Мэрия спасает бизнес от проверок

Обеспечить юридическое прикрытие от чиновников оказалось проще, чем прекратить их поборы

Нагрянула проверка, и вы не знаете, как себя правильно вести? Можно совершенно бесплатно воспользоваться консультацией юристов, работа которых оплачивается из городского бюджета. Проект называется «Неотложная правовая помощь малому бизнесу Москвы» (НПП МБМ) и существует с осени 2007 года.

Десять юристов — по одному на каждый административный округ — помогают отбиться от незаконных претензий налоговых инспекторов, милиции, пожарных. С июля 2009 года в России действует закон, призванный оградить бизнес от избыточного контроля: плановые проверки должны проходить только с санкции прокуратуры, а внеплановые — в случае если есть опасность для жизни и здоровья людей. Откровенного беспредела, соглашаются представители НПП, стало поменьше. Обращаются и по поводу других проблем — необоснованный отказ чиновников продлевать договор аренды земельного участка, требования снести какие-то здания, жалобы на рейдерские атаки. Предприниматели за консультации «антиконтролеров» не платят ни копейки. Более того, с 2010 года бесплатным стало и представление интересов бизнеса в суде.

Прийти или позвонить в офис дежурного юриста может любой предприниматель, при условии что его фирма соответствует критериям малого бизнеса. Главный из них — численность сотрудников не более 100 человек. А вот состоять в реестре малого бизнеса Москвы желательно, но не обязательно. Чтобы юрист мог представлять интересы фирмы, необходимо заключить договор о безвозмездном оказании услуг. Как правило, он делается не заранее, а непосредственно при обращении.

В день к каждому из специалистов обращается пять-шесть предпринимателей. Вопросы касаются текущих проверок, вынесенных штрафов, необоснованных отказов чиновников продлевать договор аренды земельного участка, незаконных требований снести здания и т. д. Выезжают юристы и на места. Лидия Волкова, в прошлом юрисконсульт по Северному административному округу, вспоминает один из вызовов. В парикмахерскую нагрянули из милиции и управления по налоговым преступлениям. «Орали, согнали всех мастеров в одно помещение, запрещали выходить. В бухгалтерии стали вываливать из шкафов и столов все бумаги подряд, — говорит Волкова. — Длилась эта вакханалия около часа, пока я не приехала и не заставила оперативников для начала провести опись изъятых документов. Это важный момент — если в пятидневный срок они не вернут бумаги, есть повод признать доказательства, полученные таким путем, незаконными».

«Схема работы такова: звонок дежурному юристу, выезд на место происшествия, то есть туда, куда нагрянули ревизоры. Они в присутствии квалифицированных юристов, как правило, «снижают обороты», — поясняет Сергей Монастырный, первый заместитель генерального директора Московского агентства по развитию предпринимательства. Часто на этом этапе проверка и заканчивается: если контролеры пришли только затем, чтобы напугать хозяев и получить «отступные», то, столкнувшись с серьезным отпором, скорее всего, поищут других жертв.

В Казани, узнав о московском опыте, запустили аналогичный проект. Масштабы там скромнее: денег власти дают меньше, и, например, судебные разбирательства уже идут за счет предпринимателей. Но первичная правовая помощь также оказывается бесплатно.

Корреспондент Forbes проверил, как работает служба, отдежурив один день с Сергеем Сухотиным, старшим юрисконсультом по Центральному округу Москвы.

Обратите внимание на понятых

Первый выезд. Мы садимся в мобильный офис - микроавтобус, оборудованный компьютером, сканером, факсом, принтером и т.д, а также столом и специальными вращающимися креслами для проведения консультаций «на борту».

Минут через двадцать мы приезжаем в обычный продуктовый магазин. Внутри растерянная продавщица Лена и директор Ярослав. Последний мрачнее тучи. Причина беды – двое налоговых инспекторов – уже отбыли восвояси. Зато оставили после себя акт о проведении проверки и угрожали штрафом на 35 000 рублей. «Зашли двое мужчин, самые обычные. Один попросил пачку сигарет, дал сто рублей, — рассказывает Лена. — Я начала отсчитывать сдачу, а они мне — мы сотрудники какой-то там налоговой инспекции, только что в присутствии понятого вы не пробили кассовый чек». «А что за понятой?» — тут же реагирует Сергей. Лена объясняет, что мужика не запомнила, как только начался спор, он ушел.

Юрист тут же начинает объяснять, что ничего страшного в сложившейся ситуации нет: «Нарушений со стороны налоговых инспекторов масса. Во-первых, они вообще не вправе осуществлять данные действия, их можно квалифицировать как контрольная закупка, которую, в свою очередь, могут проводить только специализированные органы. Налоговая в закрытый перечень таких органов не входит. На этот счет в Московском регионе благоприятная арбитражная практика, мы сможем успешно обжаловать решение налогового органа в суде. Во-вторых, понятые. Продавщица сказала, что мужчина ушел. Соответственно, вместо него в протоколе налоговик черканет собственную подпись. Но по закону нужны еще и паспортные данные понятого. Подозреваю, что таковым, по странному стечению обстоятельств, окажется третий сотрудник той самой инспекции. Поэтому постановление о привлечении к административной ответственности попробуем отменить, документы мы подготовим. Месяц-два на суд уйдет, но штраф, скорее всего, платить не придется».

«Сколько должен?» — спрашивает Ярослав, привыкший, что платить надо даже тогда, когда платить не надо. «Да нисколько!» — привычно отмахивается Сергей.

Составляйте опись документов

Второй выезд — кафе в виде замка в одном из парков Москвы. Сергей, хозяин, рассказывает, что построил его с нуля. Он бывший байкер, заведение создавал «для своих». Финансово-юридические вопросы явно не его стезя. Возникшие проблемы вводят его в ступор. Выкупили по конкурсу ветхое здание, абсолютно все переделали, предварительно согласовав макет с префектурой. Вложили около 8 млн рублей, в том числе заемных. Но когда все было готово, появился новый закон. Префектура утратила право вводить здание в эксплуатацию. Теперь этим занимается главное архитектурно-планировочное управление мэрии. Туда нужно подавать утвержденный макет перестройки здания и другие документы. «Но в префектуре ни бумаги, ни макет не вернули и возвращать не собираются. По-моему, они просто потеряли, — разводит руками Сергей. — А пока здание не введено в эксплуатацию, оно считается самовольной застройкой, которая подлежит сносу».

В то, что чиновники «просто потеряли» документы, верится с трудом. Скорее, у кого-то из префектуры есть собственные планы на эту землю. Проблема усугубляется тем, что, подавая документы, Сергей не составил опись. Теперь трудно доказать, что именно чиновники потеряли. И формально есть основание снести самовольную постройку.

Юрист НПП МБМ предлагает вынести вопрос на рассмотрение окружной Межведомственной комиссии по преодолению административных барьеров. Оказывается, есть и такая. У предпринимателя появляется небольшой, но шанс. Ну и само собой решение о сносе нужно попытаться оспорить в суде.

Не спешите подписывать договор

Последний на сегодня выезд — тоже в ресторан, на Садовом кольце. Некоторое время назад в этом хлебосольном заведении отобедали, не представляясь, сотрудники Российского авторского общества (РАО). Фоном играла музыка из радиоприемника. Вскоре РАО прислало требование заключить с ними договор. Ресторану предлагается платить ежемесячные взносы из расчета 60 рублей с посадочного места. «Кабальные условия! — негодует Александр, хозяин ресторана. — Мало того что 7000 рублей в месяц, так они еще и хотят штраф в пятикратном размере за то, что мы раньше не заключили договор!» Юрист замечает, что в письме не указано, куда перечислять деньги. «Наверное, сами в это не верят».

А вот если ресторан подпишет договор с РАО, будет не до шуток. Помимо денег РАО требует список песен, прозвучавших в течение месяца. Сложно даже представить, как составить такой отчет и сколько листов он займет…

Перед выездом Сухотин изучил судебную практику по спорам Российского авторского общества. Она противоречивая: где-то РАО выигрывает, где-то нет. В нашем случае основной аргумент — радиостанция, а не ресторан, должна рассчитываться с авторами. И в действиях контролеров Сергей находит много нарушений. Например, к письму не прилагается ни акта проведения проверки, ни аудио-, видеозаписей. Нет расчетов, почему нужно платить именно 60 рублей за место. Возникает чувство, что требование было направлено для «галочки», ради отчетов перед начальством. Успокоив Александра, мы уезжаем.

В течение 2009 года за помощью в рамках проекта «Неотложной правовой помощи» в Москве обратилось порядка 8000 предпринимателей. Для сравнения: согласно данным прокуратуры по городу Москве, на 2010 год запланировано 46 217 плановых проверок. Добавим внеплановые ревизии, которых также немало. В чем проблема?

Не все о проекте знают. Оказывает влияние и менталитет предпринимателей. «Проверки надзорных округов крайней редко заканчиваются без штрафов. В то же время в суде результаты оспариваются не часто. Во-первых, величина санкций не превосходит судебных издержек, во-вторых, предприниматели зачастую предпочитают «договориться» о снижении штрафов, а не отстаивать свои права в суде», — говорит Валерий Бахтин, эксперт «Что делать Консалт».

Между тем иногда поспорить было бы полезно, благо контролеры допускают массу процессуальных нарушений. По данным юридической компании «Пепеляев Групп», в 2009 году бизнес выиграл 67,7% административных споров по земельным правоотношениям, 64,2% споров с органами экологического контроля, 58,1% — с таможней и 57,3% — с налоговиками. А главное — противодействие со стороны проверяемых разрушает иллюзию вседозволенности у проверяющих.

Новости партнеров