Народ не поймет: что мешает со вкусом украсить Москву к Новому году

Народ не поймет: что мешает со вкусом украсить Москву к Новому году

Специально для Forbes Life постоянный архитектурный обозреватель Анастасия Колчина разбирается с новогодним убранством Москвы — и сравнивает его с европейскими столицами

Каждый год новогоднее оформление Москвы становится все богаче и наряднее. Размах и красота нынешнего, как всегда, на высоте: катки с амфитеатром — теперь не только на Красной площади, объемные цифры расставлены в знаковых точках города, а на Патриаршем мосту впервые появились елки. На новогоднее убранство города мэрия Москвы тратит 1 млрд 157 млн рублей, год назад эта сумма составила рекордный минимум за последние пять лет (972 млн рублей), а рекордным по тратам был Новый 2017 год, на который ушло из городского бюджета более 3 млрд рублей. Новогодними фестивалями традиционно занимается оргкомитет «Московских сезонов». Планы по украшению столицы традиционно анонсирует заместитель Мэра Москвы по вопросам ЖКХ и благоустройства Петр Бирюков: в этом году, согласно его обещаниям, в Москве к Новому году появилось 300 искусственных новогодних елей (самая большая, 30 метров, — на Лубянской площади) и более 4000 световых и декоративных конструкций. Световые инсталляции и гирлянды останутся на столичных улицах до 10 марта, ели — до 15 января.

Власть делает подданным символическое подношение — и не скупится. Если сравнивать московские (а с ними и российские) новогодние города с Берлином и Цюрихом, налицо несколько важных тенденций. В Европе муниципальные власти при выборе предметов декора и общей концепции не стесняются использовать один цвет, приглашают к сотрудничеству художников и опасаются пошлости. У нас наоборот: уличное благоустройство Москвы показало, что современные власти способны выбрать и другой дизайн, и другие материалы, но боятся, что народ «не поймет». Острой критикой властей мы только загоняем их страхи глубже: какие тут эксперименты, когда любое действие разглядывают в лупу. Поэтому стабильная посредственность нашей зимней сказки создается всеми участниками.

Власть находится в поисках бесспорного решения, которое не будет вызывать особенного любопытства и желания критиковать. И в этом конкурсе побеждает историзм, приправленный толикой пошлости: чтобы если и не понравилось, то и придраться было не к чему. Подлинное авторство в условиях взаимного недоверия становится и вовсе невозможным. Когда каждый год вокруг праздника разгорается медиа-скандал — то чемодан на Красной площади, то теперь согнутые елки — у современных художников просто нет шанса принять участие в праздновании Нового года. Пригласить их станет слишком рискованным решением.

Подрядчиков «с улицы» боятся не только власти. Крупный и средний бизнес тоже оперирует исключительно полузакрытыми конкурсными процедурами, потому что последствия неудачи — в том числе перспектива судебных разбирательств — заставляет их переплачивать там, где не нужно. В Европе это работает по-другому. Например, в Люксембурге муниципалитеты выбирают подрядчиков по трем критериям: цена, качество и релевантный опыт. В России формально есть только цена, а это значит, если не предпринимать специальных мер, результат будет заведомо хуже среднего.

Получается, у нас кто не рискует, тот спокойно пьет в Новый год шампанское.

Новости партнеров