«Такого мы не испытывали давно»: музыкальный продюсер Снэйк о проблемах русского рока, корпоративах и кризисе в музыке

Директор и барабанщик групп МЭD DОГ, The Matrixx, НАИВ и «Янг Ганз» Дмитрий Хакимов по прозвищу Снэйк (Snake) работает в индустрии уже 30 лет. Музыкант рассказал Forbes Life, что помогает ему держать на плаву четыре группы, кто больше всех зарабатывает на концертах и чем могут промышлять музыканты в условиях карантина.

Как получилось, что практически во все группы вы приходили изначально в качестве барабанщика, а затем становились директором?

Думаю, надо сразу обозначить правильную терминологию. В мировой музыкальной индустрии все те функции, которые я выполняю, обозначаются как «исполнительный продюсер». В обязанности директора музыкальных коллективов (или проще говоря менеджера) входит организация гастролей и выступлений артиста. Для меня же организация концертов и туров только одна из составляющих моей работы. Я веду все бизнес-процессы моих коллективов. Нахожу студии и людей, кто будет осуществлять нам записи. Нахожу репетиционные помещения и склады для нашего оборудования. Подбираю съемочные группы и продакшен-команды для съемки выступлений, если мы выпускаем их видеоверсии. То же самое и при съемке клипов и производстве фотосессий групп. Финансирую все эти проекты и потом затраты покрываю контрактами с рекорд-лейблами и доходами от концертов. Также веду все переговоры с выпускающими компаниями. Сфера, которая не замыкается на мне, это PR групп и продажа атрибутики — этим занимаются другие люди.

Все эти функции я совмещаю с деятельностью музыканта в моих коллективах — принимаю участие в создании музыкального материала, записываю его в студии и играю на сцене. Опыт такого совмещения я начал приобретать еще в самой первой моей профессиональной группе — «Янг Ганз». В собственном проекте МЭD DОГ уже совмещал это все полностью. Позже, при работе с другими исполнителями, уже сразу подразумевалось, что в группе я буду не только играть, но и заниматься исполнительным продюсированием. Неважно, я ли предлагал создание проекта, как в случае с Блондинкой КсЮ, или это было совместное решение о создании группы, как в случае с The Matrixx. Эти две ипостаси стали для меня неразделимыми.

В чем особенность работы директором и какие должны быть главные качества у «продажника» в музыкальной индустрии?

Кто-то давно еще озвучил глупость, что раскрутить и продать можно любого артиста. Это невероятное заблуждение. На наших глазах множество артистов, в раскрутку которых были вложены гигантские средства и неимоверная инфоподдержка, получили ноль выхлопа. Только действительно талантливый и самобытный продукт может иметь успех на нашем рынке. Все должно точно «бить» в своего слушателя, должно быть искренне написано и передавать эмоции. В нашем случае, когда артист уже десятки лет существует на музыкальном рынке, рассчитывать на массовую поддержку молодого поколения уже сложно. Там свои герои, говорящие с молодежью на одном языке. Мы можем, как столпы своих жанров, качественно делать новые песни и шоу, апеллируя, скорее, к тем, кто рос вместе с нами и на нашей музыке. Большинство региональных промоутеров, с кем я работаю, давно стали не только моими хорошими знакомыми, а уже друзьями. Я знаю, как до них правильно доносить наши идеи по турам. 

С пандемией мы все столкнулись впервые. Ситуация очень сложная, тем не менее, какие прогнозы есть у вас? Когда реально ожидать новые концерты НАИВА и The Matrixx?

Исходя из того, как развиваются события, и пик пандемии еще не пройден, мне думается, что реально наши концерты начнутся не раньше середины лета. Возобновить концертную деятельность в полном объеме сможем точно через год. Осень 2020-го с новыми турами уже потеряна. Будет только то, что перенесено с весны или было запланировано давно. Чтобы зарядить концерты на осень, их надо запускать уже сейчас. Но никто из промоутеров не рискнет сделать это в ситуации полной неопределенности. Когда снимут все ограничения, то будет уже поздно. К тому же появится невероятная конкуренция, когда все группы и артисты, оставшиеся без работы на несколько месяцев, будут пытаться создать себе работу, но регионы просто не вывезут кучу концертов одновременно. Часть промоутеров также за этот период разорятся и не смогут уже ничего делать. Еще останется такой фактор, как внутренний страх людей перед массовыми мероприятиями, как в том анекдоте «ложки нашлись, а осадок остался». Чтобы преодолеть этот страх, людям потребуется время. В общем, кризиса такого масштаба мы не испытывали давно.

Очевидно, полноценно живые концерты заменить невозможно, тем не менее, сейчас многие пытаются хоть что-то заработать с помощью онлайн-концертов, увеличения линейки мерча, выпусками различных релизов. 

Все дни с начала самоизоляции я занимался и занимаюсь вопросами онлайн. Конечно, за период карантина мы отыграем, минимум двумя группами, онлайн-концерты. Но есть и подводные камни в этом вопросе. С кем-то из платформ мы не можем пока договориться насчет размера нашего гонорара. Есть и другие проблемы. Скажем, Саша Иванов из НАИВа живет в США, и отыграть вместе с ним онлайн для него проблематично. Часть группы The Matrixx была против играть где-либо в период самоизоляции. Но, уверен, мы все равно отыграем. 

Также сейчас я занят постпродакшеном концерта группы The Matrixx с симфоническим оркестром, который был в «Крокусе» осенью. Мы издадим его в аудио- и видеоверсии. Что касается специальной линейки мерча с трендовой темой коронавируса — мне кажется не очень этичным спекулировать на этой теме. Пока у группы The Matrixx идет краудфандинговый сбор на Планете.ру, мы занимаемся добавлением лотов-новинок туда. Также работаем над новыми песнями в других группах. 

Насколько сильно изменится музыкальный рынок после окончания пандемии?

Пока сложно сказать. Думаю, скорее, изменится отношение публики к артистам, чем сами артисты. За время вынужденной самоизоляции люди переосмыслят для себя многое. Уверен, многие расставят акценты по-другому.

От чего зависит гонорар группы и насколько велика разница между открытыми концертами и заказными (корпоративами)?

Гонорар зависит от реального количества людей, приходящих на концерты, и стоимости билетов. Надо также понимать, что расходная часть по организации концерта достаточно велика. Это и расходы по рекламе, аренда площадки, аренда аппарата, выполнение бытового райдера, транспортные расходы, отели и т. д. И промоутеру надо что-то зарабатывать. У нас очень дифференцированный подход к гонорарам. Самый высокий в Москве, чуть поменьше в Санкт-Петербурге, значительно меньший в турах по стране. Корпоративы обычно по гонорарам отличаются от московских концертов для публики в два раза в сторону увеличения. И в пять раз выше, чем гастрольные гонорары. Также на корпоративах зачастую заказчики сами составляют трек-листы со своими любимыми песнями. На обычных концертах трек-листы составляем мы сами.

Какие звезды имеют самые высокие концертные ставки? Лепс, Михайлов, может, Киркоров?

Конечно, самые высокие гонорары у группировки «Ленинград». Думаю, одно их выступление стоит приблизительно столько же, сколько вместе у всех трех названных выше артистов вместе взятых.

В каких городах лучше всего принимают зрители и вообще какие у вас любимые концертные площадки?

Мои любимые площадки — это клубы с максимально близким расстоянием до публики. В идеале — чтобы люди были не только перед сценой, но и по бокам. Для меня самое важное на концерте — контакт с публикой. Энергия из зала, обмен ею. Моя мечта — сделать зоны для публики, как бывает у Metallica и 30 Seconds to Mars, когда фаны находятся прямо на сцене, в специальных зонах, с разных сторон от музыкантов. Это прям кайф. 

Что касаемо публики, как ни странно, мне больше всего нравятся вообще неподготовленные люди, которые нас впервые слышат. За время концерта зацепить их, прям с нуля, заставить проникнуться, чтобы они не могли глаз оторвать и вошли с тобой в некую вибрацию — простой высший пилотаж. Это как секс, как наркотик. Другой вопрос, что когда публика знает нас и, скажем, на каком-то фестивале, просто терпит, дожидаясь другого артиста, — это довольно сложно. Их не раскачаешь, уже сформированное мнение сложно разрушить. Почти то же самое происходит в случае, если публика даже группу разделяет на составные — например, басист очень нравится, а певец бесит. Тогда энергия самой группы начинает бить в никуда. Эти вибрации тонки, но очень важны. Рок, по своей сути, языческий ритуал, в нем энергетика важнее всего.

За последнее время очевиден общий переход с альбомов на синглы, также многие релизы выпускаются уже без физических носителей. Но при этом стало больше видеоклипов и появилась некоторая периодичность, точнее, даже регулярность в презентациях. 

Я считаю, что направленность на синглы — это очень правильная и объективная тенденция. Сейчас сложно найти людей, слушающих каких-то артистов альбомами. Сингл или ЕР из нескольких песен — оптимальный вариант. Помимо того, что такие мини-релизы не требуют много времени и затрат на их запись, важнее, как мне видится, ответственность артиста. Раз выпускаешь одну песню или три-четыре, будь добр написать хорошие. И записать их качественно. Мы в наших группах тоже выбрали такой подход сейчас. В The Matrixx планируем выпустить ЕР из нескольких песен, НАИВом сингл из одной, с «Янг Ганз» также делаем релиз одной песни. Вот по МЭD DОГ у меня есть по-прежнему мысль дописать именно альбом, потому что три песни записаны уже полностью и процесс над новыми продолжается. Что касается клипов на каждую новую песню — тоже с этим полностью согласен, думаю, осуществим эту идею уже в 2020-м.

Примерно в какую сумму обходится одна песня — запись, сведение, мастеринг и так далее?

Сложно назвать точную сумму. Всегда все происходит по-разному. Запись живых инструментов происходит в одной студии, электронные аранжировки в другом месте, обычно специально нанятым для этого человеком, сведение в третьем, мастеринг в четвертом. Все зависит от поставленной цели, концепции самой песни. Одна из самых дорогостоящих по записи работ, скажем, у The Matrixx, — это песня «Звезда». Ее мастеринг мы делали у Брайана Гарднера на студии Bernie Grundman Mastering в Голливуде. Он работал с 30 Seconds to Mars, The Cure, Blink-182 и другими, и только его услуги нам стоили около $2000. Это помимо записи и сведения. Скажем, альбом НАИВа «Обратная Сторона Любви» обошелся в районе $25 000. Но это было 15 лет назад, думаю, сейчас не очень принято тратить такие суммы на запись. Новые программы многое позволяют делать дома, при условии, конечно, что хорошо в них разбираешься.

Какие кумиры среди барабанщиков были у вас раньше и кто восхищает сейчас, как среди наших, так и среди зарубежных мастеров?

У меня достаточно много любимых барабанщиков, мои критерии в этом вопросе базируются, скорее, на вкусе, музыкальности и артистизме музыканта, нежели на скорости и виртуозности. Наверное, больше всех на меня повлиял Cozy Powell. Неимоверно музыкальная, вкусная и увесистая игра у него. Шикарные партии всегда были у Randy Castillo, Steven Adler, Carl Palmer, Tommy Lee, John Bonham, Deen Castronovo, Vikki Fox, Bill Bruford, Phil Collins, Dave Grohl, Travis Barker. Все они — мои герои на все времена. Что касается отечественной сцены, мне всегда нравилась игра настоящих мастеров — Андрея Шатуновского, Сергея Ефимова, Максима Удалова, Александра Львова.

Как часто слушаете музыку? Есть ли какие-то новые откровения, есть ли те, кто по-прежнему держит марку?

Я меньше стал слушать музыку, чем раньше. Наверное, потому что очень часто стал разочаровываться. Можно долго рассуждать на тему, почему идут процессы деградации в музыкальной индустрии, но иногда мне кажется, что я просто постарел. Я скорее послушаю что-то из старой музыки, чем новинки. Думаю, это неизбежный процесс с возрастом. Из более-менее современных групп мне очень нравится MGMT, а из «монстров» рока по-прежнему держат марку в новых релизах Def Leppard.

Если бы была возможность собрать идеальный для себя состав музыкантов, кого бы пригласили? Из наших и зарубежных.

Если рассматривать виртуальную группу, то на вокал я бы, без сомнения, взял David Coverdale, его диапазон это отдельная история. На гитару Yngwie Malmsteen — мой любимый гитарист на все времена, на бас — Paul McCartney, а на клавиши Geoffrey Downes. Идеальная отечественная группа уже была — «Парк Горького».

Что думаете о стремительном росте популярности блогеров? Кого из них смотрите? Не было мыслей о своем канале или каких-то онлайн-семинарах?

Сейчас время блогеров и в совершенно разных направлениях — от спортивного до автомобильного. Я смотрел отдельные выпуски у нескольких блогеров. Отличные программы, к примеру, есть у Дудя. У меня есть несколько идей на этот счет, думаю, попробую осуществить что-то из них, но конкретизировать пока рано.

Какой вопрос вы бы задали себе сами? И как на него ответили?

Я бы задал такой вопрос: что является главной проблемой отечественного рока? Думаю, его упорная изоляция от мировой рок-сцены, нежелание или невозможность интегрироваться в мировой рынок. Даже очень удачные примеры такой интеграции, как «Парк Горького» или «Тату», не стали тенденцией. В моих планах всячески поддерживать отечественных артистов, ориентированных на мировой рынок и поющих по-английски. Очень хочу сделать фестиваль для их поддержки.