«Запреты не могут увеличить рождаемость»: социолог Ольга Исупова о феномене чайлдфри
![Фото Натальи Федосенко / ТАСС](https://cdn.forbes.ru/forbes-static/c/608x342/new/2023/01/TASS-37019310-kopia-63d3f4f1dce2b.jpg)
Ольга Исупова — PhD в социологии (Университет Манчестера, 2000), доцент, старший научный сотрудник Центра демографических исследований Института демографии НИУ ВШЭ. Единственный исследователь в России, занимающийся глубоким изучением феномена чайлдфри в российском обществе.
— Феномен чайлдфри зародился задолго до того, как о нем начали активно говорить. Каковы были первоначальные причины?
— Никогда не было такого, чтобы дети были нужны абсолютно всем людям. Всегда были те, кто хотел избежать рождения ребенка. Например, в средневековой Европе женщины уходили в монастырь, чтобы не рожать. Я много читала биографий знатных женщин X–XV веков — дольше всех жили те, кто не имел детей. Многим бездетный образ жизни нравился, если была такая возможность. Но чтобы оставаться без детей, нужны были средства к существованию. Надо было «проскользнуть» мимо желаний всех мужчин, которые хотели распорядиться женщиной с помощью замужества. Некоторые среднеобеспеченные горожанки, не желавшие иметь детей, вместе селились в городе, создавали своего рода женское общежитие, объединялись в ведении хозяйства и работали по найму вне сообщества. Например, орден бегинок. Их устраивала такая жизнь, замужество им было не нужно, у них все было устроено грамотно. Это были не какие-то люди, потерпевшие неудачу.
— Хотя в массовой культуре считается, что традиционные ценности — это желание иметь много детей, а чайлдфри относят к новым идеям, сопутствующим прогрессу.
— Раньше рожали столько, сколько могли, так как было непонятно, сколько детей выживет, а сколько — умрет. В среднем выживало двое-трое, а рожать женщина могла и по 20 детей. Потом улучшились медицина и условия жизни, голод уменьшился. В некоторых семьях стали выживать все дети. Родителям иногда было трудно запомнить их имена. Тогда впервые осознали, что с этим надо что-то делать, и стали придумывать контрацепцию. В среднем людям всегда было нужно немного детей, чтобы успевать уделять им внимание и самим не мучиться.
Со Средних веков в ряде стран сложился европейский тип брачности (его характерные черты — высокий возраст вступления в брак и высокий уровень безбрачия. — Forbes Woman). Он полностью развился к XIX веку. Были страны, где безбрачие и бездетность были распространены. Например, в Швеции или в Великобритании доля бездетных людей доходила до 50%, потому что многие не вступали в брак, и для этого уже можно было не уходить в монастырь. Бездетность и безбрачие были вполне достойными и привлекательными. В других культурах это не было принято. В частности, в России, в Азии и Юго-Восточной Европе. Там считали, что все должны вступать в брак и иметь детей. Потом эти нормы стали размываться и исторически меняться.
— Когда же появились «настоящие чайлдфри», с которыми некоторые политики сегодня предлагают бороться?
— Настоящие чайлдфри появились только в результате контрацептивной революции в 1960-е годы, когда стали распространяться противозачаточные пилюли. Возможность заниматься сексом и жить без детей появилась еще при возникновении добровольной стерилизации в начале XX века, но на операцию не все могли решиться. Когда появилась надежная контрацепция, идея чайлдфри распространилась шире, на самые разные группы людей. Раньше если человек не хотел детей, то ему нужно было отказаться и от секса тоже.
— В России о чайлдфри активно заговорили в 1990-е годы. Как за 30 лет изменилось отношение к явлению?
— Опросы, которые проводили в 1990-е годы, показывали, что тогда люди не очень толерантно относились к чайлдфри. Количество тех, кто говорил, что это нормально, не превышало 5%. Постепенно процент рос. Если рассуждали об этом, то находили и пользу. Например, чайлдфри — это хорошо, потому что планета перенаселена. Говорили о том, что каждый человек решает сам, иметь ему детей или нет, то есть о бездетности как о личном выборе. Личный выбор получил преимущество перед целями коллектива, государства и общества. За 30 лет это мнение стало распространяться все шире. Толерантность к чайлдфри выросла во много раз.
— Отличается отношение к появлению детей у зумеров и миллениалов?
— В опросах все больше людей заявляют, что не хотят иметь детей. Из-за «специальной военной операции»* это только усиливается. Мне говорили, что некоторые не хотят рожать, потому что боятся, что всех мужчин мобилизуют и придется растить ребенка в одиночестве, что мужчина вернется с войны агрессивным и будет применять насилие. Пока рождаемость однозначно падает. Про зумеров говорить рано, так как самым старшим из них 20 лет с небольшим. Если у них и появляются дети, то не потому, что они приняли какое-то серьезное решение. Если говорить про тех зумеров, которые не хотят иметь детей, то пока тоже нельзя делать выводы. Выводы можно будет сделать только тогда, когда оба этих поколения достигнут 50 лет — тогда можно будет сопоставить цифры.
— Почему в 20-30 лет многие категорически не хотят иметь детей, называют себя чайлдфри, но к 30-40 годам могут кардинально поменять свою позицию?
— В 20-30 лет люди в основном живут для себя. У них есть много интересов в жизни, кроме детей. В 30 лет многие начинают задумываться о ребенке как о продолжении себя. Из социобиологии известно, что для женщин и самок высших животных наиболее ценны те дети, которые появляются у них к концу репродуктивного возраста. Почему — я не знаю, но это так. Молодая самка гораздо легче откажется от своего потомства, если будут неблагоприятные условия, чем та, у которой последний шанс. «Часики тикают» — это не только общественное давление, но и что-то биологическое, что идет изнутри. В интернете есть интересное явление, когда люди начинают писать блоги о том, как сильно хотят иметь детей. Кроме того, к 30-40 годам люди социально и психологически созревают, а в 20 лет в современном обществе человек — еще ребенок, у нас запаздывает обретение полной взрослости.
— Помимо блогов, в которых люди пишут, что хотят детей, в соцсетях есть множество групп о чайлдфри. Какую роль играют социальные медиа в формировании отказа от деторождения?
— Очень большую роль, как и в распространении многих других взглядов. Раньше человек мог думать про себя, что он странный или одинокий в своих мыслях и идеях. Теперь же любой может найти в социальных сетях похожих на себя людей с любой системой взглядов. И быть чайлдфри уже не кажется чем-то необычным. Если ты хочешь их найти, вводишь в поисковике «чайлдфри» и находишь минимум десять сообществ за одну минуту.
Социальные медиа, конечно, играют поддерживающую роль, но я бы не сказала, что они могут сильно повлиять на чей-то ум. Здесь важную роль играют другие вещи. Они связаны с распространением нормативности представлений об образах жизни, которых раньше не существовало.
— Тем не менее в сентябре 2022 года в Госдуму был внесен законопроект о запрете пропаганды чайлдфри. Пока что он не принят. В пояснительной записке к нему сказано: «Сторонники идеологии «чайлдфри» распространяют идеи, формирующие основу деструктивного социального поведения, базирующегося на добровольном отказе от рождения детей, что идет вразрез с традиционными семейными ценностями и государственной политикой Российской Федерации». Как вы могли бы оценить эту пояснительную записку?
— Тут сначала нужно определить, что такое традиционные семейные ценности.
Сказать, что чайлдфри — идеология, которую кто-то нарочно распространяет, нельзя. Если бы это была идеология, которая призвана что-то испортить в России, то тогда почему чайлдфри так много в той же Америке?
Думать, что чайлдфри не будет, если о них не говорить в соцсетях, — очень наивно. Если запретить аборты, то будет больше подпольных абортов. Если сделать контрацепцию недоступной, люди тоже что-нибудь придумают. Возможно, будут не такие надежные методы контрацепции. Если взять прерванный половой акт, то в течение XVIII века и даже всю первую половину XIX во Франции он был практически единственным методом, который применялся в семьях. За счет этого Франция стала первой страной, где смертность стала превышать рождаемость. И в конце XIX века стала первой страной, где стали разрабатывать семейную политику. Или возьмем современный Иран. Там тоже сократилась рождаемость, несмотря на весь фундаментализм государственной политики.
Современный образ жизни людей, их репродуктивные намерения уже сформировались и будут аналогичным образом формироваться у их детей. Никакая идеология, никакие запреты не смогут сильно увеличить рождаемость.
— При этом государство все же пытается увеличить деторождение. Эффективны ли государственные меры по повышению рождаемости?
— Это эффективно в отношении того, что рождаемость не будет падать еще больше. Однако она все равно снижается, когда начинаются катастрофические явления, такие как пандемия или военные действия. Когда условия жизни портятся, людям свойственно если не навсегда отказываться от деторождения, то хотя бы откладывать его до более благоприятных времен.
— Чайлдфри бывают разными: кто-то совсем не хочет детей, кому-то нравится бездетный образ жизни. Чем объясняются те или иные причины?
— Частично это биология. В глубине лежит то самое репродуктивное желание, существование которого признается наукой. У кого-то оно сильное, у кого-то — слабое, у кого-то его вовсе нет. Кстати, тех, кто применяет репродуктивные технологии, нередко обвиняют в том, что у них ненормально сильное желание иметь детей. У большинства людей желание иметь детей среднее. Будут дети — нормально, не будет — тоже ничего страшного. Здесь многое зависит от того, что происходит вокруг человека. Если люди живут в обществе, в котором почти у всех есть дети, то для них это будет примером. Если они будут жить в обществе, где у большинства нет детей, то бездетный образ жизни будет для них нормой.
Но в любой популяции всегда есть какой-то процент тех, кто отличается от большинства. Как «истинных» гомосексуалов, условно говоря, 5%, так и «истинных» чайлдфри примерно столько же. Истинные чайлдфри — это те, кто испытывает отвращение к процессу деторождения, грудному вскармливанию и маленьким детям. Беременность их тоже пугает. Такие люди испытывают физиологическое отвращение к детям и всем процессам, которые связаны с детьми.
Не стоит это путать с чайлдхейтом. Чайлдхейт — это когда человек считает, что детям надо делать что-то плохое: побить, отделить от родителей или сделать что-то, чтобы ребенок мучался. Чайлдфри не хотят детям делать ничего плохого, а просто хотят быть от них подальше.
Если истинных чайлдфри заставлять рожать детей, ничего хорошего не выйдет. В крестьянских семьях были неоднократные случаи детоубийства. Даже в отсутствие контрацепции и возможности отказаться от секса был способ не иметь детей. К сожалению, в этой страшной форме он всегда существовал.
Если говорить о тех, кто отказывается от детей ради какого-то образа жизни, то это явление распространяется, когда меняются общество, культура и ценности. Многие думают, что если появятся дети, то они будут постоянно к ним привязаны, нужно будет заниматься их воспитанием, образованием, заботиться об их психологическом и материальном благополучии. Некоторые задумываются, зачем им это все надо. Когда-то к детям относились проще: одет, обут, в ясли сдан — и хорошо. Это не так уж сложно, просто одна из сторон жизни. Можно заниматься карьерой и личной жизнью. Ребенок не сильно этому мешает. Никто не ждет, что ребенок должен непременно быть счастлив.
Я связываю популярность бездетности как привлекательного образа жизни с тем, что распространилась нормативность интенсивного материнства. Мать сейчас должна слишком сильно погружаться в воспитание детей, до такой степени, что у нее практически развивается невротическая тревожность. Со стороны, для пока что бездетных, все это выглядит страшно и сложно.
— Как сейчас развивается отношение к чайлдфри, в частности, с распространением феминистских идей?
— Что говорили феминистки раньше, то же они говорят и сейчас. Возможно, чайлдфри и мнение о том, что материнство угнетает женщину, больше распространяется. Единственное, сами представления о материнстве циклически меняются. Если в 1996 году гендерная исследовательница Шарон Хейс написала книгу об интенсивном материнстве, то сейчас появились и другие теории, которые подразумевают, что растить детей надо легче. Можно ожидать, что это сократит количество чайлдфри, потому что среди них есть те, кто не хочет рожать детей, потому что «мир очень плохой, в частности, несправедлив к женщинам». Женщина может решить, что не будет интенсивной матерью, но все же будет иметь детей, и ее выбор не должен осуждаться обществом, а должен восприниматься нормально. Тогда, скорее всего, процент чайлдфри будет сокращаться. Не стоит требовать от женщины, чтобы она безукоризненно и регулярно занималась ранним развитием ребенка, удовлетворяла все его материальные потребности, ведь даже если мать все это делает, ребенок впоследствии может сказать ей, что она делала это неправильно. Воспитание и рождение ребенка должны стать легче.
* Согласно требованию Роскомнадзора, при подготовке материалов о специальной операции на востоке Украины все российские СМИ обязаны пользоваться информацией только из официальных источников РФ. Мы не можем публиковать материалы, в которых проводимая операция называется «нападением», «вторжением» либо «объявлением войны», если это не прямая цитата (статья 57 ФЗ о СМИ). В случае нарушения требования со СМИ может быть взыскан штраф в размере 5 млн рублей, также может последовать блокировка издания.