Журналист меняет профессию

Павел Седаков Forbes Contributor
Три успешных стартапов, созданных журналистами

Пирожки с именем

Дарья Сонькина

Сейчас: основатель проекта «Дашины пирожки»

Работа в СМИ: «Газета.ру», Russia Today, «Огонек»

Возраст: 26 лет

Год основания проекта: 2013

Бюджет на запуск: 300 000 рублей

Печь пирожки Дашу научила бабушка. Когда они, горячие, с румяными боками, выезжали на противне из раскаленной духовки, чудесный аромат забирался во все уголки квартиры. Прошло много лет, и теперь, когда Даша возвращается домой на такси из своего цеха на Таганке, водители нет-нет да оборачиваются: «Девушка, а вы в пекарне работаете, да? От вас так вкусно пахнет!»

Вообще-то по специальности Даша переводчик с португальского языка. Но в 2009 году она попала в журналистику. Писала для «Огонька» репортажи из Чили — про землетрясение и спасение замурованных в шахте горняков, потом — заметки для испанской редакции Russia Today, освещала весь процесс над Pussi Riot в качестве корреспондента «Газеты.ру».

Ее тексты — было ли это интервью с Надеждой Толоконниковой или репортаж о православных батюшках, которые ведут школу бокса или играют в рок-группе, часто были в числе самых читаемых на сайте «Газеты.ру». «Лайки, комменты, перепосты — все это тогда удовлетворяло мое журналистское тщеславие, — с улыбкой говорит Даша. — О собственном деле я никогда не думала, но заметила за собой одну штуку: что бы я ни делала, все начинает приносить деньги».

История «Дашиных пирожков» началась в январе 2012 года, когда Даша вместе с большой семьей своего будущего мужа журналиста Василия Сонькина отмечала новогодние праздники. Даша напекла пирожков. В детстве она тысячу раз помогала бабушке, но это был ее первый самостоятельный опыт. Пирожки хвалили. После этого она не раз пекла их для своих близких, а потом решила печь на продажу. Первую партию заказала себе на предзащиту подруга Васиной мамы. Опыт был удачным — покупательница написала про пирожки пост в фэйсбуке, и Даше поступили новые заказы.

Страничка «Дашины пирожки» появилась в Facebook и во «ВКонтакте»: «Друзья, меня зовут Даша, и раз в неделю я пеку 100 пирожков». Логотип для Даши бесплатно разработал друг-дизайнер, он же предложил делать пирожки разной формы: квадратные — с мясом, круглые — с яблоком, с картошкой и капустой — ромбиком. Зимой 2013 года с заказами были перебои, но наступила весна, и в Москве начался бум городской еды. «Дашины пирожки» пригласили на «Маркет городской еды». «Несмотря на дождь и нашу неизвестность, у нас все раскупили», — вспоминает Сонькина.

Днем Даша писала заметки, ездила в командировки, по вечерам, после работы, пекла пирожки у себя на кухне — в отвратительной маленькой духовке. В то время ей уже помогали подруга Алия Морозова и ее сестра Елена Веденина.

Начинающим предпринимателям бывает трудно найти рынки сбыта. Даше повезло: магазин фермерских продуктов «Лавка.Лавка» предложил печь пирожки для них. Условие было одно — закупать продукты для начинки у самой «Лавки». Даша оформила ИП (регистрация заняла неделю) и засучила рукава. Сначала пекли три раза в неделю — выходило где-то 250–270 пирожков в месяц. «Лавка» продает выпечку со стопроцентной наценкой — три пирожка, упакованные в пакетик, уходят по цене от 210–240 рублей. Деньги приходят потом на расчетный счет ИП Сонькиной.

«Сначала я думала ,что буду успевать все — и работу, и пирожки. Но потом почувствовала, что зашиваюсь: мне назначали встречу в «Старбаксе», а я не могла вспомнить, что такое «Старбакс», — вспоминает Даша. — Надо было выбирать». Вскоре настал подходящий момент. После того как в «Газете.ру» сменился главный редактор и редактор отдела, Даша положила на стол заявление.

Для развития бизнеса придумали нестандартный ход. 31 июля на «Планете.ру» началась краундфандинговая акция: «Дашины пирожки» собирали деньги на собственный цех и развитие производства. За денежный перевод акционерам обещали пирожки и мастер-классы. За полтора месяца Даша собрала 200 000 рублей, четверть этой суммы, 50 000 рублей, ушла на налоги и сборы.

В ноябре Даша арендовала небольшой цех — 18 кв. м на территории Таганского мясоперерабатывающего комбината. За него она платит 9000 рублей в месяц. За 150 000 купили конвектомат — большую духовку, плиту, холодильник. Сейчас Даша и ее помощницы пекут 2000 пирожков в месяц для «Лавки», еще есть разовые заказы. На пирожках Даша не останавливается и по заказу «Лавки» делает леденцы, калачи и печенья. Перед новогодними праздниками «Дашины пирожки» открывали предзаказ на рождественские кексы.

Даша говорит, что начала заниматься пирожками из-за недостатка отдачи на свою корреспондентскую работу: «Когда мне говорят: «Спасибо, у вас прекрасные пирожки!» — это для меня важнее, чем получать лайки за заметку, — уверяет Даша.

Красота с доставкой на дом

Наталья Альшанова

Сейчас: руководитель выездного салона красоты «Мобильный стилист»

Работа в СМИ: «Коммерсантъ», «Известия»

Возраст: 28 лет

Год основания проекта: 2012

Бюджет на запуск: 800 000 рублей

Звонок клиентки застал Наталью Альшанову, руководителя выездного салона красоты «Мобильный стилист», в электричке. Было около 23:00. Очень расстроенная девушка просила Наталью срочно прислать к ней мастера на дом — она поссорилась с мужем и хотела поднять себе настроение новой стрижкой. «Наш мастер примчалась к ней на такси и, не без сожаления, остригла ее роскошные длинные волосы, — вспоминает ту историю Наталья. — Клиентке очень пошла стильная короткая стрижка. Она была в восторге, сказала потом, что мы спасли ее личную жизнь — мужу тоже очень понравилось».

Собственный бизнес кардинально изменил и жизнь самой Натальи. Из наемного, пусть и высокооплачиваемого, сотрудника редакции она превратилась в руководителя сети мобильных салонов красоты с филиалами в пяти городах России, при этом успела встретить любимого человека и переехать из родного Зеленограда в Красноярск. Переезд бизнесу не помеха: свою сеть Альшанова успешно развивает дистанционно.

До того как запустить стартап, Наталья семь лет проработала в СМИ: сначала в корсети и на сайте газеты «Коммерсантъ», потом в «Известиях» — редактором корсети и отдела столичных новостей «Вся Москва». «При этом идея собственного бизнеса меня никогда не покидала — я изучала опыт других людей, как и с чего они начинали бизнес», — вспоминает Альшанова. Чтобы сделать первый шаг, Наталье, по ее словам, не хватало то денег, то времени, то «волшебного пенделя». Но в «Известиях» летом 2012 года прошли сокращения, и у Натальи появилось свободное время и деньги.

Стартовый капитал от трех окладов и продажи машины составил около 800 000 рублей, и Наталья стала искать для себя интересный бизнес с низким порогом входа. «Рассматривала несколько вариантов: турфирму, мини-издательство или салон красоты, — вспоминает Наталья. — Потом наткнулась в интернете на бизнес-план выездного салона красоты и поняла: это то, что нужно».

В октябре 2012 года Наталья заключила договор с компанией, которая уже развивала сеть мобильных салонов, продавая франшизу. Опыт был интересный, но не особо удачный. Покупка франшизы стоила 100 000 рублей, ежемесячные отчисления после третьего месяца работы — по 10 000 рублей. Деньги Натальи быстро тратились — на листовки, баннеры, форму для мастеров, а отдачи не было: клиенты шли вяло. В ответ на все вопросы владелица бизнеса предлагала Альшановой читать книги. «В нашем партнерстве я разочаровалась, не получив ни помощи, ни поддержки, я разорвала отношения», — вспоминает Наталья. Уже сейчас, став хозяйкой собственной сети, она предоставляет своим партнерам полный пакет с инструкциями: от консультаций по продвижению салона в сети до пошагового сценария, как разговаривать с мастерами при приеме на работу.

Весной 2013 года появился ее личный проект «Мобильный стилист». Наталья сама стала лицом компании: она завела аккаунты в социальных сетях и стала придумывать интересные ходы по продвижению салона в интернете: публиковала конкурсы, фотографии причесок, советы мастеров. Вместо старомодных листовок и рекламных объявлений Наталья активно использует социальные сети и партнерские программы со свадебными и цветочными салонами, event-агентствами, ресторанами. Чтобы добиться успеха, Наталья наняла СЕО-оптимизаторов. На продвижение салона в интернете сейчас уходит около 30 000 рублей, но эти затраты окупаются: 70% клиентов пришли именно оттуда.

Клиенты «Мобильного стилиста» — это молодые мамы, которые сидят с детьми, или занятые женщины, у которых нет времени на поход в парикмахерскую. Это очень удобно: мастер может приехать даже поздно вечером — на такси или личном автомобиле. Услуги самые ходовые: стрижка, окраска волос, ногтевой сервис и депиляция. Средний чек — 1000 рублей, женская стрижка стоит 1400 рублей, прическа и make-up для свадьбы — 7500 рублей. В среднем у одного салона бывает 3–4 клиента в день. 70% оплаты получает мастер, 30% — руководство салона; по словам Натальи, эти условия для мастеров выгоднее, чем при стационарной работе в салоне. Из плюсов — гибкий график работы.

Бизнес, стартовавший в Зеленограде, пришел в Москву, потом началась экспансия в регионы. Филиалы «Мобильного стилиста» появились в Саратове, Калуге, Красноярске, Южно-Сахалинске. Кроме вступительного взноса (от 100 000 до 300 000 рублей) партнеры платят Альшановой ежемесячные (с третьего месяца) выплаты за пользование брендом, сайтом и маркетинговыми консультациями — не более 50% от их дохода. На рекламу идут деньги от продаж франшиз. Оборот «Мобильного стилиста» в Москве и Зеленограде составляет около 350 000 рублей.

«Мы не диспетчерская служба, которая раскидывает заказы, — поясняет Наталья. — Мы себя позиционируем как салон с четкой концепцией и брендом, которым мы дорожим». Наталья сама пользуется услугами своих мастеров — и это лучший тест на профессионализм. «Основная сложность — найти ответственных и честных мастеров и их удержать», — говорит она. Для повышения качества работы и внутренней дисциплины Наталья использует технологию «тайного клиента»: ее подруги вызывают мастера и потом между делом предлагают ему визитку с предложением приехать поработать в обход салона. Но никто не соглашается, уверяет Наталья. Потом она сама обзванивает клиентов или пишет им сообщение в «В Контакте»: «Привет! Как держится прическа?»

Завязав с газетной работой, Наталья тем не менее уверена, что бывших журналистов не бывает: «Журналистика для меня — это конкретный залет. Я на всю жизнь останусь редактором: редактируем ли мы свои листовки, пост «ВКонтакте» или свою жизнь — со всеми заголовками и подзаголовками».

Вилла для тургеневских девушек

Дарья Мациевская

Сейчас: дизайнер, основатель бренда Villa Turgenev

Работа в СМИ: «Известия», РИА Новости

Есть две виллы Тургенева. Одна на немецком курорте Баден-Бадене, там, где автор «Отцов и детей» прожил семь счастливых лет по соседству со своей возлюбленной Полиной Виардо. А другая — в фантазиях Дарьи Мациевской, основателя и дизайнера марки женской одежды и аксессуаров и дизайнерского ателье Villa Turgenev. «Это вымышленный мир, где живут героини, для которых мы шьем», — говорит Даша.

О том, как выглядят тургеневские девушки, Даша имеет самое точное представление. В шестнадцать лет школьница из маленького иркутского Братска победила на региональной олимпиаде МГУ с сочинением «Женские образы в романах Толстого» и поступила на факультет филологии престижного столичного вуза. После окончания училась в аспирантуре, а потом, в общем-то внезапно для себя, попала в журналистику — сначала в «РИА Новости», а затем в военный отдел газеты «Известия».

Перед генералами Даша не спасовала. «Мне приходилось звонить чиновникам и военным и буквально клещами вытягивать из них информацию, которую они упорно называли гостайной», — вспоминает дизайнер. Но вскоре азарт прошел, и в сухом остатке оказались каждодневный стресс и работа с 10:00 до 24:00. «Я разочаровалась в журналистике. Для меня она оказалась военным парадом — формальной рутинной активностью, в которую вовлечена куча людей и которая не имеет ничего общего с реальностью», — признается она.

Чтобы развеяться, в августе 2012 года Даша вместе с мужем отправилась в отпуск в Грецию — наслаждались солнцем и осматривали православные монастыри и церкви. Там, лежа на пляже, Даша решила: разрабатывать красивую стильную одежду со смыслом — вот чего она хочет! «Это была смутная даже для меня, утопичная идея, — вспоминает дизайнер. — Но когда я сама сдавалась, муж Дима просил меня снова и снова рисовать эскизы. Для «подзарядки» я обращаюсь к русской архитектуре, литературе, православным традициям, истории». Сейчас у Даши семь блокнотов с эскизами одежды, и любую подвернувшуюся в кафе салфетку она пускает в дело — быстрыми штрихами набрасывает силуэт.

В Москве через друзей Даша нашла конструктора и нарисовала первую законченную коллекцию. «Пока мы искали ткань и обсуждали модели, неожиданно стал появляться новый стиль — нежный и интеллигентный», — вспоминает основательница ателье. С газетой было покончено, началась новая жизнь — с шелестом платьев и вспышками модельных съемок.

Бизнес выглядел просто: «мобильное» ателье с офисом в коворкинге на «Флаконе», складом у Даши в квартире и тремя портнихами, которые выезжали к клиенту на дом. Клиентов находили через друзей и знакомых. Первым изделием было глухое барочное платье из фактурной шерсти с кружевным воротником ручной работы. В первое время заказов было немного — 5–6 в месяц.

Параллельно основательница Villa Turgenev разрабатывала свою первую коллекцию и концепцию бренда. Во-первых, решила Даша, в работе она будет использовать только натуральные ткани — шелк, шерсть, лен, а также кожу и мех. Во-вторых, все изделия, кружева и аксессуары — полностью ручной работы. В третьих, коллекции будут выпускаться лимитированным тиражом — изделие отшивается максимум в шести экземплярах. «Это не очень выгодно с точки зрения бизнеса, но круто в том смысле, что мы стараемся сделать сильный бренд», — поясняет Даша.

Прибыль от первых заказов и личные сбережения, около 300 000 рублей, пошли на разработку сайта (20 000 рублей), аренду помещения (10 000 рублей в месяц) и пошив первой коллекции одежды. Это 33 единицы — платья в пол с рукавами-воланами из гладкого итальянского льна, юбки, пышные комбинезоны для морского круиза, топы. Сайт запустили в мае 2013 года — эту дату Даша считает основанием марки.

В октябре 2013 года марка Villa Turgenev показала коллекцию на Mercedes-Benz Fashion Week Russia. Оказалось, что «тургеневские барышни» выглядят очень стильно и современно. «Мы попали в тренд с новой женственностью — это силуэт с объемными линиями верха плеча, узкая талия и пышная юбка, — говорит Даша. — Наш клиент — это интеллигентные модницы, женщины с образованием и хорошим доходом: галеристки, режиссеры, преподавательницы вузов, телеведущие или пиарщицы».

Даше помогает не только муж, но и друзья. Моделью стала ее одногруппница — Юля Титова, а одноклассница, арт-директор международного рекламного агентства Publicis United Маша Щурова нарисовала бумажную куклу-талисман для гостей показа. Куклу назвали Лизой — в честь Лизы Калитиной из «Дворянского гнезда».

Меньше чем за год марка Villa Turgenev выпустила три коллекции — летнюю, базовую и рождественскую. Через месяц после запуска сайта демократичная линия Villa Turgenev BLEU появилась в «Цветном» и на сайте Trends-Brands. С ноября 2013 года Villa Turgenev начала сотрудничать с российским представительством английского бренда Manolo Blahnik. В феврале Даша представит свою марку на арт-выставке Passport Destination: Moscow в Вашингтоне и проведет показ в Нижнем Новгороде. В планах у Даши снять красивое комфортное помещение для «стационарного» ателье и запустить люксовую линию. Дима, муж Даши, работает над созданием удобного и функционального интернет-магазина, где будет продаваться молодежная линейка одежды.

Поскольку ателье мобильное, у Даши нет затрат на аренду, основные расходы приходятся на покупку тканей, фурнитуру, оплату работы мастеров, конструкторов. Сейчас продажи идут через сайт и несколько торговых точек в Москве, Санкт-Петербурге, Сочи и Новосибирске. Лучше всего одежда продается в Москве. В среднем платье стоит около 15 000 рублей, самое дорогое рождественское платье из парчи — 32 120 рублей. Для доставки ателье использует курьерскую службу — 250 рублей. В месяц продажи бренда составляют в среднем около 300 000 рублей.

Зарплату Даша еще не получала. «Мы еще не вышли на самоокупаемость, но психологическая отдача появилась быстро, — замечает дизайнер. — Есть большое отличие от журналистики: ты что-то делаешь, и твой образ воплощается в реальность. Это ощущение счастья».

Новости партнеров