Forbes
$63.89
70.98
DJIA17813.53
NASD4812.50
RTS931.19
ММВБ1888.79
Александр Кынев Александр Кынев
руководитель региональных программ Фонда развития информационной политики 
Поделиться
0
0

Выборы-2016: грани возможного

Выборы-2016: грани возможного
Фото Артема Геодакяна / ТАСС
Новые политические фигуры могут появиться из числа победителей в мажоритарных округах

Одним из важнейших событий 2016 года для России станут выборы в Государственную думу, которые должны состояться в сентябре. Все основные участники уже начали к ним явную подготовку, уже звучат первые прогнозы и оценки. При этом значительная часть факторов, которые повлияют на итоги выборов (состав списков, основные идеи и лозунги кампаний, качество агитации и организации) либо еще неизвестны, либо будут меняться и носят в лучшем случае вероятностный характер.

Однако есть не менее важные факторы, которые уже известны и которые, несомненно, окажут ключевое влияние на результаты выборов независимо от того, кто возглавит списки и как проведет кампанию. Речь о самих правилах, по которым проходят выборы. Эти правила, умело подогнанные под особенности электоральной географии конкретной страны, могут — даже без учета личностей кандидатов и технологий последующей агитации — сделать основной результат выборов заведомо известным еще до их проведения.

В этом случае вопрос заключается не в том, кто победит, а лишь в том, с каким перевесом.

К числу данных правил относятся способы голосования, процедуры перевода голосов в мандаты, особенности нарезки избирательных округов и т. д. Если, например, некая партия имеет пусть небольшое, но равномерное лидерство по всей территории страны, а оппозиция не имеет локально сконцентрированной поддержки (то есть нет мест, где она может лидировать), то при мажоритарной системе лидирующая партия победит во всех округах. К примеру, во Франции мажоритарная избирательная система в два тура стабильно оставляет за бортом ультранационалистов и коммунистов (о чем многие почему-то забыли в ожидании результатов недавних региональных выборов). Не менее известен классический политологический пример: если бы в Германии 1930-х вместо пропорциональной системы была бы мажоритарная или смешанная, Гитлер, скорее всего, никогда не пришел бы к власти.

В Госдуму по партспискам будут избираться лишь 225 депутатов из 450. Поэтому любой анализ предстоящих выборов должен учитывать как ситуацию по мажоритарной, так и ситуацию по пропорциональной части — ведь итоговый результат будет их совокупностью.

Перспективы мажоритарной части

Мажоритарная часть российской Госдумы является для оппозиции наиболее проблемной — даже безотносительно способа нарезки самих округов. Чтобы победить в округе, нужно не просто иметь значимую поддержку, нужно занять в нем первое место. Как правило, это под силу кандидатам либо с административной поддержкой, либо с большими финансовыми ресурсами (что в последние годы часто корреллирует с административной поддержкой), либо изначально имеющим высокую личную известность и популярность.

Размер административно зависимого и конформистски настроенного электората (ключевого ресурса власти) по разным регионам разный. Как правило, он составляет 10-20% от списочного состава избирателей и тем сильнее влияет на результат выборов, чем ниже явка остальных. То есть при низкой активности основной массы электората он вполне может обеспечить 50-60% реальной явки. К этому надо добавить различные технологии фальсификации, в том числе особенно популярное после событий 2011-2012 «круизное голосование» (массовое голосование организованных групп за непришедших, которое намного тяжелее фиксировать, чем привычное переписывание протоколов или «ломовые» вбросы бюллетеней пачками).

Опыт региональных и муниципальных выборов последних лет показывает, что подавляющее число мест (или вообще все места) по округам получают кандидаты власти. Так, на выборах региональных парламентов 13 сентября 2015 года «Единая Россия» выиграла 213 округов из 230 (92,6%), а на выборах горсоветов региональных центров — 491 округ из 543 (90,92%). При этом те немногие независимые кандидаты и кандидаты от иных партий, которые победили в остальных округах, — это порой те же кандидаты от власти, просто по разным причинам выдвинутые не от «Единой России».

Учитывая, что на выборах в Госдуму сами округа много больше по размерам, а предвыборные кампании существенно дороже и организационно сложнее, ситуация может оказаться еще хуже, если только часть округов заведомо не будет «зарезервирована» для неких инопартийных или формально независимых кандидатов.

Эту изначально тяжелую для оппозиции ситуацию еще больше ухудшает варварская нарезка мажоритарных округов.

Явный джерримендеринг (то есть установление границ округов таким образом, чтобы создать преимущество одному из кандидатов или партий) в российском варианте стыдливо именуется «лепестковой» нарезкой. Как правило, крупнейший город региона не превращается в единый городской округ (или несколько округов), а дробится на несколько частей, к которым добавляются идущие лентой к границам региона периферийные районы. При этом сам общепринятый термин «джерримендеринг», обозначающий махинации с границами округов, официальных политологов пугает. Хотя, например, в США разработан даже индекс джерримендеринга, учитывающий географические особенности границ территории, на которых проходят выборы.

«Лепестковая» нарезка, являющаяся чрезмерной перестраховкой власти, очевидно продиктована общей философией: раздробить, насколько возможно, наиболее независимый и протестно голосующий городской электорат. При этом власть, видимо, будет стараться снизить явку в городах и максимально увеличить явку периферии всеми возможными способами, включая прямые фальсификации.

Проблемы с «лепестковой» нарезкой нет в 32 регионах, где образуется единственный мажоритарный округ. Также проблема «разбавления» городских избирателей сельскими не касается Москвы (15 округов) и Санкт-Петербурга (8 округов). Дифференциация политических предпочтений внутри обеих столиц, конечно, имеется, но она совсем иного рода и степени, чем разница между предпочтениями горожан и жителей аграрной периферии.

Что касается остальных регионов, то наибольшее количество округов находится в Московской области (11), Краснодарском крае (8), Ростовской и Свердловская областях (по 7), Татарстане и Башкортостане (по 6), Нижегородской, Самарской и Челябинской областях (по 5). В Алтайском, Красноярском, Пермском, Ставропольском краях; Волгоградской, Воронежской, Иркутской, Кемеровской, Новосибирской, Саратовской областях — по 4 округа. В Дагестане, Крыму, Приморском крае; Ленинградской, Омской, Оренбургской областях — по 3.

Что в такой ситуации остается делать оппозиции? Возможностей крайне немного.

Во-первых, необходимо провести яркие кампании электоральной мобилизации. Без них повысить явку в городах просто не получится. А повышение явки независимых избирателей в городах автоматически скажется также и на результатах пропорциональной части.

Во-вторых, важным фактором успеха будет наличие единых кандидатов от оппозиции. Выборы по округам —  это в первую очередь выборы персоналий, и здесь возможны самые пестрые с точки зрения формальной партийной идеологии коалиции. Но в любом случае определяться по этим кандидатам нужно только после их официальной регистрации, чтобы не совершить фальстарта и не обозначить «мишень», когда кандидата могут просто не зарегистрировать.

В отдельных случаях можно попытаться играть на противоречиях между администрациями входящих в округ территорий. Например, если администрации разных городов будут поддерживать разных кандидатов. Так в свое время на выборах в Московскую областную думу по округу, объединяющему Пущино, Протвино и Серпуховский район, несколько раз побеждали оппозиционеры, так как каждая городская администрация тащила своего.

Перспективы пропорциональной части

Основная часть условной оппозиции (подразумеваем под этим термином депутатов не от «Единой России») при описанных выше проблемах с мажоритарной частью, скорее всего, будет избрана по партийным спискам. Однако здесь тоже есть ряд серьезных проблем, способных сорвать предвыборные кампании ряда партий, вне зависимости от качества их организации и агитационного содержания. Эти проблемы касаются правил составления списков и, соответственно, существенных рисков — в случае неправильного подхода в этом вопросе — демотивировать значительную часть регионального актива партий и самих кандидатов.

Начнем с того, что число мест по партспискам уменьшается вдвое — до 225.

Это значит, что как минимум в два раза вырастает реальная электоральная цена списочного мандата. Избирательные кампании становятся организационно сложнее и дороже, а конкуренция между претендентами на места внутри списка — острее.

Допустим, список имеет шансы попасть в Госдуму. Вначале мандаты распределяются между кандидатами из общефедеральной части списка, в которой может быть до 10 человек (при желании партии она может общефедеральную часть списка вообще не образовывать). Остальные мандаты распределяются между территориальными группами кандидатов, которых каждая партия должна образовать не менее 35, объединяя в них территории одномандатных округов (то есть максимум групп в списке может быть 225). Между группами мандаты делятся в зависимости от абсолютного числа голосов, поданных за партию на территории группы (исходя из соотношения этого числа к квоте голосов на один мандат).

Страницы12
Поделиться
0
0
Загрузка...

Другие колонки автора

Рассылка Forbes.
Каждую неделю только самое важное и интересное.

Самое читаемое
Рамблер/Новости
Опрос
Что для вас лично является одной из главных актуальных тем современности?
Проголосовало 10150 человек

Forbes сегодня

30 июня, четверг
Forbes 07/2016

Оформите подписку на журнал Forbes.

Подписаться
Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.