«Он выпивал в баре «Дракон» рядом с моей студией». В прокат выходит документальный фильм о Бэнкси

Фото Tristan Fewings / Getty Images for Sotheby's
Фото Tristan Fewings / Getty Images for Sotheby's
Режиссер фильма Элио Эспана рассказал Forbes Life о том, как Бэнкси взломал привычную систему арт-рынка, почему он до сих пор крут и чем похож на Боба Дилана.

20 августа кинокомпания «Пионер» выпускает в российский прокат документальный фильм о Бэнкси, самом громком уличном художнике современности и настоящем провокаторе. Этим летом художник уже успел высказаться в своем Instagram по поводу движения #BlackLivesMatter («Это не их проблема, она моя») и разрисовать вагон лондонского метро изображениями крыс, демонстрирующих полное пренебрежение средствами индивидуальной защиты. Картина, носящая подзаголовок «Расцвет нелегального искусства», предлагает зрителю проследить путь от зарождения граффити в Нью-Йорке до продажи картины Бэнкси «Девочка с воздушным шаром» на Sotheby’s за £1,042 млн, после чего полотно было по сигналу пропущено через встроенный в раму шредер. Режиссер фильма Элио Эспана ответил на вопросы Forbes Life. 

Как возник замысел фильма?

Идея снять фильм возникла у меня в 2018 году, после происшествия со шредером на Sotheby’s. Я тогда был в Каннах, и все только об этом и говорили. Люди были одновременно изумлены и очарованы этой провокацией. Мне это напомнило о реакции, которую Бэнкси вызывал десять — пятнадцать лет назад, когда он тайно проносил свои картины в крупнейшие музеи и незаметно вешал посреди постоянной экспозиции. Была и масса других приколов, которые заставляли смеяться, хотя это и было незаконно. Мне кажется, что он всегда хочет рассмешить людей. Это, наверное, главный мотиватор для него. Он всегда чувствовал одобрение простых людей, от лица которых как бы наносил удар системе. Случай на Sotheby’s вызвал схожую реакцию, и мне показалось, что он совершил нечто, чего ни он, ни кто-либо другой не делал уже очень давно. Это навело меня на мысль о том, насколько длинный путь Бэнкси проделал как художник, и о том, что на современной арт-сцене с тех пор не появлялось никого, равного ему по значимости, кто смог стать столь же весомой культурной величиной. В то же время мало кто пытался осмыслить творчество Бэнкси, рассмотреть его в историческом контексте. История Бэнкси — это, что ни говори, история стрит-арта, который вырос из граффити. На этапе становления уличного искусства общество пыталось сломить его всеми силами, городские власти бросали целые полицейские подразделения на борьбу с ним, но в результате оно стало самым важным художественным течением XXI века. Я понял, что это именно та история, которую я хочу рассказать.

Насколько хорошо вы были знакомы с творчеством Бэнкси до начала работы над фильмом?

Я его фанат, это и подтолкнуло меня. Он на несколько лет старше меня, но мы оба выросли в Великобритании в одну эпоху, у нас схожие ориентиры в плане политики и культуры. Фильм рассказывает о том, как в лондонском районе Шордич в начале 2000-х годов формировалось современное британское стрит-арт-движение, в центре которого был Бэнкси. Там же в 2002 году я открыл свою первую студию, неподалеку от бара «Дракон», где любил выпивать сам Бэнкси и художники его круга, о чем я прекрасно знал. Но до начала работы над фильмом я даже не подозревал о том, что Бэнкси и Стив Лазаридес (его бывший агент. — Forbes Life) создали совершенно новую арт-индустрию. Я не осознавал всей амбициозности и пробивной силы этого их начинания, которое буквально перевернуло экономику современного искусства.

Книги и фильмы про Бэнкси выходили и раньше. В чем отличие вашей картины?

Цель нашего фильма в том, чтобы проследить судьбу Бэнкси, поместив ее в контекст истории искусства и более широкий политико-культурный контекст. В форме книги такая попытка в последний раз предпринималась 10 лет назад, так что это не считается. Что касается уже существующих фильмов, то все они рассматривают какой-то один аспект творческой биографии Бэнкси. «Войны граффитистов» посвящены вражде с Роббо; «Бэнкси уделывает Нью-Йорк» ограничен временными рамками резиденции 2012 года, а «Выход через сувенирную лавку» — это его собственный взгляд на то, как взаимодействуют искусство и коммерция, выраженный через фигуру «Мистера Мозгоправа». Мы хотели показать всю картину, создать настоящую биографию Бэнкси и уличного искусства. 

David Corio / Getty Images
David Corio / Getty Images

Вы считаете, что для понимания искусства необходимо знать биографию художника?

В большинстве случаев это не так, но не в случае с Бэнкси. Его история настолько хороша сама по себе, что грех ее не рассказать. Кроме того, творчество Бэнкси полно отсылок как к политико-культурным реалиям, так и к собственному прошлому. Если их не знать, вы многое упустите и в его работах. 

В чем основной вклад Бэнкси в картину арт-мира, каким мы его знаем сегодня?

Он стал ключевой фигурой в процессе эволюции уличного искусства из граффити, которое является интересной, но довольно ограниченной формой художественного выражения. Он, скажем так, раздвинул рамки граффити до пределов нелегального творчества в общественных местах. Мне кажется, он стал источником вдохновения для тех художников, которые хотели бесплатно показывать свои работы в естественной городской среде. Без него этого бы не произошло. В итоге он полностью взломал формат галерейной работы, диктовавший правила того, как должно выставляться и продаваться искусство. Благодаря Бэнкси художники поняли, что могут сами руководить процессом без обязательного одобрения со стороны устоявшихся и зачастую крайне элитарных арт-институций. 

DR
DR

Как ему удается быть успешным и популярным, вместе с тем сохраняя анонимность и ауру контркультурщика?  

Без привязки к конкретной личности, которую ты можешь увидеть, слава, богатство и успех мало что значат. Остается только искусство, а за исключением отдельных масштабных проектов, таких как «Дисмаленд» (поп-ап выставка 2015 года в формате парка развлечений на тему ночных кошмаров. — Forbes Life), Бэнкси работает так же, как и 25 лет назад. Он не чурается выходить на улицу и совершать незаконные акции, как это было с лондонским метро совсем недавно.

Бэнкси продолжают считать крутым, мало кто готов обвинить его в том, что он «продался». В чем секрет?

Понятия не имею. Если говорить про меня, то я крутым никогда не был. Продажным тоже, просто продаваться некому, нет покупателей.

Matt Cardy / Getty Images
Matt Cardy / Getty Images

До этого вы снимали много картин про музыкантов. Работа над фильмом про художника как-то отличалась?

Все мои предыдущие проекты — это тоже своего рода истории про культуру в целом. Музыка — лишь частность, которая всегда вписана в исторический контекст. В этом фильме она, кстати, тоже играет не последнюю роль. Например, фильм «Рассвет мертвецов» — это как бы история группы Grateful Dead, но по большому счету она про американскую контркультуру 1960-х и 1970-х годов, про движение хиппи в Сан-Франциско. То же самое и с фильмом про Бэнкси. Мне кажется, он во многом определил культуру начала XXI века, как Боб Дилан — культуру второй половины прошлого столетия.