«Феррари с тормозами от запорожца»: почему дети с СДВГ не получают помощи в школе

Дети с синдромом дефицита внимания с гиперактивностью делятся на два типа. Первый — вертлявый, шумный хулиган, который постоянно болтает, теребит бейджик, качается на стуле, щелкает ручкой, грызет карандаш. Он может внезапно закукарекать на уроке: между возникновением идеи и ее реализацией у него проходит доля секунды. Таких детей психиатры в шутку называют «феррари с тормозами от запорожца». Второй тип — мечтательный, витающий в облаках тихоня, который приходит домой с пустыми тетрадями, поскольку, когда объясняли математику, его мысли улетели за промелькнувшей в окне вороной. Часто дети с СДВГ бывают и рассеянными, и гиперактивными одновременно. 

СДВГ — это поведенческое расстройство, которое проявляется в детском возрасте. Для него характерны чрезмерная двигательная активность, импульсивность, трудности концентрации, поддержания внимания. Расстройство поддается медикаментозной коррекции, но полностью симптомы не уходят. К подростковому возрасту гиперактивность обычно ослабевает.

Официальной статистики по распространенности СДВГ в России Минздрав не публикует, однако сотрудники его научных институтов называют цифру 16%, что, по их мнению, «делает проблему социально значимой». Сколько таких детей окажется в конкретном классе — дело случая: законодательно их количество не ограничено. По оценкам психолога «Кризисного центра 812» и организатора пабликов для людей с СДВГ в Санкт-Петербурге Элины Жилиной, в классе на 30–40 человек может встретиться от двух до пяти детей с СДВГ. Гиперактивными чаще бывают мальчики, рассеянными — девочки.

Учатся дети с СДВГ по-разному: одни оказываются отстающими «чудиками», сидящими на галерке, другие — отличниками и победителями олимпиад. Все зависит не только от возможностей самого ребенка, но и от того, смог ли учитель найти к нему подход, а также от среды, которую создала школа.

Педагоги не осведомлены о проблеме

Ошибка при выборе школы и учителя может иметь серьезные последствия для таких детей, поэтому эксперты советуют подойти к делу основательно. «Любой ребенок будет страдать от негативной обстановки в школе, но у детей с СДВГ реакция будет усиленная: еще более оппозиционное поведение, драки, ссоры и срывы уроков», — говорит детский психиатр, соучредитель Ассоциации психологов и психиатров за научно обоснованную практику Артем Новиков.

В государственных школах ребенок защищен законом об образовании: до тех пор, пока ему не исполнится 15 лет, отчислить его нельзя ни за низкие оценки, ни за плохое поведение. Однако Павел Северинец, бывший директор московской школы № 444, а сейчас руководитель «Хорошколы», считает, что родителям детей с СДВГ лучше по возможности выбирать частные учебные заведения: там меньше классы, больше профильных специалистов и более «контактная» связь с семьей. С ним согласна основатель школы «Макарун» и центра для особенных детей «Макс» Лола Меткибаева. Она объясняет, что гиперактивным детям может быть тяжело учиться в классах, в которых больше 16 человек: там слишком много сенсорных раздражителей.

Государственная школа тоже может оказаться подходящей — но, скорее всего, не обычная, ближайшая к дому. Такого мнения придерживается педагог, автор книги «Экстремальное материнство. Счастливая жизнь с трудным ребенком» и курса «СДВГ у детей: рекомендации учителю» Ирина Лукьянова. В обычных школах зачастую сохраняется «старый учительский корпус», представители которого уверены, что «психология — чепуха», а детям «просто надо объяснить, как себя вести». «Грамотные современные учителя обычно работают в сильных государственных школах, в которые ребенку с СДВГ непросто попасть из-за конкурса», — утверждает Лукьянова.

Координатор проектов Межрегиональной общественной организации родителей детей с СДВГ «Импульс» Людмила Межевова рекомендует при выборе школы ориентироваться прежде всего на учителя. «Педагоги, которые всем уже все доказали, таким детям противопоказаны. Им нужен учитель-новатор, готовый испытать на прочность свое мастерство», — говорит она.

Советы родителям детей с СДВГ (составлено на основе комментариев экспертов и материалов книги «Экстремальное материнство. Счастливая жизнь с трудным ребенком» педагога, автора образовательного курса «СДВГ у детей: рекомендации учителю» Ирины Лукьяновой):

• ищите школу, в которой гибко относятся к дисциплине: позволяют детям ходить по классу, сидеть на полу и т. д.;
• ищите школу, в которой есть специалисты, решающие индивидуальные проблемы, — соцпедагог, дефектолог, тьютор;
• повышайте квалификацию учителя, предлагайте ему «шпаргалки» по работе с детьми с СДВГ;
• при общении с представителями школы сохраняйте спокойствие, используйте неэмоциональный деловой подход;
• при возникновении проблем попросите школу разработать для ребенка индивидуальный учебный план или переведите ребенка на очно-заочную форму обучения.

В какую бы школу ребенок с СДВГ ни попал, стоит готовиться к тому, что педагог будет не в курсе, как правильно его учить. Исследования последних лет показывают, что среди российских учителей мало кто знает о синдроме дефицита внимания с гиперактивностью. По данным 2021 года, лишь 14% «кое-что слышали» о гиперактивных детях и только 4% знают, как проводится их диагностика. Сопоставимые цифры называли представители регионов: например, в Калужской области 90% учителей не применяли для детей с СДВГ никаких приемов по организации учебного процесса, потому что просто не владели ими.

Рассказывать ли учителю о диагнозе — решение родителей, по закону такой обязанности нет. «Чем меньше вы доверяете педагогу, — советует Ирина Лукьянова, — тем меньше необходимость делиться с ним медицинскими сведениями».

Если учитель готов работать с таким ребенком и пытается вписать его в учебный процесс, родителям стоит прийти педагогу на помощь. Эксперты советуют принести ему список рекомендаций по работе с детьми с СДВГ.

Советы учителям, работающим с детьми с СДВГ (составлено на основе методических рекомендаций Министерства образования и науки Российской Федерации):

• старайтесь быть доброжелательными по отношению к такому ребенку;
• если ученик с СДВГ ведет себя хорошо, сразу поощряйте его;
• дайте ребенку возможность двигаться: поручайте ему вытереть доску, раздать тетради и т. д.;
• посадите ученика с СДВГ за первую парту;
• постоянно возвращайте его внимание к изучаемой теме — придумайте для этого условный знак;
• используйте микроциклы: дайте ученику возможность сосредоточиться, затем выполнить задачу, расслабиться и передохнуть — и так несколько раз;
• используйте систему дополнительной мотивации: «приложил усилия — получил бонус».

Синдром есть, льгот нет

СДВГ — это диагноз, который в России не дает льгот при обучении. В некоторых странах, например в Израиле, ребенок с синдромом дефицита внимания с гиперактивностью может рассчитывать на продление экзаменационного времени, а если у него плохой почерк — на помощь с переписыванием контрольной работы на чистовик. В Норвегии программу обучения ребенка с СДВГ разрабатывают ресурсные центры, они же консультируют учителя.

В России педагоги обычно советуют родителям «особенного» ребенка пройти с ним психолого-медико-педагогическую комиссию: специалисты могут присвоить ему статус «особые возможности здоровья» (ОВЗ). Обычно такой статус получают дети с нарушением слуха, зрения, опорно-двигательного аппарата, расстройством аутистического спектра и др. Статус ОВЗ гарантирует право, например, на обучение по адаптированной программе, надомное обучение или сопровождение тьютора. Но гиперактивным детям прохождение комиссии, скорее всего, ничего не даст. Если у ребенка с СДВГ нет дополнительных нарушений развития, он, по мнению научного сообщества, не имеет ограниченных возможностей здоровья — об этом Forbes Education сообщили в Министерстве просвещения.

Типовое решение комиссии по ребенку с СДВГ выглядит следующим образом: «Подлежит обучению в массовой школе, рекомендована помощь психолога». «Поскольку к таким рекомендациям не прилагается ни особого статуса, ни повышенного подушевого финансирования, школа может просто сказать: у нас нет возможности их выполнять», — говорит Ирина Лукьянова. Обычно так и происходит, поскольку учебные заведения в России плохо укомплектованы психологами и социальными педагогами. Например, по данным ВШЭ, на одного тьютора в стране приходится 3750 учащихся, а в 25 регионах во всех школах в общей сложности работает менее 10 тьюторов.

Если система образования не оказывает детям с СДВГ ощутимой поддержки, то проблема ложится на плечи педагогов и родителей. Подход к детям с СДВГ, как говорит Павел Северинец, требует перестройки всего урока, индивидуального взаимодействия с ребенком и его семьей. «Это большая работа, — утверждает он, — и часто учителя начинают ее избегать, просто переводя таких детей из класса в класс и передавая с уровня на уровень в надежде, что все само как-нибудь решится».

Гиперактивный ребенок часто раздражает всех вокруг, его поведение бывает невыносимым, признает Ирина Лукьянова. Она вспоминает такой случай: учительница запретила мальчику при опоздании входить в класс и он стал в него вползать. «У педагога должно быть много выдержки, чтобы раз за разом превращать это в шутку и спускать на тормозах», — заявляет она.

Хотя родители объясняют учителям, что СДВГ — это не безалаберность и плохое воспитание, педагоги зачастую требуют оказать влияние на ребенка дома, чтобы он «нормально» вел себя в школе. Вот какими сообщениями от учителей делятся родители в телеграм-канале «Импульса»: «Ваш сын выкрикивает громкие реплики на занятиях, ходит по классу, обзывается, уроки сорваны, буду писать докладные, это невозможно». А докладные выглядят так: «Систематически нарушает дисциплину, прошу вызвать родителей для беседы и принятия мер».

Несложно предположить, что ждет таких детей после того, как в сентябре 2026 года в российских школах вновь появятся оценки за поведение. По словам эксперта Минпросвещения, директора Института коррекционной педагогики Татьяны Соловьевой, дети с СДВГ будут получать оценки на общих основаниях, поскольку не относятся ни к одной из известных категорий с ограниченными возможностями здоровья. Однако при разработке рекомендаций по выставлению отметки за поведение особенности развития разных детей будут предусмотрены, обещает она.

«Ставить ребенку с СДВГ оценку за поведение все равно что слепому ставить отметку за скорость чтения, — говорит Людмила Межевова из «Импульса». — Это большая несправедливость по отношению к детям с диагнозами, не позволяющими им регулировать свое поведение». С ней согласна учредитель АНО «Тьютор в инклюзии» Марина Мантлер: нововведение может привести к стигматизации детей, для которых контроль поведения — объективная сложность. «В такой ситуации и в другую школу не перейдешь: там будет та же система, — объясняет она. — Избежать оценки получится только на семейном обучении». Мантлер советует родителям объяснять детям, что эта оценка — субъективный взгляд одного человека, и больше ориентироваться на академическую успеваемость.

Нет поддержки — возникают конфликты

Гарантировать хорошее поведение ребенка с СДВГ родители не могут и из-за постоянных претензий со стороны представителей учебного заведения часто находятся в затяжной депрессии. «Они почти всегда измучены, истощены, затравлены, особенно мамы, — говорит Людмила Межевова из «Импульса». — Они бывают просто не в состоянии отстаивать права ребенка перед школой». А делать это приходится регулярно, поскольку поведением ученика с СДВГ бывают недовольны не только педагоги, но и родители одноклассников, которые страдают от его гиперактивности и импульсивности.

«Семьи приходят, просят оградить их детей от ребенка, который им кажется неуправляемым, а иногда и опасным, — рассказывает Павел Северинец. — Если школа имеет необходимых специалистов и готова работать с такими детьми, то ситуация будет улучшаться, если нет — перерастет в конфликт и коллектив будет выдавливать неудобного ученика».

Отчислить ребенка из государственной школы нельзя, поэтому администрация может настойчиво предлагать родителям забрать его на семейное обучение. Что делать, если директор заводит такой разговор, а родители не готовы учить ребенка дома? Юрист, член рабочей группы по вопросам развития инклюзивной среды при уполномоченном при президенте РФ по правам ребенка Елена Багарадникова напоминает, что по закону выбирать форму обучения родители должны строго добровольно. Она рекомендует сразу перевести разговор в письменную форму, не отказываться от сотрудничества со школой, подчеркивая готовность обсуждать, какую поддержку педагоги могли бы оказать ребенку. Если администрация продолжит настаивать, можно жаловаться в прокуратуру и Рособрнадзор на нарушение права на образование.

В общении через прокуратуру не заинтересована ни одна из сторон, однако иногда конфликты заходят в тупик и включается режим «в полиции разберутся». Родителям одноклассников гиперактивного ребенка Багарадникова не советует самостоятельно выяснять отношения с ним или его родителями. Если возникают проблемы, следует писать директору, но не требовать наказания для ребенка, а просить организовать безопасную среду для всех детей. «Избегайте распространения слухов и давления на семью — это может рассматриваться как травля», — предупреждает она.

Ситуация не улучшается

Ситуация с годами не улучшается, и причина этого, по мнению Ирины Лукьяновой, в том, что у власти и медицинского сообщества нет консенсуса по поводу СДВГ. Он воспринимается как «свалка диагнозов», и поэтому не до конца понятно, что может сделать школа.

Общественная организация «Импульс» в качестве решения предлагает ввести специальный статус для детей, у которых нет инвалидности, но есть необходимость в помощи учебного заведения, — «особые образовательные потребности». «Детям с СДВГ не нужна облегченная программа, они наоборот могут быть очень одаренными, — объясняет Людмила Межевова. — Они не хулиганы, они просто не контролируют свою энергию и внимание. Им нужен специальный образовательный маршрут с учетом их потребностей». Психиатр Артем Новиков поддерживает эту идею: по его мнению, статус «особые образовательные потребности» подошел бы и другим детям, которые в определенный момент нуждаются в большем внимании школы, — например тем, чьи родители проходят через сложный развод.

Однако власти идею ввести такой статус не поддерживают. Представители Минпросвещения ответили Forbes Education, что «изменения статуса для обучающихся с СДВГ не планируется»: с такими детьми должна проводиться индивидуальная коррекционная работа в классе, кроме того, можно обратиться в центры психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи в регионах.

По закону с 2012 года образование в России должно быть инклюзивным. Школы обязаны предоставлять равный доступ к обучению всем детям «с учетом разнообразия особых образовательных потребностей и индивидуальных возможностей», обеспечив помощь тем, кто в ней нуждается. Дети с СДВГ — яркие и шумные, но с точки зрения господдержки уже много лет они остаются практически невидимыми: несмотря на объективные трудности, им не гарантирован ни особый статус, ни помощь в школе. При отсутствии четких регламентов образовательный путь ребенка полностью зависит от усилий родителей и учителей.