Почему Владимир Путин не услышит предложений Алексея Кудрина - Мнения
$60.05
66.93
ММВБ1860.05
BRENT45.32
RTS978.45
GOLD1251.87

Почему Владимир Путин не услышит предложений Алексея Кудрина

читайте также
+317 просмотров за суткиКерченский мост — самый длинный и дорогой: что не нравится Украине +221 просмотров за суткиPR и санкции: «Новатэк» сменил своего лоббиста в США +44 просмотров за сутки«Русофобская одержимость»: Лавров оценил новые санкции США против России +22 просмотров за суткиКак ЦБ отвлекает внимание от курса рубля? +2 просмотров за суткиПлюс 29%: товарооборот с США растет, несмотря на санкции +1 просмотров за суткиОтвет за хакеров: как очередные санкции повлияют на рубль и банки +14 просмотров за сутки$3,2 млрд за полдня. Американские санкции ударили по российским миллиардерам +4 просмотров за суткиНовые санкции США: наказание России или войны лоббистов? +1 просмотров за суткиКатарский кризис поставил под удар бизнес ExxonMobil. Что предпримет Тиллерсон? Госдеп отговорил Трампа от одностороннего снятия санкций с российской нефтянки +1 просмотров за сутки«Это была бы победа для русских». Как Трампу не дали снять санкции с России +3 просмотров за суткиТурки вернутся на стройки. Путин смягчил санкции против Анкары Есть варианты: Трамп пока не определился с санкциями против России +3 просмотров за суткиПостой, паровоз: Украина задумала прекратить пассажирское сообщение с Россией по ж/д +3 просмотров за суткиЗа исключением: Медведев снял эмбарго на ввоз морской воды и соли для БАДов +3 просмотров за суткиАкции падают: «Яндекс» не может расплатиться с украинцами Затянуть гайки: Конгресс США одобрил санкции против союзников Сирии +10 просмотров за суткиГде проходят будни министра сельского хозяйства Александра Ткачева +10 просмотров за сутки25 млн пользователей и до 6,9 млрд рублей: чем обернется запрет Киева для «Яндекса» и Mail.ru Group +4 просмотров за суткиУкраинцам забанили «Яндекс». Порошенко запретил также «Одноклассники» и «ВКонтакте» +51 просмотров за суткиСанкции против КНДР: США установят контроль над российскими портами
Мнения #Крым 14.01.2015 05:30

Почему Владимир Путин не услышит предложений Алексея Кудрина

РИА Новости
Президент, возможно, и не верит в нефть по $100 к 2017 году, но делиться властью из-за отрицательных темпов роста экономики точно не будет

Кризис отличается от остальных состояний экономики и общества тем, что во время кризиса все точно знают, что завтра будет хуже, чем сегодня. И по мере сил готовятся к этому «хуже». 2014 год тоже начался с обвала рубля, но разница ощутима. Тогда мы «сползали» в рецессию и могли еще какое-то время жить иллюзиями. Сейчас точно знаем, что экономического роста долго не будет, что дела будут идти плохо, и знаем это наверняка. Но есть и другие отличия. Самое существенное — плоскость, в которой сегодня идет разговор о выходе из этого кризиса.

Никто не обсуждает программу, план выхода из кризиса в правительстве. Никто не обсуждает их и публично, на людях. Страна вошла в рецессию, ее валюта летит в пропасть, предприятия балансируют на грани выживания, но никаких споров на тему «стимулировать — не стимулировать» нет. Либеральные экономисты отмалчиваются, имея в виду, что без политической перезагрузки страны никакие реформы не помогут. Государственники получили от президента четкие указания — пройдет год или два, цены на нефть вырастут, страна оправится и снова зацветет — и тоже отмалчиваются.

 

Между этими крайностями («задраим люки и переждем» против «будем долго и мучительно тонуть, пока не случится революция») внезапно появился третий сценарий, озвученный бывшим министром финансов Алексеем Кудрина в свежем интервью РБК.

Вот, тезисно, его мысли: Россия может смягчить кризис или даже преодолеть его собственными силами; это возможно без смены главы государства, но с обязательной сменой команды, это возможно при условии сохранения части санкций, введенных из-за присоединения Крыма. Это, кажется, первая внятная заявка на синтез двух подходов: пресловутого «политического» сценария выхода из кризиса, понимаемого как отставка Путина и перезагрузка страны, и сугубо экономического — «переждем». Отставка президента не нужна, как бы говорит Кудрин. И даже Крым в этой ситуации получится сохранить.

 

Но небольшая перезагрузка все же потребуется. 

В центре рассуждений Кудрина два простых вопроса: возможно ли преодолеть кризис с Путиным во главе государства и возможно ли его преодолеть, несмотря на сохранение большей части санкций, введенных против России в связи с присоединением Крыма. На оба вопроса Кудрин отвечает положительно, но довольно подробно рассказывает о цене, которую придется Путину и государству за это заплатить. В качестве лекарства Кудрин предлагает три средства: возрождение угасающего духа предпринимательства путем постройки забора между бизнесом и жадным до собственности госаппаратом и силовиками, кадровую чистку правительства и госкомпаний от неэффективных и одиозных государственников, сокращение бюджетных расходов и, вероятно, смену приоритетов бюджетной политики страны.

Субъектом всех этих перемен Кудрин, вероятно, видит сильное и автономное от Кремля правительство, экс-министр не говорит это прямо, но перечисленные им реформы предполагают, что кто-то сможет взять за них на себя ответственность.

 

Очевидно, что этот кто-то — это не президент Путин, а, опять же вероятно, сам Кудрин в роли премьера.

Эта умозрительная конструкция по сути возвращает нас в ельцинские времена: отдавший экономику правительству на откуп президент и премьер, смело пробующий себя на поприще главного политика страны. Именно поэтому, но не только поэтому, конструкция эта невозможна и первый кудринский тезис — победить кризис и выйти из него сильными без отставки президента — выглядит утопично.

 

Против кудринской стратегии работают три простых факта.

Первый — Путин не привык сожительствовать с политически сильными премьерами. Михаил Фрадков был «человеком из ниоткуда», Виктор Зубков был «человеком из ниоткуда», а оба они не были хозяевами в правительстве, которым, говоря откровенно, рулил тогда президент Путин на «совещаниях с  членами правительства», которые он во время своего второго срока проводил чуть ли не каждый понедельник. Нынешний премьер Дмитрий Медведев, хоть и имеет пока статус члена растерявшего былой политический блеск тандема, тоже самостоятельным может быть назван лишь с большой натяжкой. Его правительство так же не самостоятельно, как и правительства Фрадкова и Зубкова, а он сам вообще часто грешит невмешательством в проблемные ситуации, которые вместе разруливают его подчиненные и президент.

 

Второй факт — беззаветная любовь Владимира Путина к «ручному управлению».

Когда во время своей декабрьской «прямой линии» он рассказывал, как именно правительству следует работать с людьми, вызывая на ковер нефтяников и ритейлеров, даже по тону было понятно, что такая работа президенту нравится и самому. Отказать себе в праве работать так, как он привык, Путин не сможет и не захочет, а значит, идея автономного правительства, которое прямо посреди путинской политической системы начнет демонтаж путинской же экономики, немедленно разобьется о желание президента вызвать на ковер олигархов или банкиров и поговорить с ними о жизни, ценах на бензин и ставках по ипотеке.

 

Третий факт — из области психологии.

Сама постановка вопроса «Сможет ли Россия пережить кризис с Путиным во главе?» подразумевает, что президент таки несет определенную долю ответственности не только за санкции, но и за удручающее положение дел в экономике, которое начало обнаруживаться примерно года полтора назад. Для Путина такая постановка вопроса неприемлема, потому что подразумевает, что он в свое время принял неверные решения, результатом которых и стал кризис. Понимай президент это, он бы давно отменил или заморозил майские указы, вернулся к пылящейся на полке «Стратегии 2020», написанной при активном участии Кудрина, и сам бы атаковал госкапитализм имени себя, чтобы вывести страну из тупика. Но он этого не делает. Значит, не считает ситуацию настолько опасной, не считает, что речь идет о выборе «политическая изоляция, передача власти правительству реформаторов и сохранение себя во власти сегодня или революция завтра». Месседж Кудрина бьет тут мимо цели, потому что получатель месседжа не хочет его получать: возможно, Путин и не верит в нефть по $100 в 2017 году, но делиться властью из-за отрицательных темпов роста экономики точно не будет.

Гипотеза Кудрина неверна, потому что Путин не считает, что ему нужна команда экономических спасателей, которые починят страну, пока он досидит в Кремле до 2018 года. Но дело не только в этом. И угасание предпринимательского духа, и спад инвестиций, и отток капитала из страны — это признаки кризиса доверия, доверия денег, грубо говоря, к власти. У российской власти есть собственные деньги, но суть этого кризиса заключается в том, что все остальные деньги — и русские, и нерусские — от нее отвернулись, перестали ей доверять.

 

В центре этой системы власти находится фигура Путина, и именно она и генерирует это самое недоверие.

Пока в центре не окажется какая-то другая фигура, которая сможет это доверие возродить, правительство можно вручать хоть Кудрину, хоть чикагским мальчикам, хоть консультантам из Goldman Sachs. В сущности это ничего не изменит, предпринимательский дух не оживит и деньги (и русские, и нерусские) в страну не вернет. А значит, кризис никуда не денется ни через год, ни через два, ни в 2018 году, если только сам Путин не решит, что с него, наконец, хватит.