«Между искусством классическим и современным нет никакой разницы», — Ян Фабр о том, почему в Эрмитаже он выставляется вместе Рубенсом

Ян Фабр плодовит как мастер Ренессанса: берется за все, от балета до скульптуры. И всякий раз вызывает скандал. Фабр дотошно исследует современность, стереотипы и пропаганду. В его спектакле «Оргия толерантности» у сумки Birkin секс с диваном Chesterfield, стилисты глянцевого журнала принимают Спасителя за модель, а его крест на плече — за вешалку из Ikea, актрисы, усевшись верхом на тележки из супермаркетов, со стонами рожают макароны и средства для чистки унитазов. «Во власти театрального безумия» артисты бегут на месте в бешеном ритме, выкрикивая великие имена и постановки, — потные, красные, голые, они падают как подкошенные и тотчас же все закуривают в лицо партеру. В 24-часовом марафоне «Гора Олимп» — идет без антрактов — 15 сюжетов греческой мифологии сменяют друг друга как нон-стоп подборка криминальных новостей: убийства, кровосмешения и расчлененка. 

На подготовку эрмитажного проекта «Рыцарь отчаяния — воин красоты» у Яна Фабра ушло три года. Выставка занимает десять залов Зимнего дворца и пять Главного штаба, и напоминает квест: работы, написанные шариковой ручкой и собранные из крыльев насекомых, размещены среди постоянной экспозиции в залах старых мастеров. Прогуливаясь по Эрмитажу, Ян Фабр говорит и показывает.