Конфликт поколений: чем блокировка Telegram напоминает крестовый поход детей
Фото Сергея Конькова / ТАСС

Конфликт поколений: чем блокировка Telegram напоминает крестовый поход детей

Денис Самсонов Forbes Contributor
Фото Сергея Конькова / ТАСС
Если отвлечься от технических подробностей, то история с ограничением доступа к мессенджеру напоминает очередное непонимание поколениями друг друга

С понедельника мы живем в истории. Место не самое приятное. Китайцы, для которых «чтоб тебе жить в эпоху перемен» — крепкое ругательство, правы. Тютчев с его «блажен, кто посетил...» погорячился. История начинается, когда ее никто не ждал, и оказывается не такой, как прогнозировали. Так наступает весна. Так вырастают дети. Сам же мечтал, чтобы твой пацан стал самостоятельнее, принимал решения, отвечал за себя и близких. Что хотел, то и получил. Но пацан при этом покуривает, дома ночует через раз и даже не пытается делать вид, что твои советы для него что-то значат.

Внезапно образовавшееся гражданское общество, его диванный протест и «диджитал резистанс» смешны, но смех этот нервный. Общество демонстрирует сплочение и открытую конфронтацию с государством, пусть инфантильные, но несомненные. Сплочение неожиданное: вневозрастное и над-идеологическое. Блокировкой Telegram равно возмущены либералы и государственники, западники и почвенники, и главное — те, кто вообще никогда не мыслил себя в политических координатах, жил «своей жизнью» и считал, что его это не касается.

Свой искусственный голос в защиту блокировки не подают даже боты в социальных сетях. Их кукловодам понятно: ничего, кроме раздражения, попытки оправдать действия Роскомнадзора сейчас не вызовут. Сами чиновники, которым по долгу службы положено выступать за блокировку, делают это неубедительно, словно извиняясь. Как бы ни закончилась эта история, у нее будет продолжение. Рано или поздно Telegram окончательно заблокируют, окончательно разблокируют или оставят как есть, но привычка к «резистанс» и ощущение мира, поделенного на «мы» и «они», останутся.

Почему именно блокировка Telegram запустила процесс формирования гражданского общества? Почему закрытие «Синематеки» зажгло в Париже лето 1968-го? Ответа на эти вопросы нет. Над запретом пармезана только посмеялись. Разгон очередного «уникального журналистского коллектива» никого уже не трогает. Редакционные дела и раньше за пределами медийной тусовки мало кого волновали. А за не самый популярный и незаменимый Telegram вступились многие.

Может быть, дело в границах личной жизни, которые ощущаются особенно остро? В Штатах, где Facebook готов обсуждать с государством размещение рекламы и рассказывать о своей работе достаточно подробно (кто-то называет это контролем), готовность к сотрудничеству была воспринята обществом как положительный шаг. Но Facebook не обещает правительству досудебного доступа к частной переписке своих пользователей. В России речь идет именно об этом. «Старшие» требуют ключ и право входить в твою комнату без стука. Вроде бы и прятать нечего, но все равно противно.

Может быть, дело в абсурде, уровень которого перешел даже наши, сильно растянутые границы. Террористам теперь негде будет обсуждать свои черные планы? Вы это серьезно? Сложившаяся ситуация наводит на мысль о том, что мы присутствуем при диалоге родителя и ребенка:

«Дочь, отдай мне пароль от своего аккаунта в соцсети, я должен проверять твою переписку», — как бы говорит отец. Любой ребенок будет справедливо возмущен таким беспардонным поведением. Но родитель продолжает настаивать, и его аргументы даже звучат убедительно: «Может, ты там наркотики покупаешь или тебя в террористы вербуют?» Может ли подобное произойти в социальной сети или мессенджере? Безусловно, как и в любом другом месте, включая и реальный мир, где тоже готовятся и совершаются преступления. Но родитель отказывается взвешенно рассуждать, слышать ребенка и вникать в ситуацию. «Тогда я тебе интернет отключу», — решает он.

Классический сценарий ролевого конфликта, в котором подросток среди прочих неприятных открытий обнаруживает, что он абсолютно одинок, его никто не понимает и жаловаться некуда. Западные институты потратили миллионы на развитие «демократии в России». Сейчас особенно понятно, что эти доллары и евро были пущены на ветер и поддержание штанов участников процесса. Частные фонды сделали много прекрасного и бесполезного и, наверное, продолжат заниматься этим в будущем. Имеют полное право, не будем считать чужие деньги. Но именно здесь и сейчас этой демократии и этому обществу нужны надежные и удобные средства обхода блокировок. Помощь, которая будет с благодарностью принята и оценена, но желающих ее оказать не видно. Либо потенциальные помощники не успевают за переменами, либо изначально преследовали какие-то иные цели.

Конфликт вокруг Telegram — типичный подростковый бунт, в котором на стороне условного «родителя» все козыри. Отобрать смартфон, лишить карманных денег, перерезать провод, блокировать IP-адреса миллионами, построить суверенный интернет, как в Китае. Неправда, что технологии Telegram не позволят государству добиться его отключения. Заблокируют, если проявят достаточную политическую волю. Но на стороне условного «подростка» будущее. Государство отключит Telegram, отец добьется пароля от социальной сети, но это те победы, которые не прощают.

Новости партнеров