Forbes
$63.16
70.88
ММВБ1980.68
BRENT48.83
RTS975.31
GOLD1323.88
Кристофер  Хелман Кристофер Хелман
корреспондент Forbes USA 
Поделиться
0
0

Нефтяной пузырь: почему сланцевая революция в США близка к провалу

Нефтяной пузырь: почему сланцевая революция в США близка к провалу
фото East News/AFP
Американским компаниям все более невыгодно добывать сланцевую нефть: рынок насыщается сырьем, цены падают, а разработка новых месторождений становится экономически нецелесообразной

Американские нефтегазовые компании лихорадит. В последние несколько лет они совершили впечатляющий рывок. Добыча нефти в США выросла на 43% по сравнению с 2008 годом, до 6,5 млн баррелей в сутки — это самый высокий показатель для страны за несколько десятилетий. Такую динамику отрасли обеспечили два самых успешных молодых месторождения — Баккен и Игл Форд. Только в 2012 году 50 лидеров американской «нефтянки» инвестировали в разработку этих и других проектов $186 млрд, подсчитали аналитики Ernst & Young. Это абсолютный рекорд для США, более чем на 20% превышающий объем вложений 2011-го. Но можно ли вернуть эти деньги?

На грани рентабельности

С учетом всех издержек многие месторождения уже сейчас работают на грани рентабельности и даже легкая корректировка котировок рискует сделать их неэффективными. А снижение цены нефти на 10-15% способно поставить крест на американском нефтяном буме. 

В этом году нефть марки WTI балансирует в диапазоне $88-98 за баррель. За последние два года этот коридор составил $77-109. Пока объективные факторы говорят, скорее, в пользу дальнейшего роста цен. Что может заставить их двигаться в обратном направлении? Прежде всего эскалация мирового кризиса. Пока США переживают лишь жалкое подобие экономического роста, увеличение процентных ставок и доходности суверенных бондов способно быстро привести к усложнению условий доступа к заемным ресурсам и поспособствовать обрушению цен. Европейские проблемы остаются неразрешенными, растут риски рецессии и в экспортно ориентированных странах.

Еще одной причиной падения цены на нефть могут стать действия ОПЕК, которая по итогам последнего саммита выразила опасения в связи с насыщением рынка американской нефтью. Организация пообещала «изучить» проблему ценового соперничества с новым конкурентом из-за океана, а входящая в картель Нигерия и вовсе констатировала спад спроса на свое сырье (по качеству нигерийская нефть соответствует нефти, добываемой США на месторождении Баккен в Северной Дакоте).

«Если ОПЕК надеется сохранить подобие своего ценового диктата, самое время резко нарастить добычу, обрушить цены, обанкротить мелких американских конкурентов и в долгосрочной перспективе отвоевать долю на рынке», — говорит преподаватель экономики Университета Хьюстона, член экспертного совета при Йеле Эд Хирс.

Вместе с профессором Йеля Полом Макэвоем он подсчитал: рост глобальной добычи на 1 млн баррелей в сутки может понизить мировые цены на 10%, на 2 млн — на 20%. Если США не сбавят набранных темпов, показатель в 1 млн баррелей будет достигнут еще до конца 2014 года. «А если ОПЕК откажется снижать квоты на добычу в свете американской угрозы, компании из Штатов рискуют собственноручно разрушить свой бизнес», — констатирует Хирс.

Почему сланцевая нефть не дешевеет? Огромные залежи сланцев занимают сотни тысяч и даже миллионы акров, но качество геологического ландшафта этих территорий неравномерно. Есть настоящие «лакомые куски», которые компании разрабатывают в первую очередь, чтобы окупить расходы на приобретение участка (цена которых зачастую доходит до $10 000 за акр). Но добыв «легкие» объемы, нефтяники сталкиваются с затратными технологическими сложностями. Аналитики Bernstein Research в мае констатировали, что рост издержек вкупе со стабилизацией котировок из-за усиления конкуренции выразился в снижении рентабельности чистой прибыли до минимальной отметки за десятилетие. Часть американских производителей сознательно теряют деньги на нефти, которую продают на рынке. По расчетам Bernstein, себестоимость барреля нефти в странах, не входящих в ОПЕК, составляет $104,5. В США этот показатель увеличился с $89 в 2011-м до $114 в 2012-м. Это допустимо для компаний, которые лишь приступают к добыче на разведанных месторождениях, но даже независимые игроки хотят демонстрировать инвесторам прибыльную модель бизнеса. Отрасли остро необходимо либо увеличение цен, либо сокращение стоимости издержек, уверены эксперты Bernstein Research. Еще одна альтернатива — пересмотр в сторону уменьшения планов по добыче. 

Норвежское терпение

Расчеты Bernstein нужно принимать с оговоркой: эти данные касаются в первую очередь США (на глобальном уровне дела в целом обстоят не так плачевно). Глава фонда прямых инвестиций Pinebrook Road Partners Говард Ньюман недавно заявил в ходе лекции в Йеле, что большая часть американских  сланцевых месторождений останется эффективной до тех пор, пока цена нефти не упадет ниже отметки в $80 за баррель. Аналитики Morgan Stanley назвали другую цифру — $64 за баррель. Но это без учета затрат на покупку участка. Если их учитывать, то цифры будут варьироваться от компании к компании. К примеру, первые участники проекта Игл Форд платили за акр земли всего несколько сотен долларов. А когда о перспективах месторождения прослышали гиганты BHP Billiton Petroleum и Marathon Oil, цены взлетели до $20 000 за акр. Не удивительно, что после покупки участка на Игл Форд в 2011 году из-за обесценивания актива BHP списала миллиарды долларов убытков (на данный момент инвестиции компании в проект приближаются к отметке в $20 млрд).

В том же 2011 году Statoil потратила $4,5 млрд на поглощение одного из первых участников проекта Баккен — компанию Brigham Exploration. Норвежскому гиганту досталось 375 000 акров, на которых на момент сделки добывалось 20 000 баррелей в сутки. Новые владельцы поставили цель довести этот показатель до 100 000 баррелей, но остановились на отметке в 50 000. И даже этого покупателя удастся достичь не ранее, чем через шесть лет.

Сколько нужно нефти, чтобы Statoil смог вернуть $4,5 млрд? Бурение скважины стоит около $8,5 млн. Каждая скважина на месторождении Баккен способна обеспечить добычу 500 000 баррелей на протяжении 10 лет, а точнее 450 000 баррелей (с учетом лицензионных выплат владельцам земли). Каждый баррель, получается, обходится компании примерно в $19. Еще $5 составляют налоговые выплаты, $3 — попадание нефти в трубопроводы, $2 — компенсация экологических рисков. Итого — $29. Продавать нефть Statoil может по $75 за баррель (с учетом логистических издержек и привязки к WTI), так что разница в $46 остается на покрытие $4,5 млрд. Чтобы выйти на прибыль, компании необходимо добыть с месторождения 100 млн баррелей нефти. Но $4,5 млрд — это не все затраты. Еще $2,9 млрд уйдет на бурение. Итого $7,4 млрд. Именно на такую сумму нужно продать нефти, чтобы проект Баккен начал приносит прибыль Statoil.

Цена кажется очень высокой, но таковы сегодня реалии рынка. Если нефть подешевеет на $10, Statoil придется добывать дополнительные 25 млн баррелей для достижения эффективной бизнес-модели. В денежном эквиваленте это еще $725 млн вложений. С точки зрения временных затрат это дополнительный год работы.

Кейс месторождения Баккен доказывает: даже крупные игроки на рынке сланцевой нефти работают с низкой рентабельностью. При нынешних котировках нефтяники не откажутся от развития этих проектов, но отрасли из года в год будет все сложнее удерживать набранные темпы.

Аналитик Bernstein Боб Брэкетт так описал стоящий перед индустрией вызов. В первый год добычи средняя сланцевая скважина приносит 600 баррелей нефтяного эквивалента в сутки. Темп истощения скважины — около 40% в год. Бурение каждой скважины обходится в $7 млн. Выходит, наращивание добычи на 1000 баррелей в сутки стоит $11,7 млн. Если вам досталось месторождение мощностью в 100 000 баррелей в сутки, сумма инвестиций вырастет до $500 млн, которые необходимы лишь для сохранения текущих темпов. Около двух третей всех вложенных в сланцевую отрасль ресурсов идет на поддержание динамики добычи, а не на ее стимулирование, заключает Брэкетт.

Штаты кратно нарастили объем производства нефти за несколько лет, но потенциал роста будет исчерпан, когда у инвесторов лопнет терпение и они перестанут вкладывать масштабные средства с прицелом на долгосрочную окупаемость. Возможно, что пузырь уже лопнул. В прошлом году Chesapeake Energy продала 1 млн акров в Пермском нефтегазовом бассейне в Техасе консорциуму Shell и Chevron. Вместо $6 млрд, на которые надеялась Chesapeake, компания получила лишь $3,3 млрд, после чего отчиталась об убытках в несколько миллиардов. А в этом году году энергетическая компания Hess продала участок в Игл Форд уже по цене $6000 за акр. И это притом что полтора года назад эта земля стоила $24 000 за акр.

Сейчас на продажу выставлены огромные территории, где залежей нефти хватит на сотни лет. Но кто готов рискнуть? Цены на нефть и газ недостаточно высоки, чтобы инвестиции оправдали себя. Чтобы продать такие участки, продавцам приходится либо распродавать землю по низким ценам, либо консервировать актив до лучших времен.

Чек на оживленной улице

Итак, американский нефтяной бум на распутье. Результаты поражают воображение: страна уже производит нефти больше, чем импортирует. Но мечты о полном отказе от поставок из-за рубежа до конца десятилетия вряд ли воплотятся в реальность. У отрасли попросту не хватит капитала, чтобы компенсировать темпы разработки месторождений и ввод в эксплуатацию новых проектов. Затраты компаний, опоздавших к началу сланцевой революции, перестают окупаться.

Нельзя недооценивать и фактор конкуренции со стороны ОПЕК. Ближневосточным экспортерам добыча одного барреля, по оценкам властей США, обходится в $20. Так что для членов картеля представляется целесообразным открыть хранилища, обвалить цену до $75 и выкинуть из игры американских независимых производителей. Некоторые эксперты все еще не исключают, что ОПЕК снизит добычу, чтобы создать рыночную нишу для нефти из Штатов, но эти прогнозы выглядят все более нерациональными: зачем поставщикам сырья помогать конкурентам?

В докладе на прошлой неделе ОПЕК отчиталась о росте производства нефти на 106 000 баррелей в сутки, до 30,57 млн баррелей. Главным драйвером этой динамики стала Саудовская Аравия, прибавившая 143 000 баррелей в сутки, до отметки в 9,4 млн баррелей.

Иначе ситуация видится эксперту Эду Хирсу, по совместительству гендиректору маленькой нефтяной компании Hillhouse Resources. Он не слишком переживает насчет провала сланцевой революции: пока отрасль замерла в ожидании, Hillhouse неожиданно оказалась владельцем богатых нефтегазовых залежей традиционного происхождения. Компания взяла в лизинг 45 квадратных миль рачно к югу от Хьюстона, на которых обнаружились запасы, доступные к добыче без применения горизонтального бурения или гидравлического разрыва пласта. Это поможет Хирсу оставаться в плюсе, даже если цена упадет до $20 за баррель. Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, но не верить экономисту нет никаких оснований. У Хирса хорошее портфолио в бизнесе: Hillhouse одной из первых оценила перспективы проекта Ниобрара в Колорадо.

До сланцевой «лихорадки» традиционные месторождения регулярно обнаруживались на территории США. Теперь геологоразведочные работы практически свернуты, хотя ресурсный потенциал далек от исчерпания, уверяет Хирс. «Похоже на историю про экономиста, который не стал поднимать чек на $100 на оживленной улице, будучи уверен в том, что, если бы чек был настоящим, кто-то другой уже подобрал бы его раньше», — резюмирует экономист.

Поделиться
0
0
Загрузка...

Рассылка Forbes.
Каждую неделю только самое важное и интересное.

Самое читаемое

Forbes сегодня

28 сентября, среда
Forbes 10/2016

Оформите подписку на журнал Forbes.

Подписаться
Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.