«Надо иметь ясную голову и немножко железных яиц»: антикризисные советы психолога Михаила Лабковского

Фото Олега Яковлева
Михаил Лабковский Фото Олега Яковлева
В новом выпуске Forbes Digest на удаленке мы поговорили с одним из самых известных психологов в России, автором книги «Хочу и буду» Михаилом Лабковским о том, как он потерял кучу денег из-за коронавируса и не переживает об этом, что может спасти семьи от разводов в условиях самоизоляции и почему Ким Кардашьян не является лидером мнений

Добрый день, дорогие друзья. С Вами Forbes Digest на удаленке. В 2019 году у нас на сайте вышла статья «Феномен Лабковского. Как самый узнаваемый психолог России зарабатывает 130 млн рублей в год на лекциях о счастье?». Сегодня мы поговорим с ним о том, как сохранить это самое счастье и не сойти с ума в период коронавируса. Здравствуйте, Михаил. Первый вопрос такой: вам страшно?

Нет. 

Почему вам не страшно, когда всем вокруг страшно?

Во-первых, потому что не всем вокруг страшно. Во-вторых, была такая реклама аттракциона «Восьмое чудо света». «Это страшно?» — «Нет. Это страшно интересно». В-третьих, как говорят за океаном, это новый экспириенс. Мы не были в такой ситуации еще, она интересна же, правда? И не только для меня, а для других. А страшно, собственно, что должно быть — я не очень понимаю? Ну, карантин. Но он закончится. В каком месте бояться надо?

Например, в том месте, что многие люди сейчас лишаются источников дохода, предпринимателей заставляют платить зарплаты, при этом не работать. Грядет большой экономический кризис, многие люди останутся голодные, безработные, скорее всего, выйдут на улицу. Этого вы не боитесь?

Я не боюсь. Я уже потерял кучу денег, потому что у меня было последнее выступление в Тюмени, по-моему, 26 февраля, не помню. И после этого все закончилось, а у меня были расписаны гастроли по России, Прибалтике, Украине, Белоруссии и так далее. Я стал терять деньги каждый день, и много денег. И как-то я к этому спокойно отнесся, потому что, я думаю, даже те люди, которые скромно жили и у них была возможность зарабатывать — я имею в виду, руки были, мозги были, — они же никуда не делись, эта способность осталась при них. Наверное, будет какой-то период, экономика просядет на какое-то время, при этом очень много вакансий все равно будут задействованы, и те люди потом отряхнутся, встанут и пойдут дальше зарабатывать деньги. 

Мы сейчас с вами говорим по видеосвязи. Насколько я понимаю, ваш основной доход был связан именно с очными выступлениями. Если вы уже опробовали новые бизнес-модели, связанные с онлайном, то имеет ли это сейчас место, или это просто для того, чтобы поддерживать свою популярность, быть с людьми на связи и помогать им?

У меня не стоит вопрос поддержки популярности, я все-таки не музыкант и не актер, а психолог. Но то, что касается связи, да, мы пытаемся это делать, вебинары устраивать. Вот только что перед вами, за час, я сделал онлайн-трансляцию в Instagram, в Facebook и в YouTube, но это безвозмездно, бесплатно. А вы, наверное, интересуетесь, как деньги зарабатывать?

Да, как вы, в частности, будете это делать.

Работать. Ну да, по поводу онлайн-лекций тоже думаем, но не все так просто, и я не уверен, что у людей к этому есть жгучий интерес. Но попробовать, конечно, надо будет.

Сейчас у многих людей, мне кажется, большие психологические проблемы. Как вы думаете, как выбраться из этой ситуации здоровым и еще, желательно, победителем?

Надо принимать эту ситуацию как свою, как кусок своей жизни. Знаете, говорят, когда человек попадает на зону, например, он тут же пытается оттуда вырваться, кричать: «Я случайно попал. Я вообще не с вами, сейчас разберутся, я выйду». А сидельцы ему говорят: «Отнесись к этому как к своему дому, как к своей жизни». У нас, слава Богу, срок сиденья небольшой, и сидим мы, собственно, у себя по домам в комфортных условиях. Тем не менее многие люди считают, что это у них на 5 минут, и вообще рвутся — внутренне они живут или тем, что было до карантина, либо тем, что на улице происходит. А им надо сказать себе: «Стоп, в ближайший месяц это и есть твой дом и твоя жизнь, начинай в этом доме жить совершено нормальной полноценной жизнью». Утром вставай, мойся, принимай душ, нормально завтракай, брейся, одевайся. Я не знаю, делай зарядку, смотри кино, читай, разговаривай, общайся и так далее. Просто пойми, что это твоя жизнь на такое время, не надо дергаться. 

Не у всех комфортные условия, к сожалению. И сейчас многие предприниматели и бизнесмены обеспокоены тем, что они не смогут платить зарплаты. Соответственно, нормально завтракать не получится у многих. Может быть, если мы говорим не о самих предпринимателях, а о тех, кто у них работает, какой совет вы можете дать им? Потому что ваша знаменитая книга «Хочу и буду» здесь может не сработать, ведь обстоятельства диктуют иначе.

Это, может, вам диктует иначе, но это нормально. Если денег не будет, я скажу своим работникам, что денег нет и чтобы они рассчитывали на себя, и это встретит понимание, я думаю. Если у человека с его командой плохие отношения, и у них нет дружеских отношений, как сейчас в Европе например, другая штабная культура, то да, будут недовольства, выступления, работодатель будет называться, как в 1917 году, мироедом. Дальше люди, конечно, будут «возбухать», потому что все находятся в одной ситуации — и работодатели, и работники едят одно и то же, и все понимают, что это общая ситуация. Другой вопрос, что болезненность богатых людей заключается в том, что они всю жизнь пахали на это богатство, а оно на глазах тает. Вот это люди не могут вынести.

Надо сказать, что олигархи, как у нас их называют, судя по романам XIX — начала XX века, вообще любят покончить с собой из-за разорения: просто любимое занятие. Хочется спросить: «Товарищ, а что, деньги — это единственный смысл жить, что ли? Ну а как ты до этого жил без денег, пока их не заработал? Еще хочу сказать: Россия жила не просто плохо, там люди животных ели во время голодомора. Поэтому я не думаю, что какие-то такие невозможные стрессы  могут быть. Может быть, люди из Монако будут сильно переживать. А люди из Смоленска или Ржева — не думаю.

От этого, возможно, появился и коронавирус — люди ели летучих мышей. Как контраргумент вам. 

Китайцы, кстати, очень спокойно отнеслись. Я не знаю, может, у них тоже, конечно, самоубийства есть на почве разорения. Но, видите, уже преодолели одну вспышку вируса. 

Вы можете этот кризис сравнить с каким-нибудь из последних?

Нет, вы знаете, так как мы с вами не застали 1918 год под знаком испанки — единственное, с чем его можно было бы сравнить, хотя практически тоже невозможно, потому что там была война и антисанитария, и очень многие люди погибли именно из-за войны и антисанитарии. Сейчас относительно мирное время и есть возможности практически у всех государств решать проблему медикаментозно, финансово и так далее, поэтому, честно говоря, сравнить не с чем. Не знаю, с чем сравнить. Ну, с эпидемией гриппа сравнить, с эпидемий сифилиса, полиомиелита, я не знаю с чем. Мне ничего в голову не приходит. Это не экономический кризис, это нельзя сравнить с 1998 годом или 1930-ми годами в США, это совершенно новое явление. Дай Бог, последнее такое.

Есть устойчивое выражение, что кризис это время для новых возможностей. Как вы считаете, какими качествами нужно обладать, чтобы этими возможностями воспользоваться сейчас?

Здесь нужно иметь хладнокровие. Кстати, про фразу «кризис — это новые возможности», китайский иероглиф означает слово «кризис», тогда как именно в русском варианте кризис — это негатив, в китайском — это новые возможности. Когда человек хладнокровен, он ясно мыслит, попав в такую ситуацию, понимая, что, скажем, его экономическая область схлопывается, то есть та сфера, в которой он работал, — неважно, наемный работник он или бизнесмен — предположим, его сфера сейчас подыхает. Нормальный человек, который и так умеет работать и зарабатывать, думает о том, чем он будет заниматься, когда всех выпустят на улицу. Это как езда на велосипеде: если человек умеет зарабатывать деньги, он будет их зарабатывать, но в другой форме, в другой сфере и так далее. Поэтому для этого надо иметь самое главное: хладнокровие, ясную голову и немножко железных яиц.

Как справляться со стрессом, если есть что терять и ты многое сейчас теряешь? Что говорить самому себе? У нас многие предприниматели закрывают полностью бизнесы сейчас.

Конечно, я вижу, общепит уже закрыт, промтовары закрыты и так далее. Во-первых, сказать, что это не конец, это временные проблемы, потому что люди будут есть, будут одеваться, покупать автомобили. Они будут, кстати, еще покупать бриллианты и золото. Они все, что до карантина делали, будут делать и после карантина, это надо понять. Временные проблемы, может быть. Бизнес из-за этого форс-мажора может схлопнуться, но дальше он может опять начаться или, как я сказал ранее, вы можете попробовать себя в другой сфере. Поэтому… Я вспоминаю гениальный пример.

Есть такой фильм Вуди Аллена «Мелкие мошенники». Вуди Аллен с женой и ее родственниками решили, по-моему, банк ограбить. Они сняли соседнее помещение с банком и стали делать подкоп, а для отвода глаз его жена стала печь печенье. И через некоторое время печенье стало таким популярным, что его стали грузовиками возить по всей Америке и продавать. И оказалось, что она зарабатывает гораздо больше денег, чем есть в банке. Как бы в каждой шутке есть доля шутки, кто-то таким образом и пойдет. Кто-то, кстати, из наемных работников, потеряв свою работу, наконец, начнет работать на себя. То есть я не исключаю, что многие извлекут из этого абсолютно позитивный опыт. 

В вашем Instagram вы часто используете популярный сейчас метод коммуникации мемы. В период коронавируса одни из самых популярных мемов о том, что страну ждет либо новое «поколение коронавируса» (беби-бум имеется в виду), либо большое количество разводов. Как сохранить баланс внутри семьи сейчас?

Во-первых, по поводу разводов, это даже не инстаграмщики придумали, это статистика по Китаю. Китайцы, как только вырвались наружу, пошли массово разводиться, потому что они очень тяжело перенесли совместное проживание на одной территории. Я за полчаса до вас делал онлайн-трансляцию в сетях и сказал конкретно: «Мораторий на выяснение отношений в семье». То есть вы можете биться головой об стену, но вы не должны друг с другом выяснять отношения, пока не закончится карантин, что бы вы друг про друга ни думали. Потому что в замкнутом пространстве у людей может расти раздражение и агрессия, негативные эмоции, и это может привести к «сливу» на своих ближних. А кто там ближний? Муж, жена и дети, других нет. Как кому повезло, может, еще и теща с тестем или свекровь со свекром. Братья, сестры, дяди и тети, но это уже вряд ли. Поэтому просто мораторий на выяснение отношений при любом раскладе — это может спасти. Второе — вы должны уединяться столько, сколько вам нужно, хоть целый день. Закрыть за собой дверь, и чтобы вы договорились, что никто без стука не входит, а лучше эсэмэску на телефон прислать. Люди должны почувствовать, что они не заложники этого совместного проживания, что они, как в коммунальной квартире, могут хотя бы в туалете закрыть за собой дверь и посидеть пару часов на унитазе, чтобы никто не отвлекал. 

А что бы вы могли посоветовать людям, которые сейчас работают в правительстве и принимают решения? У них, наверняка, тоже психологические трудности сейчас, потому что никто из нынешних правителей не сталкивался с тем, что происходит сегодня.

Им надо тоже предложить перестать бояться. Потому что решения, которые приняты от страха, базируются на психологии избегания. Давайте что-нибудь примем, чтобы чего-то избежать. А правильные решения принимаются только ясной головой. Я думаю, кстати, они все пока делают правильно. Этот карантин, продленный карантин — все по делу. Более того, я сейчас слышу, что идут переговоры — не знаю, почему они раньше не шли, — с частными лабораториями, которые будут брать анализы у людей, будет работать система, связанная с мобильным телефоном: там вышел, вошел и так далее. То есть тут никаких вопросов нет. А когда дойдет до закручивания гаек, люди окажутся в ситуации, когда будут штрафовать за выход. Посмотрим, как государство поведет себя. Тем более было предложение всем регионам самостоятельно решить вопрос, насколько у них тяжелая или легкая ситуация. 

Что психологически произойдет с человеком, когда он будет понимать, что если выйдет на улицу, ему всучат штраф в несколько тысяч рублей, которые для него в этот момент могут быть не то что последними, но, скажем так: новых тысяч ничто не предвещает?

Вы знаете, этот человек подумает десять раз прежде, чем пойти на улицу. У меня ребенок, она написала пост у себя в Instagram о том, что все говорят, что от тебя ничего не зависит. Зависит. Если ты хочешь пойти на улицу, подумай о тех людях, которых ты можешь заразить. Потому что многие же переносят коронавирус незаметно. Мы как-то об этом вообще не говорим. Есть люди, которые два раза покашляли, и через день они здоровы как лошадь, а у них был коронавирус, просто он у них был один день. Но когда такой человек выходит на улицу, идет в магазины, даже в аптеки, когда все можно заказать у курьера, он не думает о том старике, который может из-за него загнуться, поехав с ним в одном лифте тоже в аптеку, о беременной женщине, которую не могут скорые довезти до роддома, потому что надо везти заболевшего, и так далее. То есть это вопрос внутренней ответственности человека за то, что от его жизни зависит жизнь других людей, и он может повлиять на ситуацию своей дисциплиной. Более того, его дисциплина резко сократит распространение коронавируса и, соответственно, время самого карантина. Поэтому есть вещи, которые от нас абсолютно зависят. 

Как успокоить ребенка в такой ситуации? Дети тоже сейчас сидят дома, родители их развлекают, как могут, но они тоже в панике. Что сказать своим детям?

Во-первых, детям надо сказать, как есть. Во-вторых, ребенка успокоит только спокойствие родителей. Психованные родители, нервные, раздражительные, агрессивные, истеричные не могут успокоить ребенка, потому что ребенок воспринимает не слова, которые они ему говорят, а действия, которые они совершают, и интонации, которыми они общаются. Поэтому главный совет родителям: самим быть спокойными. Кроме всего прочего, детям нужна двигательная активность, иначе нервное состояние усугубляется. Дети, по определению, более активны, чем взрослые, они снимают нервное напряжение, просто гуляя. Даже трехлетний ребенок, двухлетний ребенок, кое-как ковыляя по улице, устает и потом хорошо спит, и так далее. Даже грудной ребенок, когда его мать нарезает круги, в коляске тоже успокаивается и хорошо спит.

А здесь получается искусственная ситуация: гулять некуда, и физическая активность резко снижается, и дети начинают быть более нервными, потому что их физическая энергия никуда не расходуется и переходит в негативную эмоциональную энергию. Поэтому ребенка, кроме того, что надо успокоить личным примером, нужно занять физически, чтобы он тоже устал. Я не знаю, что это может быть: игры, беготня по квартире, прыжки, качели, прыгалки, какие-то игры. Я думаю, 90% родителей тупо включают телевизор, будто дают соску ребенку, типа: «Ты не ной, на тебе, играй, мы тут сами ноем». Это очень плохо. Когда родители спокойны, приветливы, жизнерадостны, ребенок вообще не будет нервничать. Не пошел сегодня — через неделю он привыкнет, что он вообще никуда не ходит. Дети же бывают на больничном, лежат. Главное, что мать с отцом, которые рядом, или хотя бы одна мать себя чувствует нормально, спокойно, не дергается, не заламывает руки, не закатывает глаза, не истерит, не орет блаженным голосом по телефону подруге: «Я не могу, я сейчас умру». И ребенок тогда будет спокоен.

А что касается старшего поколения: наших родителей, мам, бабушек, дедушек? Они часто не показывают свои переживания, но их тоже надо поддержать. Как правильно это сделать?

Они как раз и являются группой риска, как нам объяснили. Хотя, как говорят последние данные, в группе риска может любой оказаться. У них, понятно, иммунитет ниже, сил меньше и болезней хронических больше. С ними все просто и понятно: они не выходят на улицу, получают все извне — продукты, предметы, которые им нужны, лекарства — бесконтактной доставкой и спокойно умирают от старости в 120 лет. Если они нарушать начнут, попадут реально в группу риска. Поэтому не очень понятно, из-за чего они должны нервничать, если у них все такое стабильное, и, сидя в четырех стенах, они не подвергают себя заражениям, не гуляют по улицам и так далее. Их надо поддержать, с ними надо разговаривать, им надо звонить, с ними нужно общаться. Опять же, когда родитель разговаривает с ребенком, даже взрослый родитель, я имею в виду матери 75 лет, а дочери — 40, ей тоже важно, чтобы дочь с ней спокойно разговаривала, не истерила, тогда мать-старушка успокоится.

Ваш бестселлер «Хочу и буду», по вашему мнению, работает в нынешних условиях? Увеличились ли продажи вашей книги в такое беспокойное время?

Я не слежу за продажами книг, этим занимается издательство. Сейчас это издательство «Эксмо», оно работает. Я очень надеюсь, что не моя книга, а моя методика изменения психических реакций работает независимо от коронавируса, пандемии или карантина. Это не привязанная ни к государству, ни к языку, ни к эпидемиям психологическая методика. Всем хочется спросить: «А психоанализ во время эпидемии изменился как-то?». Нет, он точно не изменился. А насчет продаж книг я сказать не могу, единственное, что меня радует, что пошел четвертый год, а книга все равно входит в тройку самых продаваемых книг, и это самая продаваемая книга в мире на русском языке на сегодняшний день. Это приятно.

Как обстоит ситуация с вашими социальными сетями и трафиком? В СМИ, например, он заметно растет. В таких ситуациях, при любых кризисах он обычно растет. Что происходит у вас?

За последние две-три недели я не отслеживал, но где-то месяц назад у меня в Instagram уже 2 млн подписчиков стало, дальше я получил серебряную кнопку от YouTube. Но я ее получил не сейчас, а, скажем, полгода назад. Я думаю, что он растет или не растет в зависимости от моей активности. Тут ни при чем пандемия, если ты активно занимаешься соцсетями. Я не то, что очень активно, но с какой-то периодичностью выхожу в эфир. Кстати, выхожу через программу Zoom в эфир и на радио, я же веду передачу на «Серебряном дожде». Эта активность приносит свои плоды: люди тебя смотрят, слушают, читают, и увеличивается количество подписчиков. Если ты ничего не делаешь, никакая пандемия не поможет — это будет мертвая платформа, мертвый сайт, и никто туда не пойдет. Все зависит от того, насколько ты вкладываешь туда свои силы и свое время.

А запросы на рекламу повысились у вас как у психолога? Я видел ваше интервью о том, что вы не продаете рекламу, потому что нечего продавать. Но сейчас, я думаю, люди все чаще и чаще к вам приходят, потому что всем плохо.

Мы не только мало — мы вообще ничего не продаем. Почему? Потому что к нам обращается бизнес, который мы не можем разместить, так как это подорвет нашу репутацию. В отличие от актеров, я не могу рекламировать какие-то абстрактные продукты. Я сейчас объясню, в чем разница между мной, например, и — я не хочу на фамилии переходить — скажем, с популярными блогерами. Они не являются лидерами мнений ни в какой сфере. Музыкант поет песни, актер играет спектакли, другой актер играет в кино и так далее. Это люди, которые просто за счет большой популярности собирают большое количество подписчиков: 5, 10, 20 миллионов. Какой из Ким Кардашьян лидер мнения? Объясните мне.

Влиятельный, у нее большая аудитория. 

Не-не-не. Она вообще ни на что не влияет.

А ее бизнесы говорят об обратном. 

Я сам готов на нее подписаться, но я не буду покупать то, что она рекламирует, потому что она для меня пустое место. И, к сожалению, 90% достаточно медийных персонажей для своих подписчиков не являются лидером мнения, так? То есть они не собираются идти за ними и покупать то, что они предлагают, потому что они прекрасно отдают себе отчет, что это просто какие-то звезды, которые никакого отношения к продукту не имеют.

У меня другая ситуация, я даже в Instagram говорю о том, во что я верю сам, в то, что я разделяю, более того, я еще и живу по своим правилам. За все время была одна косметическая компания, которую мы рекламировали.

Там еще есть люди не очень добросовестные, скажем так, в бизнесе. Вроде внешне нормально, а когда начинаешь копать — не все так просто. Я очень дорожу тем, что люди, которые на меня подписаны, мне верят, поэтому до тех пор, пока нет нормального рекламодателя, которому я сам верю... А есть вещи, которые я тоже люблю, как и вы. «Мерседес» — хорошая машина? Хорошая. Но они ко мне пока не обращались.

Михаил, я правильно понял, что Ким Кардашьян не авторитет, а вы авторитет?

Не совсем так. Я авторитет только в своей сфере — психологии. А Ким Кардашьян — она где авторитет? Она в какой сфере авторитет? Вот на ваш взгляд?

В моде, в косметике, в стиле жизни — во многих областях, скажем так. В Штатах семейство Кардашьян захватило все буквально. 

По большому счету, эти люди же построили империю, я их не осуждаю. Я сейчас не к этому говорю. Я расскажу одну историю. Бывший российский гражданин, проживающий в США, решил продавать в США мумие, помните мумие?

Ну, конечно, это засохшие экскременты.

Да, экскременты. Птичьи. Давайте более интеллигентно выражаться — помет. Он понял, что, во-первых, в таком виде никто покупать (это) не будет, и сделал из этого парфюмерный товар — с отдушкой, с красителями, чтобы это было больше на крем похоже. А дальше выяснилось: а продавать кому? Он решил пойти в фитнес-центры. Фитнес-центры — это как бы ЗОЖ. Он понял, что люди, у которых 50 000 подписчиков — не 2 млн, как у меня, не 50, 40 млн, как у Ким, — кто эти люди? Это тренеры в фитнес-клубе. Если они возьмут эту рекламу, то все посетители фитнес-клуба будут это мумие покупать. Почему? Это тренер покупает, а они тренеру верят, как первой учительнице. И он заработал за два-три года порядка $30 млн. Никогда он не брал людей, у которых больше 100 000 подписчиков, идеально — это 50 000. Это не просто люди, не просто блогеры, это люди, которые тренируют, они коучи. Они ведут себя так, что вся их аудитория им абсолютно доверяет. И если этот человек держит в руках баночку с птичьим говном и говорит: «Это не говно птичье, друзья мои, это чудодейственная мазь. Вот видите, я мажу, и у меня мускулы на глазах растут», — то весь клуб купит, а потом все Западное побережье США будет покупать. Почему? Есть доверие.

Да, это называется лояльность аудитории. Михаил, вы подсчитывали убытки? У нас выходила статья, где говорилось, что вы заработали 130 млн рублей за год. В этом году сильно ли сократится ваш доход?

Я надеюсь, что не сократится вообще, потому что коронавирус скоро закончится, эпидемия тоже. А по поводу подсчета убытков — я готов на этот вопрос ответить: все-таки когда общаешься с Forbes, для людей с деньгами это очень важный момент. Я стараюсь деньги не считать, потому что я боюсь, что если я начну их подсчитывать, то меня коснется коронавирус психологии нищеты и бедности, я начну бояться потерять деньги, и это может привести к тому, что я их реально потеряю. Вот это реальный вирус.

Я знаю, что у многих бизнесменов бизнес выстраивается очень рационально, они ставят цель, реализуют ее и так далее. Я не имею никаких целей в жизни и ничего перед собой не ставлю, я просто занимаюсь тем, что я люблю, и мне за это платят деньги. Я очень надеюсь прожить так всю жизнь. Я очень стараюсь сознательно не лезть в свои расходы, не лезть в свои убытки, потому что я очень боюсь: если я начну экономить, я вообще перейду в разряд людей, у которых денег нет. Такая психология бедности. Тем более я лет до пятидесяти жил в полной заднице и денег вообще не имел, а в течение 10 лет работал в школе с зарплатой 69 рублей. Я даже не знаю, как ее перевести на нынешние деньги — ну, наверное, это где-то 8000-10 000 рублей в месяц нынешними деньгами. И я туда обратно не хочу, поэтому стараюсь деньги — и убытки, и прибыли — не очень считать.

Вы делали тест на коронавирус?

Нет. А кто-то предлагает? Я хочу, так же это не делается, наверное.

Что можете сказать напоследок молодым предпринимателям, которые нас посмотрят? И не только молодым — взрослым, тем, кто что-то теряет уже сейчас. Людям, в общем. Как себя вести в этот непростой период?

Не делать ставку на деньги. Все книги о бизнесе начинаются с того, что если вы хотите тупо заработать деньги — вы обычно ничего не заработаете. Если вы хотите заняться каким-то делом, которое вам интересно, перспективно, вы видите в нем смысл, в том числе и социальный, тогда из этого может родиться бизнес. Поэтому убиваться из-за потери денег я бы не стал. Как я уже сказал, способность зарабатывать деньги сродни езде на велосипеде. Если вы деньги не украли, а заработали, вы их всегда заработаете в той или иной сфере. Если вы украли, и кормушку прикрыли, тут я могу понять, почему вы очень сильно страдаете, потому что там уже брать будет нечего, или вас от нее, от этой кормушки, отожмут. А все остальные работающие люди могут заработать, если они уже это сделали, и не один раз. Поэтому не надо переживать, считайте, что это испытание. Как говорят евреи: «Спасибо Боже, что взял деньгами». Это когда бывают такие трудные минуты. 

Вы в своей команде кого-нибудь сократили, уволили? Или все так же получают зарплату, гонорары? 

Гонорары никто никакие не получает. Я никого пока не уволил, а дальше посмотрим. Я думаю, все нормально будет.

То есть у вас какого-то антикризисного плана еще нет? 

Я думаю, что, если деньги закончатся, я им предложу два варианта: уволиться или без денег пожить, а я им выплачу позже.

Новую книгу сейчас пишете?

Нет, новую книгу не пишу. Я сейчас сотрудничаю с другим издательством, с «Эксмо», и у нас там начинается новая жизнь, поэтому пока никакого смысла нет писать новые книги. Плюс, ее еще надо на английский перевести. В планах есть, я уже начал писать, это книга про детей, но пока решил остановиться.

Михаил, вот вопрос, который, наверное, волнует всех наших зрителей на протяжении всего эфира. Кто слева от вас, вот это зеленое существо, мы видим два глаза, кто это? 

Это бегемот. Бегемот, сделанный в Лондоне. Был студент, который так зарабатывал себе на жизнь. Он сшил его, это кожаный бегемот — видно его хорошо? Я его не в Лондоне купил, я его купил в Риге на аукционе, который проводила бабушка этого парня, давая ему возможность учиться и зарабатывать себе на жизнь в Лондоне. А бабушка в латвийском бизнесе, у них есть такой сбор типа «Бизнес-леди Латвия», на который меня пригласили, когда я читал лекции в Риге. И мне бегемот так понравился, что я еще купил и своему директору, у нее другой бегемот. В общем, он мне нравится, клевый бегемот. Жалко, парень этого больше не делает. 

А что вы делаете на карантине? Сериалы смотрите, книги читаете? 

Сериалы смотрю, тупо переключаю кнопки пульта от телевизора, ем, сплю. Но я работаю, это главное, чем я занимаюсь. Слава Богу, у меня есть работа. Я веду соцсети, выхожу в прямой эфир, мы собираемся делать публичные консультации онлайн, это требует технической поддержки. У меня, например, есть такая проблема, как у всех. Когда сидишь дома, у тебя еще и интернет отваливается. Чтобы проводить такие семинары, надо, чтобы интернет работал. Когда люди были рассредоточены, скорость была хорошая, а когда все сидят дома, он начинает «проседать». У вас есть такая проблема в Forbes?

Да, чуть-чуть есть. А частные консультации продолжаются у вас? Час стоит 90 000? 

95 000 рублей, если они живьем, и 140 000... Но это касалось не коронавируса. Это касалось людей, которые живут за границей или в других городах и не хотят приезжать. Я тему объявил, но никогда этого [раньше] не делал, потому что я не фанат работы в онлайне. Это очень тяжело, потому что тебе надо достучаться через компьютер до человека. Когда мы живьем общаемся, идет обмен энергией. Я хочу сразу обратиться, предвосхищая [время], когда вирус закончится и все выйдут на улицу. Мне многие люди пишут, говорят: «Михаил, я живу далеко: Берлин, Киев, Польша и так далее, я не могу до вас дойти». Для таких людей я хочу рассказать одну историю, которой горжусь. Ко мне из Америки, из Нью-Йорка, приехала женщина, нищая, у нее было четыре собаки, она не могла с ними пойти в квартиру. Она снимала даже не квартиру, а комнату с соседями, и ей было запрещено въехать с собаками. Мужа ее, наркодилера, грохнули в Нью-Йорке, и вот она осталась одна с собачками. Она их вынуждена была отдать в приют. Она нашла деньги на билет, представляете. Один билет сколько стоит из США в Россию, туда-обратно? Порядка $3000. Плюс деньги за прием — 95 000 рублей. Я, конечно, не зверь: ладно, думаю, человек приехал из Америки, я не 45 минут, а побольше с ней пообщался, она нашла на это деньги, нашла время, приехала. Она позвонила мне через полгода, сказала: «Спасибо, у меня все хорошо, я владею галереей в Нью-Йорке, мой доход сейчас $10 000 в месяц». Это я говорю для тех людей, которые говорят: «Я живу в Смоленске, мне до вас далеко». Нормально.

Ну и что? Вы как-то не ответили на вопрос… История замечательная. В онлайне принимаете сейчас или нет? 

Очные встречи исключены по определению, их не может быть. А онлайном я пока не начал заниматься. Но у меня и без этого пока хватает работы. Может быть, со временем, когда свободного времени будет больше, а работы меньше. Я хочу объяснить. Я не очень много времени работаю как практикующий психолог. Я не этим деньги зарабатываю. Людям кажется, что это очень дорого, а для меня это не то, что недорого, у меня просто лекции стоят намного дороже. Поэтому я не вижу смысла, как раньше, работать 24 часа в сутки. Редко работаю, в общем. Только чтобы форму поддержать.