный сюжет для Пелевина: реконструктор и политтехнолог воплощают в реальность имперские бредни Александра Проханова. (Точно так же когда-то стали явью литературные фантазии Лимонова, который сначала просто ездил пострелять в Боснию к Караджичу, а потом, как утверждают, пытался организовать вооруженное восстание казаков в русскоязычном Северном Казахстане с целью его отделения.) Вымыслы литературы становятся явью. Все это было бы смешно, когда бы не было так страшно.

Постмодерн путинской эпохи теперь полит большой кровью Восточной Украины.

В России наступила эпоха не реставрации, но реконструкции. Ни одно государственно-патриотическое действо теперь не обходится без реконструкторов, от Куликова поля и Бородино, с дежурными репортажами восторженных стажерок телеканалов про «блеск кирас» и славу русского оружия, до открытия памятника Дзержинскому в Тюмени, где в почетном карауле стоят дети в форме НКВД в фуражках с синими околышами. По улицам ходят реконструкторы-казаки, пузатые хорунжие и атаманы мифических войск. Официальный культ Победы — тоже разновидность исторической реконструкции, которая выводит на улицы толпы напомаженных девиц в пилотках, гимнастерках и мини-юбках, в то время как ночные клубы проводят тематические вечеринки к Дню Победы с «черноглазыми радистками и военными медсестрами».  Существует реконструкция-лайт: надписи Т-34 и ИЛ-2 и звездочки на автомобилях, да и Георгиевская лента — тоже вид реконструкции Ордена Славы, и носится она тем беззаботнее, чем меньше вокруг людей, проливавших за этот орден кровь.

В конце концов, и Владимир Путин занимается исторической реконструкцией СССР. Но это именно реконструкция, симуляция, игра в СССР при отсутствии советских ресурсов, экономической мощи, глобальной поддержки (которая сохранялась в Третьем мире и левых кругах аж до 1980-х) и, собственно говоря, воли к будущему, к изменению мира. Современная Россия меньше всего желает изменить мир, она просто хотела бы поиграть в прошлое, в войнушку, посидеть на диване перед телекамерой, как Сергей Кургинян с двумя автоматами Калашникова, чтобы все вокруг ужас как испугались, а ей ничего за это не было. Вокруг маршируют отряды реконструкторов, обиженных мальчиков в коротких штанишках, не наигравшихся в «казаки-разбойники», воскрешающих призраки и химеры. Повторяется вечный русский сюжет: любовь к мифу и к истории победила реальность, и вместо будущего мы получаем все то же опостылевшее прошлое. Потому что реконструкторы, в отличие от конструкторов, создателей, творцов, умеют только разыгрывать сцены прошлого в картонных декорациях, а не строить будущее.

Поделиться
0
0
Загрузка...

Другие колонки автора

Рассылка Forbes.
Каждую неделю только самое важное и интересное.

Самое читаемое
Forbes 10/2016

Оформите подписку на журнал Forbes.

Подписаться
Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.