Творцы Дрейка: как братья-продюсеры заработали на рэпе почти $2 млрд

Фото Getty Images
Лейбл Cash Money, основанный братьями Брайаном и Рональдом Уильямс, раскрутил таких звезд, как Дрейк, Ники Минаж и Лил Уэйн. Совокупные продажи студии — 130 млн копий альбомов, доход — $1,8 млрд. Почему будущее Cash Money вызывает тревогу у основателей?

В галерее Avant, к северу от Майами, висит горчично-желтое полотно молодого художника Скайлера Грея. На картине изображены сыплющиеся из банки драгоценные камни и буквы, которые складываются в слова «бриллианты» и «жемчужины». Этот лот ценой $40 000 точно привлечет внимание только что вошедшего в галерею главы звукозаписывающего лейбла Cash Money Records Брайана «Бердмана» Уильямса. Как-то раз он хвастался тем, что каждый день старается носить на себе украшения стоимостью не менее $1 млн.

Однако работе Грея не везет: 49-летний рэп-магнат, которого сопровождает старший брат, сооснователь Cash Money — 54-летний Рональд «Слим» Уильямс, присмотрел более выгодную покупку — портрет Мохаммеда Али авторства аргентинского уличного художника. Полотно удалось урвать за «какие-то» $7 000. Оно станет пополнением коллекции, начавшейся с работы Жан-Мишеля Баския, которую Бердману несколько лет назад подарил рэпер Лил Уэйн. «Искусство намного ценнее, чем автомобили и драгоценности. Даже для меня», — признается Бердман. Он в розовых солнечных очках, но даже за ними можно увидеть вытатуированные на щеке бизнесмена буквы RG (от англ. Rich Gang — «банда богачей»).

Искусство сделки

Слим, при всем сходстве с младшим братом, опытнее, мудрее и немного более сдержан, хотя тоже может позволить себе сорить деньгами. Свою студию звукозаписи они основали в 1992 году, через четыре года после того, как легендарный продюсер Берри Горди продал Motown Records — первый и самый известный лейбл, основанный афроамериканцем, — за $61 млн концерну MCA. Cash Money сегодня стоит в несколько раз больше. Благодаря своим звездам Лил Уэйну, Ники Минаж и Дрейку студия продала 130 млн копий альбомов и заработала с 1998 года $1,8 млрд. Братья Уильямс до сих пор имеют над Cash Money полный контроль, и их совокупное состояние исчисляется сотнями миллионов долларов.

Монте Липман, гендиректор Republic Records — компании-дистрибьютора Cash Money, отмечает: «У них невероятное чутье на талант. Из начинающих исполнителей они делают настоящих суперзвезд. В нашем бизнесе редко встретишь руководителей, которые оставляют в культуре настолько глубокий след».

Однако сейчас положению основателей не позавидуешь. Лил Уэйн, которого Бердман называет «сыном», официально ушел из Cash Money. Дрейк, самый популярный исполнитель на стриминговых сервисах, тоже, кажется, скоро хлопнет дверью. Из большой тройки контракт не собирается разрывать одна Минаж. Залог финансового благополучия братьев Уильямс — обширный каталог музыки Cash Money, ежегодно приносящий студии десятки миллионов долларов. Но чтобы развивать бизнес и не оказаться среди догоняющих, руководителям компании нужно обратиться к истокам — вспомнить о своем таланте по отбору перспективных артистов и научить их правилам, царящим в постоянно меняющемся мире музыки.

Вернон Браун, юрист и коммерческий директор Cash Money, подчеркивает: «Шоу-бизнес изменился до неузнаваемости. Но братья Уильямс к переменам удачно адаптировались».

Деньги с неба

Хоть Бердману и пришлось подсократить расходы или по крайней мере разнообразить портфель активов, он все еще испытывает слабость к автомобилям. После покупки картины в галерее он выходит на улицу — к двум близнецам Mercedes-Maybach, по одному на брата. Бердман говорит: «Нищим я был, только когда родился». Худощавый и немногословный Слим с характерным южным акцентом неспешно объясняет, как они делят обязанности: «Я занимаюсь деловыми вопросами, а он часто работает в самой студии».

Уильямсы основали Cash Money в родном Новом Орлеане. Студия звукозаписи задумывалась как обитель хип-хопа и его шумного поджанра баунса. Мать умерла, когда братья еще были детьми, поэтому почти всю юность они провели в детских домах. По словам Слима, после попыток пойти по стопам отца, который был уличным дельцом, они решили зарабатывать на жизнь музыкой.

Среди первых новичков студии были продюсер Мэнни Фреш и рэпер Пимп Дэдди, но лучшей находкой Cash Money, пожалуй, стал 11-летний рэп-вундеркинд, называвший себя Шримп Дэдди, а позднее — Лил Уэйном. Потенциал юного рэпера нельзя было не заметить еще в 1990-х, а его коронное слово «побрякушки» (англ. bling-bling) стало безумно популярным. Слим с гордостью заявляет: «Оно есть даже в словаре!»

Время — деньги

Так же, как Горди из Motown Records, братья Уильямс стали принимать в процессе записи активное участие, вырабатывая фирменное звучание и обучая молодые дарования вертеться в мире музыки. Пока конкуренты месяц возились с одним куплетом, Cash Money выпускали целый альбом, а то и не один. Хит сменялся хитом, и среди них особо отметилась песня Back That Azz Up в исполнении Джувенайла. Беспокоясь, что массовый слушатель не поймет акцент рэпера, Слим и Бердман распечатали сотни тысяч листовок с текстом композиции. К концу 90-х студия не успевала считать миллионы с ежемесячных продаж, а местные дистрибьюторы при реализации дисков просто сбивались с ног.

Интерес к Cash Money начали проявлять крупнейшие звукозаписывающие студии, включая Universal. Братья обратились за поддержкой в переговорах к старожилу сделок в шоу-бизнесе Венди Дэй. Когда менеджеры Universal сделали предложение о покупке по заниженной цене, Уильямсы собрались было хлопнуть дверью. Но тут в комнату вошел Даг Моррис, в то время гендиректор Universal. Слим вспоминает, как Моррис сказал ему: «Я бы тоже не продал свою компанию». В итоге они все-таки заключили сделку, по которой Cash Money получали аванс $30 млн, а Universal брали отчисления за распространение в размере 7% без прав собственности на студию. Тем не менее звукозаписывающий гигант получил право учитывать Cash Money как часть своего бизнеса в биржевых расчетах (благодаря исполнителям масштаба Дрейка Universal сейчас стоит больше двух ближайших конкурентов вместе взятых).

Дэй вспоминает: «Я была приятно удивлена тем, насколько выгодной сделка оказалась для Cash Money. Менеджеры Universal тогда объяснили мне, что объем музыкального материала, который лейбл доверит дистрибьютору, позволит увеличить столь важную для корпорации долю на рынке».

Продюсеры в Майами

В начале 2000-х Cash Money продолжали выпускать музыку, но на протяжении нескольких лет создавалось впечатление, будто студии не под силу дать миру новых суперзвезд. Композиции Still Fly в исполнении Big Tymers, дуэта самого Бердмана и Мэнни Фреша, удалось подняться до 11-й строчки чарта Billboard, однако это был максимум, переплюнуть который не получалось. Джувенайл тоже не мог превзойти первоначальный успех и ушел из Cash Money в 2003 году. Что касается Лил Уэйна, то после дебютной пластинки 1999 года второй платиновый альбом он выпустил лишь в 2005-м. В том же году на Новый Орлеан обрушился ураган Катрина. По словам Бердмана, тогда он потерял «20 домов, 50 автомобилей и множество воспоминаний».

После этого братья переехали в Майами, где учредили с Лил Уэйном совместную компанию, давшую начало новой золотой эре Cash Money. В 2009 году студия подписала контракт с Дрейком и Минаж. С тех пор оба артиста выпустили в общей сложности девять студийных альбомов, и все они получили статус платинового или выше. Доходы исполнителей стали сопоставимы с заработком их руководителей: Дрейк с 2011 года заработал $257 млн, а Минаж с $135 млн и Лил Уэйн с $145 млн начали наступать на пятки Бердману, который за эти годы стал богаче на $156 млн.

Наличность ва-банк

Многие из первых исполнителей покинули Cash Money из-за разногласий по поводу авторских отчислений, которых, как они заявляли, их лишили обманным путем. Например, в 2005-м примерно с такой формулировкой со студии ушел Мэнни Фреш (на запрос Forbes он не ответил). Лил Уэйн последние несколько лет судился с Cash Money за ущерб от постоянного переноса сроков выпуска альбома Tha Carter V и отдельных эпизодов с применением силы. В конечном счете он покинул лейбл в 2018 году, как только иск был урегулирован во внесудебном порядке (сумма не разглашается) и альбом наконец увидел свет. Добиться комментариев от Лил Уэйна через его представителя Forbes также не удалось.

Основатели Cash Money все обвинения в противоправных действиях отвергают: по их версии, конфликты вокруг контрактов разгораются из-за неопытности новых исполнителей — те якобы попросту не понимают принципов, по которым функционирует шоу-бизнес. Браун объясняет: «Они думают, будто не надо не платить ни за заключение контрактов, ни за оформление соглашений с продюсерами, ни за отбор и покупку сэмплов. В 90% случаев оказывается, что это не мы им должны, а что нужно было заплатить другим людям, о работе которых они почему-то даже не подозревали».

По словам Брауна, ради оптимизации выплат исполнителям студия немного повысила процент за распространение продукции через Universal и предоставила дистрибьютору право заниматься всеми административными вопросами. Если верить пресс-секретарю Cash Money, к сотрудничеству с лейблом вернулись некоторые исполнители, включая Мэнни Фреша и Джувенайла.

Вопрос об уходе Дрейка остается открытым. В одной из композиций с альбома Scorpion 2018 года он заявил, что «выходит из игры», как только выполнит обязательства по контракту. Однако представитель студии утверждает, что артист должен выпустить еще один диск. Ни сам Дрейк, ни Universal текущую ситуацию прояснять не спешат. Уильямсы лишь говорят, что они с Дрейком «партнеры на всю жизнь». Вероятно, основатели лейбла намекают на то, что и так получают внушительные отчисления за предыдущие пластинки звезды; то же самое относится к работам других артистов, порвавших со студией. Даже если никто из нынешних звезд лейбла больше не выпустит под его началом ни одного альбома, их предыдущий материал долгие годы будет приносить Уильямсам десятки миллионов долларов.

«Рэперы по-прежнему мечтают подписать контракт с Уильямсами, даже несмотря на их деловую репутацию и скандалы со многими исполнителями, — подчеркивает Дэй, которая и сама 20 лет назад судилась за гонорар с братьями-продюсерами. — Буду ли я снова вести с ними дела? Не дай бог! Но отрицать их историю и след в культуре нет смысла. Они настоящие гении».

Новый путь к богатству

Когда Слим колесит по Майами следом за Бердманом, то на полную громкость любит включать песню об автомобилях Maybach. Исполняет ее Джаквиз, «наследный принц» лейбла, который встречает продюсеров в студии. 24-летний парень из Атланты подписался на Cash Money в 2014-м. Он вместе с рэперами Каски и Блуфейсом — будущее лейбла. Джаквиз вспоминает: «Когда Бердман позвонил мне впервые, я прослезился».

Бердман сразу начинает давать многообещающему рэперу советы. У Джаквиза недавно было большое выступление, и перед ним он изрядно нервничал. Бердман просит исполнителя относиться к концертам философски: «Отбрось страх. Просто выйди и покажи им всем!» Подобно тому, как Motown Records явил миру такие успешные коллективы, как the Miracles, the Temptations, the Supremes, а затем и Jackson 5, так и Cash Money готовит Джаквиза к тому, чтобы стать настоящей суперзвездой.

Рэпера такое доверие очень вдохновляет. Несколько месяцев назад певец назвал себя королем R&B нового поколения, хотя многих такое заявление смутило, ведь песни исполнителя никогда даже не попадали в чарт Billboard Top 40. С другой стороны, в лице братьев Уильямс у него очень влиятельная группа поддержки. Кому как не им знать, что зачастую таланту нужны годы, чтобы раскрыться полностью?

Наследие

«Для меня Джаквиз — король R&B, — с вызовом заявляет Бердман. — Помню, как Уэйн говорил, что он «лучший рэпер в мире», и все думали, что он бредит. Но он стоял на своем и действительно стал лучшим».

Бердман давно привык проводить все свое время в студии, чтобы пророчества сбывались. По его словам, иногда приходится жертвовать личной жизнью. Но даже готовя к славе новое поколение Cash Money, он успевает уделить время себе. В начале 2018 года Бердман обручился с певицей Тони Брэкстон (в январе 2019 года пара рассталась. — Forbes). Также продюсер утверждает, что помирился с Лил Уэйном и подумывает свести с лица многочисленные татуировки. Он объясняет неожиданную затею: «Мне кажется, что теперь они мне не нужны. Из-за них я сталкиваюсь с предрассудками, которые мешают в бизнесе и обычной жизни».

После часа в студии вместе с Джаквизом Слим проголодался и направляется к своему Maybach. Он сидит на особой диете: можно есть все, что захочется, но только в течение двух часов вечером один раз в день. Сначала он ждет 15 минут, наблюдая за вечерним Майами, а потом просит водителя отвезти его домой. К ужину Бердман так и не появился — все еще сидит в студии с Джаквизом. Слим все понимает, ведь это часть их работы. «Эти новые молодые артисты — я от них просто в восторге, — признается Слим. — Для меня и моего брата работа с ними — шанс повторить то, что мы делали уже не раз».

Перевод Антона Бундина

Новости партнеров