К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.
Рассылка Forbes
Самое важное о финансах, инвестициях, бизнесе и технологиях

Новости

 

Народное потребление. Как в 29 лет зарабатывать 40 млн рублей в год на продаже ношеных вещей

Фото Александра Карнюхина для Forbes
Фото Александра Карнюхина для Forbes
Выпускница Финансового университета Дарья Алексеева смогла придумать эффективную бизнес-модель для своей социальной инициативы: ее сеть секонд-хендов брендовой одежды приносит ей около 3 млн рублей в месяц и является одним из источников финансирования ее благотворительного фонда

Элегантное платье Calvin Klein классического кроя уже год висит на вешалке в шкафу гендиректора крупной консалтинговой компании. Его хозяйка пару раз появлялась в нем на официальных мероприятиях, и надеть его еще раз будет моветоном. Выбрасывать жаль — завтра по дороге на работу она заглянет в небольшой магазинчик Charity Shop, где наряду дадут вторую жизнь. По словам основательницы Charity Shop Дарьи Алексеевой, вырученных от перепродажи такого платья денег хватит на переработку 50 кг синтетики, которая в противном случае будет разлагаться до 40 лет.

По данным ООН, в 2019 году модная индустрия занимает второе место по уровню загрязнения окружающей среды отходами после нефтегазовой отрасли и потребляет 20% всей используемой в мире воды. Только в одних США выбрасывается более 13 млн т одежды ежегодно. При этом в рамках раздельного сбора мусора работа с текстильными отходами не ведется. «Когда текстиль попадает в мусорный бак, он смешивается с органикой, портится, уже не может быть переработан и мешает нормальной работе сортировочных линий, путаясь в оборудовании. В результате с ним уже ничего нельзя сделать, только отправить на свалку или на мусоросжигательный завод», — рассказывает активист московского отделения движения «РазДельный Сбор» Софья Логвинова. Решить проблему загрязнения окружающей среды текстильными отходами в первую очередь поможет осознанное потребление. Секонд-хенды вписываются в эту парадигму, поскольку перепродажа — это один из способов сокращения промышленных отходов, которые образуются при создании новых вещей, отмечает Логвинова.

Бренд за копейки

Свой маленький вклад в защиту окружающей среды Алексеева сделала еще в 2013 году, организовав барахолку в квартире вместе с подругами. Она опубликовала несколько постов на Facebook, собрала вещи по знакомым, потратила 4000 рублей на декорации для стилизации распродажи и в результате буквально за несколько часов сделала выручку в 134 000 рублей. В тот момент Алексеева работала фандрайзером в благотворительном центре равных возможностей «Вверх», и все деньги были переданы ему. Девушка поняла, что спрос на подобный формат есть и на этом можно заработать. «Людям нравится покупать брендовые вещи за небольшие деньги», — говорит Алексеева.

 

В следующем году она организовала свой первый магазин товаров секонд-хенд под вывеской Charity Shop, вложив в бизнес $20 000. Правда, она обменяла их на рубли в сентябре 2014 года по старому курсу, когда доллар не достигал и 40 рублей, и прогадала — через два месяца стоимость американской валюты выросла практически в два раза. «Если бы я поменяла деньги чуточку позже, у проекта было бы существенно больше возможностей. С этого начался мой первый жесткий предпринимательский опыт», — вспоминает она.

За три дня до открытия магазина у Алексеевой не было ни одного сотрудника. Собеседование она проводила буквально на табуретке из ИКЕА, на ней же она потом еще не раз принимала ключевые управленческие решения.

Сегодня в сеть Charity Shop входят четыре точки в Москве и по одной в Ярославле, Казани, Костроме и Ростове Великом. Люди отдают в магазин ношеные брендовые вещи даром, а Алексеева продает их по цене новых из масс-маркета: то самое платье Calvin Klein, которое его первая обладательница покупала в фирменном магазине за 10 000 рублей, в секонд-хенде ушло за 1500 рублей. Оборот сети за 2018 год составил 40 млн рублей.

У бизнеса Алексеевой есть и другие направления. Людям из других городов, желающим запустить подобный проект у себя на родине, команда Charity Shop подробно рассказывает про свою бизнес-модель, консультация обойдется в 70 000 рублей. Так же Charity Shop предоставляет в аренду контейнеры для сбора одежды в офисах. Сейчас у компании более 300 корпоративных партнеров, среди которых такие гиганты, как Сбербанк, ИКЕА и Unilever. Аренда обходится компании-клиенту около 50 000 рублей за акцию, длительность которой в среднем составляет несколько недель. Годовое обслуживание в среднем стоит 200 000 рублей.

Благотворительный секонд-хенд

Спустя три месяца работы первого магазина Алексеева отправила посылки с одеждой 20 малообеспеченным семьям — люди начали приносить на реализацию в Charity Shop не только брендовые вещи, но и одежду из масс-маркета в хорошем состоянии, и ее нужно было куда-то девать. Перепродавать такую не было смысла, выбросить жалко, и уже через год, в 2015-м, Алексеева зарегистрировала фонд «Второе дыхание». Одежда, которая поступает в фонд, в зависимости от своего состояния может быть передана многодетным семьям, бездомным и другим нуждающимся или пойти на переработку. Кроме того, фонд занимается трудоустройством людей из незащищенных групп населения. Специалисты и волонтеры, работающие в ночлежках и бесплатных столовых, могут обратиться в фонд, чтобы тот помог найти работу человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию. Суммарно в Charity Shop и фонде «Второе дыхание» 73 сотрудника, из них 12 — представители социально незащищенных групп.

 

Коммерческая деятельность Алексеевой обеспечивает благотворительному фонду в среднем до 30% бюджета. Дополнительные деньги приносит участие проекта в различных конкурсах и получение государственных грантов на поддержку благотворительных инициатив. Бизнес-модель, при которой компания работает как секонд-хенд, но при этом выполняет и благотворительную функцию, не нова. Американская организация Goodwill принимает для перепродажи одежду, мебель и другие предметы быта. Люди сдают ненужные им вещи абсолютно бесплатно, в магазине они продаются за небольшие деньги. Часть одежды отправляется в страны третьего мира в качестве благотворительной помощи. Организация работает в США, Канаде и еще более чем в десяти странах мира.

По словам генерального директора Fashion Consulting Group Анна Лебсак-Клейманс, в США и Европе секонд-хенд — это довольно значительный сегмент рынка, обладающий высокой инвестиционной привлекательностью для крупных инвесторов. Например, основанный предпринимательницей Джулией Уэйнрайт онлайн-стартап RealReal, специализирующийся на перепродаже одежды и аксессуаров класса люкс, привлек $288 млн инвестиций в 2018 году. Согласно прогнозу аналитиков, приведенному в ThredUP’s 2019 Resale Report, объем продаж американского рынка в сегменте секонд-хенд достигнет через пять лет $51 млрд и опередит по объемам сегмент fast-fashion. Ожидается, что через 10 лет доля «вторичных» вещей в гардеробе вырастет в два раза. Лебсак-Клейманс уверена, что данный сегмент рынка будет расти опережающими темпами и в России, чему способствует не только экономическая ситуация, но и взросление антиконсьюмеристского поколения Z.

Вещи на тряпки

В 2018 году Алексеева запустила центр по переработке синтетических тканей в Костроме (местоположение позволяет ей экономить на аренде помещения и оплате труда). Серьезных игроков на этом рынке нет, утверждает она, это и подтолкнуло ее к тому, чтобы начать работать в этой нише. Ежемесячно в Charity Shop поступает 50 т одежды, половина этого объема подлежит переработке. Мощность предприятия Алексеевой позволяет переработать 30% всей синтетической одежды, не подлежащей носке. Чтобы переработать хлопок, по словам Алексеевой, компании достаточно трех-четырех сортировщиц, которые срезают фурнитуру с вещей.

Это направление деятельности обходится компании в 500 000–600 000 рублей в месяц, при этом около 80 000 рублей из этой суммы можно отбить на продаже получившегося сырья. Переработанный хлопок реализуется по 25 рублей за килограмм, он обретает новую жизнь в качестве половой тряпки на шиномонтажках и в типографиях. Переработанные синтетические ткани стоят значительно меньше хлопка — по 3 рубля за килограмм, они используются в производстве мебели и в качестве изоляционных материалов в строительных работах. «Переработка — это дотационное направление нашей работы, оно даже не выходит в ноль. Мы занимаемся этим потому, что можем себе это позволить», — разводит руками Алексеева. Все, что предпринимательница не в силах переработать сама, она сдает на сторонние перерабатывающие предприятие и получает за это от 3 до 25 рублей за килограмм.

«Рыночная цена на волокно не окупает затрат на его производство», — подчеркивает PR-директор благотворительного магазина «Спасибо» Ксения Чепига. Она подтверждает, что отрасль в России не развита. «Нет специалистов, которые бы разбирались в станках, могли бы их чинить и настраивать. При этом покупателей, готовых покупать регенирированное волокно, единицы. Тем не менее перспективы развития рынка мощнейшие, правда, пока сложно говорить о конкретных цифрах», — считает она.

В прошлогоднем отчете Greenpeace говорится о том, что переработка имеет смысл только в случае, если и сам этот процесс не наносит существенного вреда экологии и осуществляется с умеренным расходованием природных ресурсов и если на продукт переработки высокий спрос. Отдельная сложность в том, что на сегодняшний день не существует оборудования для переработки смесовых тканей, содержащих одновременно натуральное и синтетическое волокно, притом что они получили огромное распространение в текстильной промышленности, утверждают специалисты Greenpeace.

«Одна из проблем с текстилем в Европе заключается в том, что модные производители публично озвучивают намерения перерабатывать текстильные отходы, но на деле зачастую  просто сжигают их или отправляют в Африку или Южную Америку «на благотворительность», притом что жителям этих регионов просто не нужно столько вещей», — рассказывает Софья Логвинова.

В 2017 году в России в федеральный закон «Об отходах производства и потребления» были внесены изменения, устанавливающие нормативы утилизации отходов для производителей и импортеров одежды и аксессуаров. В 2019 году, согласно документу, каждым таким предприятием должно быть утилизировано не менее 5% отходов, в 2020 году — не менее 10%.

Алексеева надеется, что изменение законодательных требований по утилизации со временем откроет ее перерабатывающему направлению новые перспективы.

13 самых перспективных россиянок моложе 30 лет

13 самых перспективных россиянок моложе 30 лет

Фотогалерея «13 самых перспективных россиянок моложе 30 лет»
13 фото

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06
Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media Asia Pte. Limited. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2023
16+