Цены фьючерсов на эталонную нефть Brent при открытии торгов ночью 1 марта поднялись на 13%, до отметки $81,5 за баррель, достигнув самого высокого с января 2025 года уровня. Но уже к вечеру 2 марта они опустились на 3,6%, до $78,6 за баррель.
Основные опасения рынка вызывает возможная блокада Ираном Ормузского пролива, важнейшего маршрута поставок на мировой рынок нефти и сжиженного природного газа (СПГ) из стран Персидского залива, пишет портал Trading Economics.
Значение Ормузского пролива
Ормузский пролив, расположенный между Ираном, ОАЭ и Оманом, длиной в 161 км и шириной в самом узком месте около 34 км, соединяет богатый нефтью и газом Персидский залив с Индийским океаном. Ширина судоходных путей пролива — 3 км в каждом направлении, он имеет огромное значение для мировой торговли нефтью и СПГ. По данным компании Kpler, в 2025 году по этому маршруту ежедневно проходило около 13 млн баррелей, то есть приблизительно 31% от мировых морских перевозок нефти.
Вечером 1 марта министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи заявил в интервью телеканалу Al Jazeera, что Тегеран не намерен закрывать пролив и не планирует предпринимать «никаких действий, которые могли бы нарушить судоходство в нем на данном этапе». Военные действия Ирана направлены против американских войск, а не против соседних стран, сказал он. Однако Reuters со ссылкой на источники сообщил, что, несмотря на отсутствие блокады пролива, большинство крупных нефтяных компаний, торговых домов и других владельцев танкеров приостановили поставки сырой нефти, нефтепродуктов и СПГ через него. По данным агентства, уже к вечеру 1 марта минимум 150 танкеров с нефтью и СПГ бросили якорь в Персидском заливе, еще десятки стояли на другой стороне пролива, в Оманском заливе.
Хотя пока нет официальных подтверждений того, что Ормузский пролив заблокирован, от возможности его использования будет зависеть дальнейшее движение цен на нефть, говорит старший аналитик Альфа-банка Никита Блохин. По его словам, несмотря на то, что обозначить конкретные перспективы пока сложно, диапазон цен в $80-90 за баррель представляется наиболее реалистичным сценарием, пока рынок замер в неопределенности в отношении перспектив полной блокады.
Отказ Ирана от блокирования Ормузского пролива указывает на сильное влияние на иранское руководство Китая и Индии, крупных покупателей сырья из региона, полагает независимый аналитик Максим Шапошников. Он сомневается, что пролив будет перекрыт полностью, хотя стоимость страховки и фрахта судов может вырасти в 2,5-3 раза. По сообщению Bloomberg, ссылающегося на данные южнокорейской компании Sinokor, транспортировка нефти в Китай на очень крупных танкерах обходится примерно в $20 за баррель. Для сравнения, в прошлом году средняя цена составляла около $2,50.
Умеренный рост
Рост цен на нефть оказался умеренным по нескольким причинам, сказал Forbes главный директор по энергетическому направлению исследовательского центра «Институт энергетики и финансов» (ИЭФ) Алексей Громов. В мире образовался профицит нефти, который на февраль 2026 года оценивается в 2-2,5 млн б/с, напоминает он. К тому же, добавляет Громов, крупнейшие потребители нефти, в первую очередь Китай, накопили большие резервы. Пекин в последние пару лет наращивал закупки в свои стратегические коммерческие резервы, страхуясь от возможности конфликта на Ближнем Востоке, указывает он. И сейчас Китай — крупнейший держатель нефтяных резервов в мире, накопивший более миллиарда баррелей и опережающий по этому показателю США, отмечает эксперт.
Кроме того, напоминает Громов, есть еще около 130 млн баррелей нераспроданной нефти, в том числе российской и иранской. Она находится на танкерах близ берегов Индии и может быть перенаправлена покупателям, которые нуждаются в бесперебойных поставках.
Громов считает, что даже в случае перекрытия Ормузского пролива полного прекращения нефтяного экспорта из региона не произойдет. У Ирака, Бахрейна, Катара и Кувейта действительно нет альтернативных проливу путей поставок на внешние рынки, говорит он. Однако у Саудовской Аравии есть нефтепровод, который позволяет транспортировать до 5 млн баррелей нефти в сутки — а это более половины саудовского экспорта — в порт Янбу-эль-Бахр на Красном море. У ОАЭ есть порт Фуджейра, который позволяет вывозить нефть в обход Ормузского пролива. Даже у Ирана есть терминал в порту Джаск за пределами пролива, который он, правда, пока не использовал. Но Иран максимально разгрузил свой основной нефтяной терминал на острове Харк, через который проходит 90% нефтяного экспорта страны, и загрузил эту нефть на танкеры, которые могут быть отправлены в любой момент, говорит Громов.
Саудовская Аравия, ОАЭ и даже сам Иран могут направить часть своей нефти по трубопроводам в обход Ормузского пролива, что, впрочем, составляет малую, не более 15%, долю экспорта из региона, возражает старший аналитик Альфа-банка Никита Блохин. А при полной блокаде пролива сокращение добычи в регионе — вопрос времени: доступных мощностей хранения, по рыночным оценкам, хватит только до конца месяца, считает он.
ОПЕК+ увеличил добычу
Еще одним фактором, повлиявшим на сдерживание роста цен, стало решение ОПЕК+ нарастить добычу нефти. 1 марта, уже после начала операции против Ирана, восемь стран альянса договорились увеличить в апреле производство на 206 000 баррелей в сутки (б/с), хотя участники, по информации Trading Economics, рассматривали более значительное повышение — на 411 000-548 000 б/с. Квота России по добыче нефти в апреле была увеличена на 62 000 б/с, до 9,64 млн б/с.
Решение ОПЕК+ по повышению добычи невыгодно России, хотя она его формально поддержала, чтобы не допустить кризиса в картеле, говорит эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович. «Россия достигла потолка возможностей по своей добыче еще несколько месяцев назад, даже нынешние квоты ОПЕК+ она не выбирает, — говорит он. — Для роста добычи нужны новые инвестиции в месторождения, инфраструктуру, оборудование, преодоление санкций и так далее».
Похоже, дискуссии на встрече ОПЕК+ были сложными, говорит Громов из ИЭФ. «Я думаю, Россия сделала ставку на сохранение ОПЕК+ и хорошие партнерские отношения со всеми участниками, в первую очередь с Саудовской Аравией, — говорит Громов. — Сохранение блока для России было важнее жесткого сопротивления наращиванию добычи, особенно сейчас, когда непонятно, как будут развиваться события на Ближнем Востоке». Если конфликт затянется на недели или даже месяцы, у России за счет средств от более дорогой нефти могут появиться возможности наращивать добычу, рассуждает Громов.
Для России решение ОПЕК+ можно считать положительным, поскольку оно развязывает руки российским нефтяным компаниям, считает Блохин из Альфа-банка. Россия, по его словам, вероятнее всего, начнет постепенно наращивать производство, выбирая новые квоты по мере ввода в строй новых мощностей на севере страны и в Восточной Сибири.
Решение ОПЕК+ было несколько неожиданным для рынка — изначально картель собирался увеличить добычу нефти значительно серьезнее, говорит ведущий аналитик Freedom Finance Global Наталья Мильчакова. «Однако даже небольшое увеличение квот стало, на наш взгляд, фактором, подтолкнувшим цену нефти в область $80. Если бы увеличили сильнее, цена Brent была бы не выше $74-75 за баррель», — считает она.
Россия в прибыли
Россия от конфликта может получить бонусы, как минимум краткосрочные, говорит Громов из ИЭФ. Нераспроданная российская нефть, находящаяся в танкерах в море, после сокращения поставок из Персидского залива может быть выкуплена по более высокой цене. Кроме того, ее, возможно, захочет купить не только Китай, но и Индия, которая сейчас приостановила импорт из России.
«Цена на нефть растет, — говорит Шапошников. — На фоне ближневосточного обострения дисконт на российское сырье может снизиться, нефтегазовые доходы страны увеличатся».
Россия выигрывает от высоких цен и усиления переговорных позиций в отношении снижения скидок на предлагаемую нефть, согласен руководитель аналитического центра Mind Money Игорь Исаев.