закрыть

«Современное искусство интереснее, чем спа в пустыне». Новый арт-директор Cosmoscow о потенциале русского рынка

Саймон Рис Фото DR
Продав в прошлом году искусства на €1,3 млн, ярмарка Cosmoscow наращивает свою интеллектуальную мощь за счет европейских музейных профессионалов. Арт-директором ярмарки стал ведущий европейский специалист по России и Восточной Европе Саймон Рис

Седьмая по счету ярмарка Cosmoscow пройдет в Гостином дворе с 6 по 8 сентября. По сравнению с прошлым годом галерей-участников заметно не прибавилось — заявлена все та же цифра 70. Зато сделан заметный акцент на известные имена. В прошлом году ярмарку обвиняли в том, что на ней не представлены первые лица современного российского искусства. В этом году галерея JART готовит специальный проект с участием таких именитых российских художников, как Эрик Булатов, Леонид Соков, Александр Косолапов. Шампанский дом Ruinart обещает выставку Вика Мюниса. По заказу фонда Cosmoscow Ирина Корина создает инсталляцию для пространства в Гостином дворе. Заявлены и именитые иностранцы: туринская галерея Giorgio Persano привозит в Москву работы Микеланджело Пистолетто, а сам художник обещает выступить с лекцией в рамках образовательной программы ярмарки. Галерея Forsblom из Стокгольма везет скульптуры Стефана Балкенхола, его уже показывал ММоМА в 2015 году. А Georg Kargl Fine Arts — Недко Салахова.

Музеем года по версии Cosmoscow в этот раз станет юбиляр ММоМА, отмечающий свое 20-летие. В Cosmosубли в 2019 году исполнилось бы пятьдесят лет. Одна из частей архива художника поступила в фонд музея в 2018 году и стала доступна на платформе RAAN, международной сети, объединяющей архивы российского искусства.

О том, что еще можно ждать от ярмарки и какая теперь у Cosmoscow cтратегия, рассказал ее новый арт-директор Саймон Рис, один из главных европейских музейных специалистов по Восточной Европе, бывший в разные годы участником экспертного совета «Инновации», Московской биеннале современного искусства, программным директором Австрийского музея декоративно-прикладного и современного искусства MAK. В Вильнюсе Саймон Рис с центром современного искусства САС был куратором павильона Литвы на Биеннале в Венеции в 2007 году.

Саймон, как небольшой частной ярмарке найти свое место в мировом календаре арт-рынка? Войти в число обязательных к посещению?

Посмотрите, какой логикой руководствуются создатели новых музеев современного искусства, Tate Modern. Они наполняют свои гигантские гаражные пространства произведениями со всего мира.

Чувствуется ли там русское влияние? Сейчас идет выставка Натальи Гончаровой, есть Малевич, но что-то более современное там можно найти?

Знаете, сейчас Tate Britain гораздо интереснее, чем Tate Modern. В Tate Britain есть оригинальность. Как профессионал, когда я, например, интересуюсь искусством современной Венгрии, понимаю, что надо ехать в Будапешт. Если я захочу что-то узнать про румынское искусство, поеду в Клуж или в Бухарест. За современным русским искусством я отправлюсь в Москву или Санкт-Петербург. А Tate Britain показывает британское искусство так, как никто другой, с глубоким знанием дела и с любовью.

На ярмарке за три дня ты видишь 2000 работ, и впечатления смешанные. Нужно, чтобы работы воздействовали, как в Tate Britain, чтобы они рассказывали историю.

МишМаш

Поэтому для ярмарки так важны партнерские программы с музеями, когда посетители ярмарки отправляются в музеи смотреть лучшие образцы современного искусства. Cosmoscow предстоит сделать то, что проделал пять лет назад Brooklyn Art Museum: образовывать своих посетителей. Показывать им, как влияет европейское искусство постеров, абстракции, концептуализм.

Как изменить восприятие страны в области искусства?

Наверное, выбирать консультантов вроде меня, тех, кто хорошо знает город, страну, местную среду и у кого есть знакомства по всему миру. Думаю, нужно объяснять, что такие проекты, как Cosmoscow, «Гараж», Stella Art Foundation созданы на частные деньги и свободны от государственного влияния. В Cosmoscow примет участие музей «Гараж». Думаю, что Америка времен президентства Трампа — не самый приятный и симпатичный рынок для инвестиций. У Британии полно проблем с brexit. И Россия все же понятнее европейцам, чем, к примеру, Китай. Вдобавок мы ориентируемся на молодое поколение любителей искусства — тех, что росли с гаджетами в руках. У них другой тип мышления и коммуникации, свободный от пропагандистских штампов холодной войны, вне рамок фигуративного искусства.

Благодаря вашим стараниям павильон Литвы получил свой приз на Биеннале в Венеции. И как мы увидели в этом году, современное искусство в Литве на самом высоком уровне.

Да, в 2007 году. Только это был не «Золотой лев» за лучший национальный павильон, который Литва получила в этом году, а специальное упоминание жюри за проект «Вилла Литва». «Золотого льва» тогда вручили венграм. Но самое интересное: художники павильона 2007 года — Номеда и Гедиминас Урбонас — мои старые знакомые. Гедиминас учил меня на факультете архитектуры в Массачусетском технологическом институте, где работал приглашенным профессором. Как вы понимаете, Литва, Вильнюс, всегда присутствовала в наших разговорах.

Венецианская биеннале — самая известная в мире выставка. А как еще на карте современного искусства появляются новые страны?

Как правило, благодаря выставкам. Например, у вас есть картинная галерея, оставшаяся от советских времен, — 2 800 кв. м прекрасной архитектуры хрущевского модернизма. А затем у вас в правильный момент появляется группа молодых амбициозных художников, знающих иностранные языки и ориентирующихся в международном контексте, а тут как раз из Америки приезжает, например, Йонас Мекас, основатель Fluxus. Вот так благодаря счастливым совпадениям Вильнюс оказался на карте современного искусства.

Екатерина Паниканова

Кто финансировал национальный павильон?

Государство. В Эстонии, например, есть фонд, который называется Эстонское агентство поддержки развития современного искусства. Как ни удивительно, но его основателем числюсь я. Идея создания фонда не моя. Хотя мое участие там свелось к подписи. Поскольку заявка на открытие фонда должна была получить одобрение в Брюсселе, нужна была подпись кого-то, чье имя внушает доверие. Так выбор пал на меня. Эстония помогала галерее Temnikova & Kaselaс принять участие в Cosmoscow.

В чем вы видите потенциал русского рынка?

Новое тысячелетие наступило уже 19 лет как — за это время выросла доля тех, кто причисляет себя к среднему классу, кто достаточно образован, имеет время на то, чтобы читать, следить за научным, технологическим прогрессом, ходить в театры и на выставки. В любом издании, где дают 5-6-10 критериев среднего класса, среди них обязательно упоминается «гонка за удовольствиями», в том числе интерес к современному искусству. Эстетический, политический контекст, юмор — все, что позволяет взглянуть на происходящее нестандартно, и что так ценит средний класс, присутствует в современном искусстве. Ну сколько можно ездить на спа-курорты в пустыне? А каждый взгляд на произведение искусства дает какую-то новую эмоцию, новую мысль. Связи и понимание происходящего в искусстве наращиваются, как в бизнесе — и год от года и коллекционеры, и ярмарка прогрессируют. То есть любой коллекционер или галерист, приехавший на ярмарку, может рассчитывать на новые интересные контакты, на расширение своего участия в арт-среде.

Россия — огромная страна. Москва больше Парижа, больше Лондона. Казалось бы, число потенциальных покупателей современного искусства должно стремительно расти на постсоветском пространстве. В 2009 году в Нью-Йорке я консультировал на тему, как вовлечь галеристов из Восточной Европы в мировой арт-рынок. Но, как мне кажется, по каким-то причинам у русских галерей нет амбиций участвовать в международных ярмарках, широко представлять себя по миру. Но тут надо иметь в виду, что участие в международной ярмарке может стоить до €100 000.

При этом я вижу, как множество русских эмигрантов инвестирует в том числе и в современное русское искусство. У них вполне определенные вкусы и коллекции. Будет замечательно, если их маршрут по поиску сокровищ будет пролегать не только в Лондоне, Монако, Китцбюэле и Тель-Авиве, но и захватит Москву.

Как отреагировал ваш ближний круг, когда вы объявили о том, что присоединились к команде Cosmoscow?

Поздравляли. Ни для кого не секрет, что я часто бываю в России, люблю русскую культуру. Моя задача — наладить коммуникации с ведущими арт-ярмарками и другими ценоопределяющими институциями в мире, а также привлечь газеты, радио и телевидение. За пять лет Cosmoscow в иностранной прессе вышло порядка 500 публикаций о ярмарке, но пока не было телесюжетов. Думаю, что правильно налаженные коммуникации хорошо работают. Путешествуют же швейцарцы много лет, составляя свои маршруты по газетным и журнальным публикациям.

В этом году на ярмарку приедут две венские галереи Georg Kargl Fine Arts и венско-римская Galerie Emanuel Layr, туринская Giorgio Persano, парижская galerie Frank Elbaz, миланцы C+N Canepaneri, Quimera из Буэнос-Айреса. Наша задача — создать такую ситуацию, чтобы русские художники были хорошо известны во всем мире и с ними активно работали ведущие мировые галереи.

Новости партнеров