К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

Автоматизация или трансформация: что приводит к росту эффективности бизнеса

Участники конференции «Искусство бизнеса» (Фото DR)
Участники конференции «Искусство бизнеса» (Фото DR)
Большинство компаний внедряют технологии, чтобы работать быстрее. Единицы — чтобы делать то, что раньше сделать было невозможно. В чем разница между автоматизацией и трансформацией и где бизнес ныне ищет драйверы для роста эффективности — эти вопросы эксперты обсудили на пленарной сессии конференции «Искусство бизнеса», которая состоялась по инициативе экосистемы для бизнеса «Контур» 10 июня в Москве

В условиях сжатия инвестиционных программ компании все чаще ищут технологии, которые могут дать измеримый эффект не через два-три года, а прямо сейчас. Где находятся эти точки роста, что мешает технологиям раскрыть потенциал и каким станет основной драйвер эффективности через 10-15 лет — об этом говорили на пленарной сессии конференции. Тема сессии — «Техноускорение: где искать точки роста российскому бизнесу».

Где находятся точки роста

Быстрый эффект дают не модные технологии, а продуманная автоматизация процессов. Технологии на коротком горизонте — это настройка двигателя, а не покупка новой машины, сформулировал в своем выступлении заместитель президента «Ростелекома» Дарий Халитов.

Сменился запрос бизнеса. Если на этапе роста экономики около 40% компаний искали возможности внедрения цифровых решений, чтобы нарастить выручку или запустить новый денежный поток, то сейчас до 99% компаний ищут способы сэкономить, отметил президент ГК Naumen Игорь Кириченко. По его словам, технология сама по себе не приводит к росту эффективности, критически важно место ее «врезки» в конкретный бизнес-процесс.

Один из примеров такой технологии — электронный документооборот, привел в пример директор Московского макрорегионального центра «СКБ Контур» Кирилл Синицын. Электронный документооборот (ЭДО) ускоряет процессы и дает быстрый результат, причем применений у него много: базовый ЭДО ускоряет закрытие сделок и оплату от контрагентов, трансграничный и международный документооборот нацелен на работу с иностранными партнерами, кадровый ЭДО — на оптимизацию HR-процессов, ГосЭДО — на коммуникацию с органами власти. Эффект измерим: фешен-ретейлер Melon Fashion Group ускорил документооборот с иностранными контрагентами в 60 раз после внедрения трансграничного ЭДО.

Почему технология сама по себе не повышает эффективность

Однако даже самая перспективная технология не приносит результат автоматически. Это видно по тому, как бизнес осваивает сервисы на основе искусственного интеллекта: 60–70% компаний уже запустили хотя бы один ИИ-пилот, но довести его до устойчивого промышленного использования смогли лишь 25–30%, привел данные Игорь Кириченко.

Рост обеспечивает не сама технология, а культура и дисциплина внедрения, зрелость инфраструктуры и данных. Большинство компаний покупают технологии, чтобы ускорить привычные процессы. И лишь единицы — чтобы делать то, что раньше сделать было невозможно. Именно здесь проходит граница между автоматизацией и трансформацией.

Кибербезопасность перестала быть статьей затрат

Потенциал даже проверенных технологий компании используют не полностью. ЭДО и CRM-системы дают стопроцентно предсказуемый рост эффективности, но их возможности раскрыты не до конца, отметил технический директор «Группы Астра» Антон Шмаков. Тем более это касается информационной безопасности, которую бизнес привычно воспринимает как затратную статью. Чтобы защитить компанию от будущих потерь, инвестировать в информационную безопасность нужно уже сейчас.

 

Риски растут: в России увеличивается и площадь, и мотивация атак, согласился с коллегой директор по продуктам Positive Technologies Роман Родякин. Раньше под угрозой был в основном крупный бизнес со сложными системами защиты, теперь под удар все чаще попадают небольшие компании. При этом для малого и среднего бизнеса уже есть облачные решения по кибербезопасности: они выстраивают защиту «под ключ» и дают результат в первые часы после внедрения.

5-10 лет назад киберпреступники шифровали инфраструктуру компаний, чтобы потребовать выкуп. В последние годы появились злоумышленники, цель которых — полное и безвозвратное уничтожение данных, объяснил Роман Родякин.

В результате меняется и подход к защите. Малый и средний бизнес долго ограничивался базовой киберзащитой, рассчитывая, что не станет целью атак. Теперь ему приходится внедрять высокоэффективные решения. Задача вендоров — найти баланс цены и качества. Эффективным решением может стать защита по подписке, а не инфраструктура, которую строят для каждой компании с нуля, считает Роман Родякин.

Драйвер эффективности — искусственный интеллект

Сегодня быстрый эффект дают «приземленные» (хорошо адаптированные к бизнесу) технологии, а на горизонте 10–15 лет основным драйвером роста эффективности станет искусственный интеллект, предположил Кирилл Синицын.

«Сервисы ЭДО и отчетности очень чувствительны к ошибкам. Но даже здесь мы постепенно формируем доверие к искусственному интеллекту. Например, запустили ИИ-ассистента бухгалтера: он отвечает на вопросы о нормативном регулировании, приводит разъяснения налоговой службы и судебные акты. В отличие от обычных чат-ботов он построен только на проверенных источниках — это обеспечивает достоверность ответов», — рассказал Кирилл Синицын.

 

Впрочем, у искусственного интеллекта есть и обратная сторона. Его уже взяли на вооружение хакеры, напомнил Роман Родякин: в ближайшие 10–15 лет порог входа в киберпреступность благодаря ИИ будет снижаться. Но языковые модели помогают и защите — они анализируют инциденты быстрее человека.

При этом строить защиту только на больших языковых моделях не получится: анализировать каждое событие таким способом мешают высокие нагрузки на сервисы. Поэтому в информационной безопасности эффективнее окажутся специализированные малые языковые модели, считает Роман Родякин.

Единственный предел — экономическая целесообразность

Участники сессии сошлись в том, что развитию технологий нет пределов — вопрос лишь в экономической целесообразности. «Можно придумать любые технологии, которые будут хорошо работать. Но если результат ниже затрат, считать их эффективными для бизнеса нельзя», — заключил Кирилл Синицын.

* Информационная поддержка