«Поехали!» Как справляться с космическими перегрузками

«Земля… Красота какая!» Это было 55 лет назад. 27-летний Юрий Гагарин зачарованно смотрел на нашу планету сквозь иллюминатор. С такого ракурса Землю не видел еще никто. Эпоха космических героев подарила поколению 1960-х большие надежды, но в тоже время именно тогда стало очевидно, что человеческий ресурс ограничен. В ходе той работы по повышению возможностей человека было сделано несколько любопытных открытий, которые сегодня выглядят по-настоящему актуальными для нашего времени.

Героями не рождаются, героями становятся. Этот тезис как никто лучше понимают те, кто работает с людьми, которым позже в народе присвоят статус героя. Специалисты, работавшие с космонавтами в 1960-е годы, довольно быстро поняли, что ресурсы человеческого организма не безграничны. Тот вопрос, который все чаще задает себе современный человек, тогда отчетливо прозвучал в профессиональной среде - как помочь человеку справиться в кризисной ситуации, в состоянии небывалых физических и эмоциональных перегрузок? И в области космонавтики ответ был найден. Правда, не сразу.

Об этом практически ничего не сообщали СМИ, но для обеспечения эффективной работы организма космонавтов и астронавтов функционирует особая сфера науки - “космическая” фармакология. Первые космонавты и астронавты, отправлявшиеся на орбиту в начале 1960-х, брали в полет целый набор медикаментов, некоторые из которых являлись специальными разработками этой отрасли. Многие лекарства получали новую форму выпуска в виде шприц-тюбиков: стандартная лекарственная форма не всегда подходила для условий невесомости. Фармакологи работали над созданием препаратов для стабилизации состояния космонавтов при перегрузках, при ускорении и торможении в полете, медикаментов, эффективно защищающих от радиации. Серьезные исследования, посвященные восстановлению физической формы космонавтов после полёта, стали особенно актуальны, когда его продолжительность значительно выросла. Как известно, тонус мышц и сердечно-сосудистой системы ослаблялся в условиях невесомости, и требовалось помочь космонавтам безболезненно вернуться в привычные земные условия. Колоссальную работу в области разработки новых препаратов для космонавтов провели советские ученые-фармакологи. Некоторые “гражданские” решения появились на свет после того, как они были разработаны для космонавтов.

При длительных космических полетах особую важность приобрели лекарства, стабилизирующие нервную систему. Профессия мечты советских школьников помимо колоссальных физических перегрузок была связана с высочайшим уровнем перегрузок эмоциональных. Успех космической миссии во многом определялся поведением космонавтов в стрессовых ситуациях. Традиционные анксиолитики, успешно решавшие задачи в общей медицине, им не подходили: помимо противотревожного они вызывали седативный эффект и тем самым ухудшали концентрацию внимания и скорость реакции, тогда как космонавт в любой ситуации должен был сохранять ясность ума и высокую выносливость. От фармакологов требовалось, чтобы новое средство сохраняло работоспособность космонавтов на максимальном уровне.

В условиях масштабности этой задачи советская фармакология сделала большой шаг вперёд: появилось сразу несколько препаратов, при этом принципы их действия отличались в зависимости от основного предназначения.

Первый в СССР бензодиазепиновый транквилизатор был создан Сергеем Борисовичем Середениным и его научной командой. Позже Сергей Борисович станет уважаемым академиком двух российских академий наук, возглавит Научно-исследовательский институт фармакологии РАМН имени В.В. Закусова и станет автором многих инноваций в области средств для работы головного мозга. Благодаря С.Б. Середенину впервые в СССР были проведены крупные исследования по фармакогенетике, в ходе которых удалось доказать зависимость эффектов психотропных препаратов от наследственно контролируемой реакции на эмоциональный стресс. Эксперименты на мышах показали, что млекопитающие могут по-разному реагировать на один и тот же стрессовый фактор! Например, когда мышей неожиданно помещали под яркую лампу: одни активно передвигались и искали выход, другие же замирали и в оцепенении сидели на месте. Про человека в подобной ситуации мы говорим, что он психологически “сломался”. Оказалось, что существует два типа эмоционально-стрессовой реакции: активный, или стресс-устойчивый (реакция по типу «беги или сражайся»), и пассивный, стресс-неустойчивый тип (реакция «затаись и умри»).

Дальнейшие опыты показали, что применение «традиционных» противотревожных препаратов приводило к разным эффектам в зависимости от присущей животному реакции на стресс: «пассивные» мыши начинали бороться за своё существование, а «активные», наоборот, чрезмерно успокаивались в то время, как ситуация требовала от них решительных действий. Это означало, что разные реакции на стресс требовали разных подходов к лечению.

Проанализировав механизм формирования активной и пассивной реакции на стресс, ученые под руководством С.Б. Середенина смогли разработать новую молекулу: 5-этокси-2-[2-(морфолино)-этилтио] бензимидазоладигидрохлорид, или фабомотизол, которая решала эту сложную задачу.

Новая молекула отвечала вызовам космической отрасли: в ходе опытов во всех случаях, когда млекопитающих подвергали стрессовым воздействиям, вещество оказывало на них положительное влияние, уменьшая проявления тревоги и стресса и не вызывая седации.

Механизм работы можно было описать следующим образом: молекула фабомотизола воздействовала на особые белки, расположенные внутри нервных клеток и представляющие собой нечто вроде «службы спасения» нейронов. Фабомотизол вызывал эту «службу», активировал её, в результате чего белки перемещались к повреждённому стрессом участку и восстанавливали его. Этим, кстати, объясняется минимальное количество побочных эффектов и практически полное отсутствие угнетения со стороны центральной нервной системы – происходило восстановление поврежденных нейронов мозга и нормализация естественных механизмов антистрессовой защиты. Вопреки популярному мифу выяснилось, что нервные клетки могут восстанавливаться, если дать им возможность активизировать собственные ресурсы.

В начале 2000-х годов новая молекула была зарегистрирована под названием Афобазол. В последующем экспертами ВОЗ препарату было присвоено международное непатентованное название – фабомотизол.

Исследования фабомотизола показали, что он может быть эффективен в разных сферах терапии, но основным и наиболее актуальным фабомотизола (Афобазола) является помощь людям в преодолении симптомов продолжительного стресса: он устраняет тревожность, напряжения, беспокойства. Вред для организма от воздействия хронического стресса в нашей жизни может быть сопоставим с влиянием технических перегрузок на организм космонавта.

Как это часто бывает, специфические задачи помогают ученым делать неожиданные открытия, которые позже оказываются актуальными и для решения более глобальных задач. Так, лекарство, созданное для нужд, фактически, одной отрасли, спустя годы стало средством для повышения качества жизни у обычных жителей современного мира.

Новости партнеров