К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.
Рассылка Forbes
Самое важное о финансах, инвестициях, бизнесе и технологиях

Новости

 

Минтруд разработает национальную стратегию в интересах женщин: что говорят эксперты

Фото Getty Images
Фото Getty Images
Минтруд разрабатывает Национальную стратегию в интересах женщин до 2030 года. Forbes Woman расспросил экспертов о том, как они оценивают эту инициативу. Внимание государства к гендерной проблематике — хороший знак, но в том, что реальные действия действительно приблизят наступление равенства, есть сомнения

Седьмого августа стало известно, что Минтруд занимается разработкой Национальной стратегии действий в интересах женщин до 2030 года. Об этом сообщил РБК со ссылкой на источники в министерстве. 

Среди пунктов стратегии, которые приводит издание, — помощь женщинам в преодолении профессиональной сегрегации (в том числе за счет работы на удаленке), стимулирование направленных на женщин программ корпоративной социальной ответственности, поддержка женского предпринимательства, создание условий для получения женщинами качественного образования (в том числе в сфере науки и технологий), расширение участия женщин в общественно-политической жизни, профилактика социального неблагополучия, активное долголетие и другие предложения.

Это не первая национальная стратегия в интересах женщин — предыдущая была принята в 2017 году, ее действие заканчивается в 2022-м. По данным РБК, новая стратегия будет реализована в два этапа — с 2023 по 2026 год и с 2027 по 2030 год. Ее разработкой занимается межведомственная рабочая группа под руководством первого замминистра труда и социальной защиты Ольги Баталиной.

 

Эксперты, опрошенные Forbes Woman, отмечают важность внимания государства к проблеме гендерного неравенства. Но опасаются, что реализация окажется далека от заявленных целей.

Например, ведущий научный сотрудник Института философии РАН Ольга Воронина, входившая в Комиссию по вопросам обеспечения равенства мужчин и женщин при Минздраве, и гендерная исследовательница Валерия Уткина отмечают: чтобы идеи, высказанные в нацстратегии, не оказались оторванными от реальности, важно пригласить к участию в разработке представителей научного сообщества — тех, кто прицельно занимается проблемой гендерного неравенства. Уткина также указывает, что сама стратегия — рамочный документ. Конкретные задачи будут прописаны в нем позже.

Не менее важно участие в разработке нацстратегии низовых женских объединений, чья экспертиза помогла и с формулировкой задач, и с поиском решений. Однако многие из них не только выключены из обсуждения проблем женщин, но и сталкиваются с преследованиями — получают статусы иностранных агентов, лишаются источников финансирования.

Партнер компании Б1 (ранее EY) София Азизян напоминает, что борьба со «стеклянным потолком» может потребовать законодательных мер, например введения гендерных квот. Ольга Воронина при этом отмечает, что у Минтруда не так много рычагов влияния на частный бизнес, и те же квоты могут быть введены разве что в компаниях с государственным участием. Основательница консалтинговой компании Gender Equality Management Марина Ментусова напоминает, что в России до сих пор некоторые профессии запрещены для женщин.

Говоря о равных зарплатах и карьерных возможностях, необходимо помнить и о неоплачиваемом труде, который по большей части до сих пор лежит на женщинах, говорят эксперты. Эксперт в вопросах популяризации гендерного равенства Нурия Фатыхова приводит данные международной НПО Oxfam: ежедневно все женщины и девочки в мире выполняют 12,5 млрд часов неоплачиваемой работы по уходу, и если бы эта работа оплачивалась по минимальной ставке, совокупный доход составил не менее $10,8 трлн в год, что более чем в три раза превышает размер мировой технологической индустрии.

 

Все эксперты обращают внимание на проблему домашнего насилия, которая не входит в ведение Министерства труда, но влияет на положение женщин в России и на их возможности, в том числе карьерные. В 2017 году домашнее насилие в России было декриминализировано, в разработке соответствующего закона участвовала и Ольга Баталина, которая теперь возглавляет рабочую группу по разработке Нацстратегии в интересах женщин до 2030 года. Законопроект о профилактике семейно-бытового насилия до сих пор не рассмотрен.

Проблема гендерного равенства гораздо шире, чем вопросы, связанные с работой, зарплатой, карьерой, предпринимательством, говорят опрошенные Forbes Woman эксперты. Они опасаются, что даже в этих сферах поддержка женщин уступит место стимулированию рождаемости в рамках государственной демографической политики.

София Азизян

Партнер компании Б1 (ранее EY), руководитель конкурса «Деловые женщины»

— Я приветствую любые инициативы, которые поддерживают женское лидерство и равенство. Заявленный срок может быть адекватным, если процесс будет двигаться, если будут созданы рабочие группы, появятся нормативные акты. В России много активистов, общественных деятелей, которые об этой теме говорят последние десять лет, и если их будут привлекать и последуют реальные действия, то ситуация изменится. 

Если говорить о помощи деловым женщинам, то стоит обратить внимание на советы директоров, так как по-прежнему в России есть компании, где в советах нет женщин. А ведь корпоративное управление должно быть представлено различными точками зрения. И если женщины не включены в решение корпоративных вопросов, то это минус для самого бизнеса. Я в данном случае выступаю за гендерные квоты, потому что опыт и Скандинавских стран, и, например, Франции подтверждает: если вводятся квоты на 30%-ное участие женщин в совете директоров, через какое-то время общество привыкает к тому, что женщина в совете директоров вполне справляется. Квоты затем отменяются за ненадобностью. Поэтому их введение может быть полезным. Многие выступают против них, часто сами женщины не хотят быть «просто галочкой», но иногда для того, чтобы сдвинуться с мертвой точки, это необходимо. 

 
Поддержать предпринимательниц можно с помощью обучения

Что касается помощи женщинам в бизнесе, возможно, введения моратория на проверки и налоговых льгот будет достаточно. Но поддержать предпринимательниц можно с помощью обучения. Мы проводили исследование, выясняли, чего не хватает женщинам. И часто они говорят, что им хочется иметь доступ к финансовому, юридическому образованию, к школам MBA, но за адекватную цену. Мы видим, что школы обычно заканчивают мужчины. А у женщины ниже зарплата, она занята неоплачиваемым домашним трудом, поэтому ей сложнее получить MBA. И хотя сейчас больше равноправия, но дом все равно на женщине, и домашний труд отбирает время и на самообразование, и на повышение квалификации, и на продвижение по карьерной лестнице. 

Инициативу Минтруда я считаю прорывом. Сейчас важно, чтобы экономика выдержала — том числе за счет того, что женщины (уже не в первый раз) становятся опорой для страны. 

Нурия Фатыхова

Эксперт в вопросах популяризации гендерного равенства

— Стратегия Минтруда выглядит результатом усилий огромного количества женщин — активисток, юристок, исследовательниц, которые поднимали вопросы гендерного равенства в России. Звучит блестяще: если женщинам в России будут платить наравне с мужчинами, создавать образовательные программы, способствующие тому, чтобы женщины не были сегрегированы в определенных профессиональных сферах, то что-то будет меняться в лучшую сторону. 

Однако полностью верить в успех инициативы я, к сожалению, не могу, потому что гендерное равенство — это не только про равенство зарплат (а все предложения Минтруда все-таки связаны с тем, что происходит в так называемой публичной сфере). Труд бывает разным, не только в офисе с 10:00 до 19:00, но и дома. Так получается, что практически во всех мировых культурах большая часть домашнего труда ложится на женщину. Но ВВП никак не учитывает то, что экономическое благополучие невозможно без приготовления пищи, уборки и заботы о детях, о пожилых и больных.

 
Если бы женщины и девочки за труд по дому получали хотя бы $1 в день, то зарабатывали бы больше, чем самые богатые IT-компании вместе взятые 

[Международное гуманитарное объединение] Oxfam несколько лет назад проводило исследование и пришло к выводу, что если бы женщины и девочки за свой труд по дому получали хотя бы $1 в день, то оказалось бы, что самые богатые IT-компании вместе взятые зарабатывают меньше, чем зарабатывали бы женщины, занятые домашним трудом. Почему бы Минтруду не подумать об этом тоже. Ведется много дискуссий на эту тему, и есть даже предложение, чтобы государство платило женщинам.

Вторая часть моего сомнения связана с тем же домом, с приватным пространством, где между партнерами может происходить что угодно, в том числе насилие. В России домашнее насилие было несколько лет назад декриминализировано. А равенство между полами начинается в семье. И не бывает так, чтобы женщина была счастлива, когда на работе у нее все хорошо, а дома ее могут убить. Так что криминализация домашнего насилия, повышение качества работы полиции, усовершенствование законодательства, защищающего женщин от насилия, — вот что нам необходимо. 

И, конечно, позитивные процессы происходят только тогда, когда государство тесно работает с гражданским обществом. Тут тоже проблема, поскольку огромное количество организаций, которые так или иначе занимались вопросами гендерного равенства, в последние несколько лет подвергались нападкам со стороны государства, получили статусы иноагентов, были закрыты.

Но все-таки любую инициативу государства, которая поддерживает идею гендерного равенства, я приветствую.

Марина Ментусова

Основательница консалтинговой компании Gender Equality Management 

 

— Правительство не в первый раз обращается к теме «прав женщин», но каждый раз это оказывалось фикцией. 

В России уже была Национальная стратегия действий в интересах женщин на 2017–2022 годы. По злой иронии, именно в 2017 году произошла декриминализация домашнего насилия. Одна из его соавторов, Ольга Баталина, руководит разработкой новой нацстратегии.

Если смотреть на экономические показатели, то за пять лет реализации стратегии в интересах женщин разрыв в заработной плате только увеличился, хотя его сокращение было указано одной из ключевых задач. Если смотреть на индекс глобального гендерного разрыва (ВЭФ), то Россия за пять лет потеряла целых шесть позиций в этом рейтинге, опустившись с 75-го места на 81-е.

До прошлого года Россия предоставляла ежегодный добровольный доклад, в котором отчитывалась о достижении 17 целей устойчивого развития до 2030 года, объявленных ООН. Одна из них — обеспечение гендерного равенства и расширение прав и возможностей для женщин. Однако в отличие от ряда других стран, которые фактически приняли необходимые законы в области гендерного равенства, Россия в своих отчетах демонстрировала необъяснимо завышенные показатели. И хотя в отчетах не отрицались факты неравенства, разрыв в заработной плате или наличие «стеклянного потолка» объяснялось культурными особенностями, а не политикой государства. 

Для начала Минтруду следовало бы отменить список из 100 запрещенных для женщин профессий

Если год назад мы делали большие ставки на крупные корпоративные компании, которые планомерно внедряли практики устойчивого развития и гендерного равенства, то сейчас, когда российская экономика отброшена на десятилетия назад, нам остается лишь надеяться, что компании сохранят бюджеты, выделенные на эти программы. 

 

А еще одновременно с анонсом новой стратегии до 2030 года выходит новость, что Минтруд разработал проект постановления о присвоении звания «Мать-героиня» женщинам, родившим и воспитавшим более 10 детей. Пока в России будет демографическая и семейная политика и не будет гендерной политики, направленной на сокращение гендерного неравенства, такие проекты останутся просто бутафорией. 

Если бы Минтруд действительно хотел содействовать продвижению гендерного равенства в России, то для начала им следовало бы отменить список из 100 запрещенных для женщин профессий. Далее — выяснить, почему, несмотря на то, что Трудовой кодекс де-юре запрещает трудовую дискриминацию, де-факто с ней постоянно сталкиваются женщины с детьми или женщины старшего возраста. Или почему нет закона о домогательствах на рабочем месте. 

В принципе в стратегии действий в интересах женщин до 2030 года обозначено создание условий для сохранения здоровья женщин, но ни слова не сказано о домашнем, сексуализированном и других видах гендерного насилия. 

Безусловно, вопрос гендерного неравенства носит не только экономический и трудовой характер. Говоря только о разнице в заработной плате и «стеклянном потолке», мы игнорируем такие важные темы, как дискриминация, насилие и тотальная бедность, с которой чаще других сталкиваются матери, самостоятельно воспитывающие детей (напомню, задолженность по алиментам в России составляет 152 млрд рублей). Для того чтобы действовать в интересах женщин, а не отчетности, в первую очередь необходимо принятие закона о гендерном равенстве. 

Валерия Уткина

Гендерная исследовательница

 

— Эта инициатива Минтруда не является новостью. Во-первых, проблемы, которые собирается решать Национальная стратегия действий в интересах женщин до 2030 года, были озвучены на Третьем Евразийском женском форуме (прошел в октябре 2021 года. — Forbes Woman). Во-вторых, в январе 2023 года Минтруд отчитается о результатах национальной стратегии действий в интересах женщин на 2017–2022 годы. Скорее всего, в отчете будет сказано, что каких-то результатов удалось добиться, стратегия сработала, надо продолжать. 

Кроме того, Россия все еще входит в ООН и сохраняет свои международные обязательства, в том числе — отчитываться о работе по достижению целей устойчивого развития. Всего этих целей 17, и пятая как раз — обеспечение гендерного равенства и расширение прав и возможностей всех женщин и девочек. Принятие нацстратегии в интересах женщин этой цели вполне соответствует. Однако еще в ходе реализации предыдущей нацстратегии Минтруд свернул сотрудничество с Еврокомиссией по этому направлению.

Как и предыдущая нацстратегия, новая, скорее всего, будет рамочным документом. Только когда мы увидим план реализации, мы сможем в полном объеме представить, что нас ожидает. Будет соответствующее решение правительства, будут отчеты каждые полгода. Сейчас это пока заявление о намерениях, программный документ. 

Можно сколько угодно рассуждать о женском лидерстве, но все эти меры мало помогают, если в стране банально не хватает мест в детских садах

Далее Минтруд, видимо, начнет рассылать запросы в другие министерства и ведомства, чтобы они внесли свои предложения. Однако их представители не всегда могут предложить меры и инициативы, соответствующие духу времени. Можно сколько угодно «поддерживать» женское предпринимательство и рассуждать о женском лидерстве, но все эти меры мало помогают, если в стране банально не хватает мест в детских садах.

Документ может оказаться бессмысленным, если в его создании не будут принимать участия представители научного сообщества, прицельно изучающие проблемы гендерного неравенства. Впрочем, стоит отметить, что Минтруд — единственное ведомство, где еще пока есть специальный отдел, занимающийся непосредственно гендерными вопросами.

 

После принятия нацстратегии реализация будет фактически возложена на субъекты Федерации, документ будет разослан с методическими рекомендациями. Но если «повесить» на субъект слишком много, он просто не справится. Тут мало методических рекомендаций: нужно финансирование, нужно сопровождение. Все, что касается интересов женщин, у чиновников делится на три составляющие: здоровье, демография и семья. И если говорить о финансировании, то деньги выделяют только на «демографию». А это уже другая национальная программа.

Сам факт разработки такого документа я оцениваю положительно. Такие инициативы означают, что государство признает наличие тех или иных проблем и публично об этом заявляет. Раньше ведь как говорили: «В Думе есть женщины? Есть. В правительстве есть? Есть». Это только когда начинаешь разбираться в теме, понимаешь, что недостаточное количество мест во властных структурах занято женщинами. 

Но мне кажется важным отметить, что у женщин в нашей стране много проблем, и фокусировка на трудовой дискриминации — хотя это, безусловно, важный аспект, — сужает тему гендерного неравенства, сводит ее к зарплатам. Минтруд не будет заниматься, например, темой насилия в отношении женщин. Эта тема — сложная и неприятная — рискует оказаться вымытой из государственной повестки.

Подчеркну: это не значит, что проблемой трудовой дискриминации, недопредставленности женщин на уровне принятия решений не нужно заниматься. Будет ли женщинам лучше, если у них будет возможность зарабатывать, появится финансовая стабильность? Конечно, будет. Но это совершенно не исключает необходимости работать над преодолением худших проявлений неравенства, от домашнего насилия до калечащих операций на женских половых органах.

Кроме того, сохраняются стереотипы в отношении женщин. В различных документах постоянно звучат призывы их искоренять, но как именно? Без этого заявления о намерениях останутся лишь на бумаге.

 

У нас декларируется равенство мужчин и женщин, но нет ни правовых механизмов, ни правоприменительной практики, для того чтобы его обеспечить на деле. Законодательно дискриминация, например, при приеме на работу запрещена. Но в реальности ситуация, когда столкнувшийся с дискриминацией человек защищает свои права, скорее исключение. 

Наконец, хотелось бы, чтобы интересы женщин не сводились к репродуктивным намерениям. С одной стороны, у нас большой процент разводов, много одиноких матерей, и говорить женщинам «рожайте побыстрее», а потом предлагать строить карьеру — совсем не последовательно. С другой — сегодня молодые женщины, получающие образование, стремятся построить карьеру как в частном, так в государственном секторе, но нередко сталкиваются с двойной дискриминацией не только по признаку пола, но и по возрасту. Хотелось бы, чтобы новая нацстратегия в интересах женщин была призвана улучшить положение молодых женщин на рынке труда и в публичной сфере в целом. 

Ольга Воронина

Ведущий научный сотрудник Института философии РАН, доктор философских наук. Входила в Межведомственную комиссию по вопросам обеспечения равенства мужчин и женщин в Российской Федерации при Министерстве здравоохранения и социального развития

— С одной стороны, радует, что государство не оставляет эту тему, как бы она ни называлась — гендерная стратегия или стратегия улучшения положения женщин. Хотя последняя формулировка несколько устарела и отражает, в сущности, возврат к полупатриархатному восприятию женщин: она предлагает улучшить их положение, но не дает понимания, каким будет итоговый гендерный баланс. Тем не менее радует, что Минтруд пытается что-то запланировать в этой сфере.

В предыдущих стратегиях тоже было очень много правильных предложений. Их можно было за что-то критиковать, в чем-то поддерживать, но самая главная проблема всех этих стратегий заключается в том, что не существует механизмов и ресурсов для их реализации.

 

Откроем предыдущую стратегию: в качестве ресурсов реализации в ней было указано, например, проведение научных исследований по вопросам обеспечения равенства женщин и мужчин. Я работаю в Академии наук почти 50 лет, я нахожусь в Москве, в контакте со всеми институтами РАН. Ни в одном институте РАН не существует госзадания, связанного с вопросами обеспечения равноправия женщин и мужчин. Да, мы можем этим заниматься, но параллельно с нашим основным госзаданием. Государство могло бы сказать: «N пишет о проблеме гендерного равенства всю жизнь, пусть это и будет ее плановым государственным заданием», — но этого не происходит.

Все предложения предыдущей стратегии предполагалось осуществлять в рамках мероприятий, предусмотренных государственными программами. Это значит, что чиновник, который курирует программу «Здоровье» или «Образование», получает дополнительную проблематику, которая не входит в его основной круг задач. В результате выполнение стратегии сводится к отпискам.

Предыдущая стратегия по обеспечению гендерного равенства действовала с 2017 по 2022 год. 2022-й прошел наполовину, но что в результате? В качестве достижений Минтруд отмечает сокращение числа абортов и увеличение ожидаемой продолжительности жизни женщин. Не сокращение разрыва в зарплате, не увеличение числа женщин на руководящих постах. Не видно сокращения случаев домашнего насилия. Более того, законопроект о профилактике семейно-бытового насилия фактически блокируется, а организации, помогающие пострадавшим от насилия женщинам, признаются иностранными агентами. Хотя казалось бы: если вы хотите поддержать женщин, дайте этим организациям деньги из госбюджета, и они не будут получать их из-за рубежа.

Саму инициативу можно одобрить и поддержать, но когда видишь очередной план действий и знаешь, как были реализованы предыдущие, понимаешь, что это не более, чем демонстрация намерений.

Если бы проблемой гендерного равенства занимался первый заместитель премьер-министра, в этом было бы больше пользы

Один из пунктов предлагает дать женщинам новые возможности на рынке труда за счет гибких форм занятости и удаленной работы. Я не уверена, что это поможет женщинам. Во-первых, гибкие формы занятости (которые предполагают неполный рабочий день или неполную рабочую неделю) нередко подразумевают более низкий уровень оплаты. Во-вторых, исследования, проведенные во время карантинных ограничений 2020–2021 года, показали, что удаленная работа оборачивается для женщин еще более тяжелой формой двойной нагрузки. Женщины отмечали, что им нередко приходилось в первую очередь заниматься детьми и приготовлением еды и только потом работать (иногда даже и ночами). Я бы поспорила, что эта мера поможет повысить конкурентоспособность женщин на рынке труда.

 

Говорится о необходимости преодоления стереотипных представлений о ролях мужчин и женщин. Такая задача была поставлена еще в Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, которую наша страна подписала в 1980 году. Но в последние годы мы видим, наоборот, усиление этих стереотипов — в СМИ, в массовой культуре, даже в школьных и детсадовских программах.

Что касается пункта о поддержке формирования информационного пространства женских организаций в интернете, то неясно, что именно имеется в виду. Содержание сайтов в интернете требует денег. Минтруд будет финансировать НПО? Раньше женские организации сами довольно успешно формировали это пространство. При этом независимые женские общественные организации и исследовательские центры практически никогда не получали финансовой поддержки от нашего государства. Раньше мы легально получали грантовую поддержку от зарубежных благотворительных организаций (это не было запрещено, мы работали официально, платили налоги). Теперь же кто-то объявлен иностранным агентом, кто-то прекратил деятельность, боясь попасть под действие закона об иноагентах. Многие сайты рухнули. Я уже много лет оплачиваю из своих средств портал Московского центра гендерных исследований — доменное имя и хостинг. Он не обновляется, я просто храню его как архив.

Есть пункт об активном долголетии женщин старшего поколения. В нем, в частности, говорится о расширении производства диетических продуктов питания. Во-первых, какое отношение Минтруд имеет к продуктам? А во-вторых, смогут ли женщины старшего поколения покупать эти продукты на свои пенсии?

Предлагается помочь женщинам с преодолением «стеклянного потолка». Может быть, удастся хотя бы внутри Минтруда продвинуть женщин на руководящие посты, но я не уверена, что эти планы будут реализованы в рамках государства в целом — другими министерствами и бизнесом. Или: повышать социальную ответственность компаний в отношении женщин, имеющих семейные обязанности. Но у Минтруда практически нет никаких рычагов влияния на бизнес. Или: расширять участие женщин в сферах малого, среднего, социального и семейного бизнеса. Возможно, грантовая поддержка и изменения в законодательстве действительно помогут предпринимательницам, но примечательно, что о крупном бизнесе речи даже не идет.

Стоит отметить, что эта стратегия в принципе должна была бы разрабатываться не в Министерстве труда. Гендерную повестку необходимо продвигать на самом высоком уровне. Если бы был министр по делам гендерного равенства или проблемой гендерного равенства занимался первый заместитель премьер-министра, имеющий возможность реально влиять на другие министерства, в этом было бы больше пользы. 

 

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06
Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media LLC. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2022
16+