Баланс между ролями: как современные соло-матери строят отношения и ломают стереотипы

В одном из эпизодов первого сезона американского сериала «Безумцы», действие которого происходит в США в 1960-е годы, есть показательная сцена: жена главного героя и ее подруга обсуждают свою новую соседку — разведенную женщину с двумя детьми. Героини говорят о новой знакомой с ужасом и жалостью, а одна из них даже замечает, что наличие «разведенки» в их районе может плохо сказаться на стоимости недвижимости.
Казалось бы, какое отношение к современным эмансипированным женщинам имеют предрассудки из эпохи послевоенного отката в США и «бэби-бума»? Но и во второй четверти ХХI века можно повсеместно услышать фразы в духе «разведенка с прицепом» в отношении соло-матерей. И до сих пор женщины, воспитывающие детей самостоятельно, вынуждены сталкиваться с целым рядом стереотипов, особенно пытаясь построить новые отношения. При этом, по данным Минтруда за 2024 год, в России было только официально зарегистрировано 5 млн соло-матерей, а на десять браков в 2025 году приходилось восемь разводов. Другими словами, такая жизненная ситуация для современной женщины не является ни исключительной, ни даже редкой.
Тем не менее, по итогам опроса сервиса Twinby, 72% мужчин в России не готовы к отношениям с женщиной с ребенком (в то время как 70% женщин, наоборот, готовы строить отношения с мужчинами, имеющими детей). В частности, многие мужчины боятся, что женщиной в таком положении движет не романтическая увлеченность партнером, а бытовая необходимость. «Мужчины думают, что женщина заинтересована прежде всего в поиске отца для своего ребенка, включая финансовую поддержку, а не романтического партнера для себя. Следующий миф: «с таким багажом не берут замуж». Предрассудки, окутывающие соло-мам, внушают, что они изначально «ниже по статусу» и должны быть благодарны любому вниманию со стороны мужчины. Из-за этого женщины могут занижать планку требований, терпеть унижение, соглашаться на заведомо неравные отношения», — рассуждает в разговоре с Forbes Woman психолог центра «Душа мамы» Инна Ежкова.
Стигматизация
«К матерям, самостоятельно воспитывающим детей, часто относятся негативно. На мой взгляд, они часто сталкиваются с угнетением, основанным на мифах, стереотипах и предрассудках. Я заметила, что, когда вожу свою дочь на разные занятия, другие мамы очень быстро начинают меня игнорировать, как только узнают, что я соло-мама. Они относятся ко мне так, будто у меня какая-то болезнь или я могу украсть их мужа», — размышляла в своем эссе Марисса Хикс, участница просветительской программы о насилии в отношении девочек и женщин кафедры социологии Куантленского политехнического университета в Канаде и Службы поддержки женщин, подвергшихся насилию.
По данным исследовательского центра Pew Research Center за 2021 год, около 47% взрослого населения США считают, что воспитание детей одинокими женщинами вредно для общества, — в 2018-м этой точки зрения придерживались 40% респондентов. В 2012 году ученые Университета Северной Дакоты в США пришли к выводу, что наличие детей может мешать романтическим отношениям одиноких родителей. Хотя с этим сталкиваются как женщины, так и мужчины, у одиноких матерей эта проблема проявляется сильнее, чем у одиноких отцов.
В некоторых странах разведенные женщины с детьми вынуждены постоянно бороться за то, чтобы быть полноправными членами общества. Например, в Южной Корее соло-матери подвергаются остракизму и осуждению даже со стороны близких. Строить отношения под таким давлением становится особенно тяжело.
В России стигма в отношении соло-матерей тоже все еще существует, хотя доля неполных семей в стране выросла за последние 20 лет почти в два раза — с 21% в 2002-м до 38,5% в 2021 году (данные Минтруда), и в большинстве случаев (81%) у таких семей «женское лицо»: воспитывает и несет материальную ответственность за детей их мать.
Первая крупная волна соло-материнства в России пришлась на период после Великой Отечественной войны. Это были женщины, потерявшие мужей на войне и так и не вступившие в повторный брак, а также семьи, распавшиеся в военные годы, но оформившие развод уже в мирное время. В период с 1944 по 1965 год процедура развода в СССР была намеренно усложнена: этот процесс стал публичным, дорогим и унизительным. Закон обязывал народный суд склонять супругов к примирению. «В обществе началась трансформация. Вдова — это одно, а «разведенка», еще и «с прицепом», — совсем другое. Советская семья конструировалась как ячейка государства, а устойчивый брак был признаком идеологической благонадежности», — рассказал Forbes Woman социолог Алексей Алехин.
По словам Алехина, особенную распространенность словосочетание «женщина с прицепом» получило после развала СССР, и здесь сошлись несколько факторов. Во-первых, выросло число разводов — и в связи с тем, что развестись стало проще, и потому, что в новой стране у людей появилось больше вариантов жизненных траекторий — не только «родился, женился, родил, работал, вышел на пенсию». Во-вторых, тему начали активно обсуждать в СМИ. При этом в условиях «дикого капитализма» жизнь соло-матери воспринималась как не самая успешная.
Высокий уровень разводов в позднем периоде СССР, экономическая нестабильность 1990-х, рост числа семей с одним родителем и одновременно с этим сохранение традиционных ожиданий от семьи создали противоречивую конструкцию. С одной стороны, российское общество стало терпимее к разводам, с другой, рынок знакомств и брачные ожидания остались частично традиционными, отмечает социолог, старший преподаватель кафедры управления и права Института международных экономических связей Анастасия Комарова. «В социологии подобные установки объясняются не ненавистью к женщинам с детьми, а сочетанием экономических, культурных и репродуктивных факторов. Ценности общества меняются неравномерно. В сфере романтических отношений сохраняются более консервативные ожидания, чем в публичной риторике о свободе выбора. Социологически здесь работают ожидание людьми «отношений с чистого листа», страх сложной семейной структуры, неопределенность роли отчима, риск конфликтов вокруг воспитания ребенка», — говорит Комарова.
Еще одна причина живучести стигмы в России — особое материальное положение соло-матерей. По данным Росстата, уровень бедности среди неполных семей (большинство из которых составляют матери с детьми) примерно на треть превышает значение этого показателя в семьях, где материальное благополучие обеспечивают оба родителя. Соло-матери недополучают алименты (за 2025 год с должников в России было взыскано 110 млрд рублей), сталкиваются с негласной трудовой дискриминацией из-за необходимости неполного рабочего дня и частых больничных в случае заболевания ребенка, которого может быть не с кем оставить.
Предрассудки о чужих детях
В семейной социологии наличие у женщины ребенка считается сигналом о ее ориентации на стабильность, а не краткосрочные связи, говорит социолог Анастасия Комарова. Но в массовом восприятии этот аргумент часто уступает другому — невозможности в этом случае выстраивать семейную систему «с нуля», без дополнительных обязательств.
Анне Яковлевой из Северодвинска 46 лет, она познакомилась со вторым мужем, когда ей было 24 года, а ее сыну — два. Женщина вспоминает, что влюбилась с первого взгляда. «Мы встречались, но потом он сказал, что не хочет начинать жизнь с чужим ребенком. Конечно, услышать такое было очень обидно. Я не стала унижаться и сказала, что на этом между нами все кончено. Но через неделю он позвонил и сказал, что не может без меня жить и что нам нужно обсудить совместное будущее. С того дня мы больше не расставались. Через три года у нас родилась дочка, и прожили мы вместе 17 лет, пока его смерть не разлучила нас», — рассказывает Анна Forbes Woman.
На готовность мужчин строить отношения с соло-матерями влияет и укрепившийся в обществе ассоциативный ряд: быт, вечная усталость и необходимость планировать все заранее, говорят эксперты и соло-матери, опрошенные Forbes Woman. Психолог Инна Ежкова отмечает также ощущение «вечного второго номера», которое многие мужчины воспринимают болезненно. Потенциальный партнер может считать, что никогда не станет для женщины важнее ее ребенка.
Еще один важный аргумент для мужчин против связи с женщиной с ребенком — социальное давление, связанное с установкой, что если ребенок не «кровный», он не может быть для мужчины «продолжателем рода». Социолог Анастасия Комарова подчеркивает, что предубеждения мужчин сохраняются, даже если отец ребенка потенциальной партнерши умер и нет риска конфликтов с ним, каких-либо напоминаний о прошлом. «Мужчина понимает, что входит в уже существующую семейную систему, и опасается второстепенной роли. Ребенок требует времени, внимания и финансовых затрат. Не зря исследование Twinby прямо фиксирует, что многие мужчины воспринимают наличие ребенка как усложнение структуры отношений еще до их начала», — уверена эксперт.
Некоторые женщины с детьми выбирают партнеров, у которых тоже есть дети. В России строить такие отношения готовы 70% женщин. В США статистика почти аналогичная: около 60–70% женщин в той или иной степени готовы на отношения с мужчиной, у которого есть ребенок от предыдущего брака.
Здесь работает фактор схожего жизненного опыта. Мужчина с детьми изначально лучше понимает, что ребенок — часть уже существующей семейной системы, а не «внешнее приложение» к отношениям. Он знает повседневную реальность родительства: расписание ребенка, болезни, школу, сад, ограничения по времени, невозможность спонтанных поездок, необходимость заранее договариваться о быте и границах. Поэтому здесь меньше ожиданий «отношений с чистого листа» и больше готовности к постепенному сближению. В то время как бездетный партнер может воспринимать ребенка женщины как дополнительное условие или ограничение свободы, считает социолог Анастасия Комарова.
Исследования single-parent dating показывают, что одинокие родители вынуждены балансировать между романтической жизнью и интересами детей. В американском исследовании на выборке из 747 одиноких родителей отмечается, что и одинокие отцы, и одинокие матери учитывают мнение детей о своей личной жизни, а большинство знакомит детей с новым партнером только тогда, когда отношения уже воспринимаются как серьезные. «Это как раз та логика, которую мужчина с опытом включенного родительства может понять быстрее. Он сам знает, что нового партнера нельзя просто ввести в жизнь ребенка без подготовки. Он понимает, почему женщина осторожна, почему она не всегда доступна, почему ей важно смотреть не только на романтическую совместимость, но и на то, как мужчина относится к ребенку, — объясняет Комарова. — Кроме того, мужчина с детьми может быть психологически ближе к модели «мы оба взрослые с обязательствами», а не «я принимаю на себя чужую нагрузку». Это меняет саму рамку отношений. Женщина не выглядит человеком, который приходит с проблемой: оба партнера входят в отношения уже с семейной историей, обязательствами и понятными ограничениями».
По данным Pew Research Center на 2026 год, 17% детей в США младше 18 лет живут в семьях, где есть отчим или мачеха, сводные братья и сестры (дети от предыдущих отношений). Это показывает, что отношения после развода и семьи с детьми от прошлых союзов являются не исключением, а заметной частью современной семейной структуры.
В то же время наличие опыта родительства у партнера само по себе не гарантирует совместимость, считает психолог Елизавета Бизюкова. У каждого родителя свои ценности, стиль воспитания, представления о семье и границах. «Именно эти различия могут становиться источником конфликтов. Поэтому гораздо важнее способность мужчины уважать уже существующую систему отношений между женщиной и ее ребенком, принимать ограничения, связанные с родительством», — говорит эксперт.
Баланс между ролями
Вопреки общественным стереотипам, на самом деле соло-матери испытывают трудности с устройством личной жизни совсем не из-за мужского восприятия, а из-за того, что вынуждены совмещать одновременно несколько ролей и сфер жизни: материнство, карьеру, заботу о пожилых родителях. «Когда ты соло-мама, ты одновременно принимаешь десятки решений каждый день: о ребенке, работе, финансах, быте. На личную жизнь часто просто не остается ни энергии, ни внутреннего ресурса. Поэтому поиск отношений для соло-мамы — это не только эмоциональная, но и организационная задача», — поясняет Анна Ковалева, коуч, основательница женского сообщества «Вандер Вуман» и соосновательница контент-бюро «Шторм».
Анне после развода помогло осознанное решение перестать воспринимать свою личную жизнь как то, что происходит «по остаточному принципу». Она научилась чаще говорить «нет» некоторым задачам, заранее выделять время на себя и принимать помощь, а также начала создавать пространство, где она существует не только как мама, но и как отдельная от этой роли личность. «Прошлым летом я ввела маленькую традицию: один день в неделю принадлежал только мне. Я каталась на вейкборде, ходила на свидания, встречалась с друзьями, просто гуляла одна. Это был не побег от материнства или работы, а способ сохранить контакт с собой. Важную роль сыграли мои родители, которые помогали с сыном. Но если такой поддержки нет, то, как ни банально звучит, помогают няня или другие формы заботы о ребенке», — делится Ковалева.
По ее наблюдениям, новые отношения появляются у женщины не тогда, когда она «активно ищет» их, а когда ей удается вернуть себе ощущение собственной жизни. Когда появляются друзья, хобби, путешествия, новые проекты, интерес к себе самой, тогда отношения становятся не способом заполнить пустоту, а естественным продолжением насыщенной жизни.
С ней согласны и другие женщины с похожим опытом. «За восемь лет, прошедших после развода с отцом моего ребенка, я никогда не сталкивалась с тем, чтобы у мужчин, которые оказывались в моей жизни, были с этим проблемы. Возможно, это связано с моим кругом общения, но чаще всего тот факт, что я активно строю карьеру и остаюсь вовлеченной мамой, вызывал только восхищение, — рассказывает медиаменеджер Марина. — Другое дело, что наличие у меня ребенка в сочетании с работой серьезно влияло на мои собственные ожидания от потенциального партнера: насколько этот человек готов принимать тот факт, что в списке моих приоритетов он не будет на первом месте? Будет ли он уважать мои границы и график, да и в целом мое материнство? Наконец, смогу ли я когда-нибудь познакомить этого человека с моим сыном? И на этом пункте большинство кандидатов отпадали — или переходили в категорию «для сиюминутного удовольствия».
Психолог в сфере партнерских отношений Елизавета Бизюкова отмечает, что соло-матери важно давать себе передышку от чувства повышенной ответственности. «Потребности в романтических отношениях, сексуальности и отдыхе не исчезают после рождения ребенка. Более того, забота о себе — это не противоположность заботе о ребенке, а наоборот, следование принципу «сначала маску на себя, потом на ребенка». Очень помогают небольшие ритуалы перехода между ролями, чтобы мозг понял, например, что сейчас «я не мать, а женщина на свидании». Важно работать с внутренним разрешением испытывать удовольствие без чувства вины. Я думаю, стоит отказаться от идеи, что личная жизнь появляется лишь тогда, когда все остальные сферы жизни идеально организованы. У соло-матерей такой момент практически никогда не наступает. Личная жизнь должна стать еще одной значимой сферой, в которую женщина сознательно инвестирует время и силы», — уверена психолог.
Принять разные сценарии
Сегодня российское общество допускает развод, но продолжает считать «идеальной семьей» первый брак без детей от предыдущих отношений, отмечает социолог Комарова. Она призывает к нормализации «повторных» браков, снижению конфликта между «традиционной» и «современной» моделями семьи. Когда такие модели становятся социально видимыми и массовыми, снижается ощущение «нестандартности». Также эксперт считает важным повышение вовлеченности мужчин в процесс воспитания детей и общую экономическую стабильность. «Чем выше уровень финансовой неопределенности, тем сильнее люди избегают дополнительных обязательств», — поясняет Комарова.
Что касается самих соло-матерей, готовых к новым отношениям, то психолог Инна Ежкова советует использовать для знакомства окружение, где материнство не стигматизировано: родительские сообщества, психологические группы, дейтинговые сервисы с фильтром «принимаю детей». «Важно отпустить образ «идеальной матери», не растворяться в заботах о ребенке и разрешить себе несовершенство. При знакомстве с потенциальным партнером открыто говорите ему о наличии ребенка, без извиняющегося тона», — уточняет специалист.
«Мой опыт подсказывает, что никто не поймет тебя так, как вовлеченный в собственное отцовство мужчина. Такому человеку не нужно дважды объяснять, почему ты не можешь пойти на свидание, если тебе нужно сегодня провести время с ребенком, а еще миллион нюансов, связанных с родительством. Это серьезно упрощает коммуникацию, — рассказывает медиаменеджер Марина. — Отношения двух людей с детьми от предыдущих браков требуют большой гибкости от обоих, но все получится, если вы выстраиваете их на принципах равноправного партнерства, где каждый уважает ту часть жизни любимого человека, которая связана с его родительством, работой, сложным графиком и прочим».
Также обществу важно признать, что сегодня существует гораздо больше моделей отношений, чем классическое совместное проживание. Например, формат гостевого брака, раздельные бюджет и быт, жизнь с детьми обоих партнеров от прошлых отношений. Для многих соло-матерей первые два варианта становятся способом сохранить привычный уклад жизни ребенка и не ускорять «объединение семей», говорит Бизюкова. Другой распространенный сценарий — когда партнер становится значимой частью жизни женщины, но не берет на себя роль второго родителя. Это тоже может быть вполне здоровой моделью, если все аспекты таких отношений обговорены. Главный инструмент здесь — открытое обсуждение ожиданий и границ.
«Лично мне очень помогла мысль, что не существует «правильной» модели семьи. Не обязательно сразу понимать, как все должно выглядеть через пять лет. Самый полезный инструмент — не пытаться заранее прописать весь сценарий отношений, а позволить им развиваться постепенно. Смотреть не на то, соответствует ли ваша история привычным шаблонам, а на то, хорошо ли в этой истории вам обоим и ребенку», — заключает Анна Ковалева.
