Закат эпохи героев

Сергей Медведев Forbes Contributor
Лэнс Армстронг Лэнс Армстронг
Заканчивается эпоха сверхгероев спорта, которых делают символами нации.

Он был последним из императоров велоспорта, вслед за Эдди Мерксом, Бернаром Ино и Мигелем Индурайном. И даже более: Лэнс Армстронг был властелином сразу трех империй. Империи триумфов в «Тур де Франс», которую он выигрывал рекордные семь раз подряд, с 1999 по 2005 год, создав идеально отлаженную машину побед в виде команды US Postal. Империи борьбы с раком: в 1997-м, благодаря силе воли и химиотерапии, он одолел запущенную форму рака и, вдохновленный этой победой, вернулся в спорт и создал фонд помощи онкологическим больным, который собрал сотни миллионов долларов и дал надежду миллионам людей.

Но была и третья империя: империя лжи, запугивания и крупного мошенничества под названием допинг. Как мы узнали летом прошлого года из 1000-страничного доклада Американского антидопингового агентства, Армстронг употреблял почти все виды запрещенных препаратов: эритропоэтин, тестостерон, кортизон, гормон человеческого роста — и прибегал к переливанию собственной крови; он принуждал к допингу своих сокомандников, выдавливал из спорта несогласных и запугивал свидетелей. Больше 10 лет он вел массированную пиар-компанию, призванную замаскировать одну из самых изощренных допинговых программ в истории современного спорта.

Бренд чемпиона и борца с раком, сама магия имени Лэнса были настолько прочны, что даже разоблачение, отказ от борьбы в суде и лишение всех титулов и побед в октябре 2012 года многих не убедили окончательно в его виновности. Момент истины наступил 18 января 2013 года в его телеинтервью с Опрой Уинфри, когда Армстронг признался по всем пунктам обвинения. Но еще более разоблачительным было не признание, а манера, в которой оно было сделано. Мы увидели холодного, циничного человека, развалившегося в кресле с презрительной улыбкой. Неискренность его была так же очевидна, как и попытки скрыть правду за туманными формулировками. Ни слова сожаления, ни грамма человечности: перед нами сидело подобие то ли ницшеанского сверхчеловека, то ли героя Достоевского, которому «все дозволено», и высокомерие, что раньше было обращено на соперников, которых он атаковал на подъемах в Сестриере и Альп д’Юэз, теперь проливалось на ведущую и зрителей.

Ницшеанская фигура Армстронга воплощала самые одиозные черты современного спорта: культ победы и преодоления боли, успех любой ценой, агрессивный маркетинг. Оставим философам отмерять на весах Иова меру добра и зла, принесенных его фантастическим взлетом и катастрофическим падением. На одной чаше — огромный подъем интереса к велоспорту, миллионы людей, севших на велосипед, и еще миллионы мобилизовавшихся на борьбу с раком, на другой — сильнейший удар по велоспорту, который теперь требуют едва ли не исключить из программы Олимпийских игр.

Для меня несомненно одно: никакая империя, спортивная или политическая, сколь бы ни были велики ее успехи и сколько бы миллионов людей она ни окормляла и ни вдохновляла, не может стоять на лжи. Заканчивается эпоха сверхгероев, которую мы унаследовали от романтизма XIX и тоталитаризма XX века, и нам пора отказаться от обожествления «героев спорта», которых мы готовы делать символами нации и избирать в парламент всего лишь за факт их профессиональной состоятельности.

В постницшеанскую эпоху появляются другие, человечные герои, как, например, Папа Римский Бенедикт XVI, заявивший о своем отречении в феврале. Две мировые мегазвезды уходят со сцены, но какой разительный контраст! Один — под напором неопровержимых свидетельств, сознавшись, но не раскаявшись; второй принял это решение сам, ввиду ухудшения здоровья и невозможности достойно нести свой пастырский крест. С одной стороны, история слабости и трусости, неспособности соскочить с допинговой иглы и признаться, с другой — история силы и самопожертвования ради общего дела. Один подрывает доверие к спорту, так что теперь за любым одиночным отрывом, за любой горной атакой будет мерещиться допинг, другой возрождает доверие к институту Церкви в эпоху кризиса ценностей, апатии и мертвого ритуала.

И многим лидерам стоит задуматься о цене успеха, о неизбежности расплаты за обман и о том, как важно достойно и вовремя уйти.

Новости партнеров