Высокая подача: почему большой теннис в России считается элитарным видом спорта
![Марат Сафин (Фото Clive Brunskill / Getty images)](https://cdn.forbes.ru/forbes-static/c/608x342/new/2022/05/GettyImages-2886447-2-628faf3c50205.jpg)
Впервые в российскую повестку теннис ворвался в 1990-е: пока №1 мирового рейтинга Евгений Кафельников брал турниры Большого шлема, в России президент Борис Ельцин формировал идеологию — строил корты, поддерживал соревнования и просил говорить об этом на открытом им же канале НТВ. Как политики и спортсмены приобщили к теннису не только элиту, но и массы?
Теннисная революция в России
Кафельников и Ельцин устроили теннисную революцию в России. Один играл, другой создавал идеологию, которую финансово подпитывал. По данным The Independent, при Ельцине число теннисных кортов в России увеличилось с 200 до 2500, а ежегодных турниров для юниоров в России стало более тысячи. Постоянные вливания в теннис привели к результатам: победы на крупных турнирах поднялись с депрессивного нуля до восьми к 2006 году. После Кафельникова «чашки» брали Марат Сафин, Анастасия Мыскина, Мария Шарапова, Светлана Кузнецова. Усилиями последних женская сборная сделала исторический хеттрик в 2004 году, зараз взяв три турнира Большого шлема — «Ролан Гаррос» во Франции, Уимблдон в Англии и US Open в Америке.
Именно тогда Кафельников расчистил себе дорогу к лидерству в рейтинге — стал первым русским на вершине. К 22 годам он выиграл уже девять титулов ATP в карьере, а за золотым дублем «Ролан Гаррос» в 1996-м приехал шестой ракеткой мира, скинув за четыре года сразу 269 строчек. Взобраться так высоко и так быстро помогло фантастическое трудолюбие: Евгений играл 160 матчей в год. Желание выходить на корт каждую неделю подпитывала не только страсть, но и бедность. Евгений всегда жаловался на недодачу теннисистам. Тогда, по признаниям спортсмена, им руководило чувство голода и $200 в кармане — ему и его семье никто бы не помог.
К великим его подтолкнул командный Кубок Дэвиса в 2002 году, выигранный в Париже. Встреча сборных Франции и России на кортах «Берси» запомнилась зрителям не столько исторической победой русских — журналисты постоянно отвлекались на происходящее в фан-секторе команды. Уже известные на тот момент болельщики бывший президент Борис Ельцин и его жена Наина размахивали флажками и задавали ритм хлопкам. Очередное турне — одно из многих в жизни политика: он часто ездил вслед за командой по миру. И хотя многие представители власти исторически поддерживали спорт, для Ельцина любовь к теннису не ограничивалась ободряющими возгласами с трибун. Борис Николаевич — и на посту президента, и после завершения политической карьеры — всегда рассказывал о своем хобби стране и стремился сделать теннис национальным спортом.
Образ Евгения Кафельникова ассоциировался у россиян со свободой и полностью резонировал с политическим курсом страны
Популяризация пошла через телевидение. С согласия президента осенью 1993 года открылся телеканал НТВ. Там сразу создали небольшую спортивную редакцию, пригласили главных звезд журналистики — за микрофон сели Анна Дмитриева и Алексей Бурков. Позже присоединился Александр Метревели. Важное условие — регулярный выход спортивного блока и желательно тенниса. Команда начала покупать трансляции из-за рубежа и сама снимала Кубок Кремля — делала интервью и зарисовки с игроками.
«Мы создавали телеканал, где должны были рассказывать в том числе о спорте. Теннис тогда оказался на пике моды благодаря тому, что он стал президентским видом спорта — им увлекался Борис Ельцин. Его советником по вопросам спорта был Шамиль Тарпищев. Плюс 1990-е годы — это время, когда в России появляются теннисисты мирового класса», — рассказывал в одном из интервью главный редактор информационного вещания НТВ Евгений Киселев.
Теннис смотрели все — от президентов до простых трудяг
Спорт, который раньше не вписывался в систему ценностей коллективизма и считался буржуазным, в России стал народным. Ракетку в руках держали комик Михаил Задорнов, актер Николай Караченцов, телеведущий Борис Ноткин, гендиректор НТВ Евгений Киселев, а также политики Борис Немцов и экс-президент Казахстана Нурсултан Назарбаев. По словам Киселева, известных людей теннис цеплял благородством и демократичностью.
Вал шуток и простота — приятный антураж для игры с Ельциным. Нем- цов вспоминал, как сбил президента с ног мячом, но тот не подал и виду: «Я подошел, спрашиваю его: «Как вы себя чувствуете?» А он мне: «Ты иди давай на свою сторону поля, сейчас доиграем».
Ельцин открывал теннисистов в политиках. При нем появился «Пре- зидентский клуб» для членов прави- тельства. Туда мог прийти весь аппарат после работы и поиграть в теннис или в бильярд. «Придя в клуб с супругой (и только с супругой!), потанцевать. И это тоже можно», — описывал Ельцин цель запуска клуба в книге «Записки президента».
А увлечь массы удалось Кафельникову. Образ спортсмена ассоциировал- ся у людей со свободой и полностью резонировал с недавним политическим курсом страны. «Многие родители видели меня двадцатилетним и вдохновлялись. Они представляли парня из обычной семьи, который стал лидером мирового тенниса. Именно тогда ро- дители начали водить детей на корты в России, что сейчас дает неплохие плоды, — рассказывал Кафельников. — Но на меня было большое давление, и я смог с этим справиться. Был только я, пока Сафин не пришел на подмогу».
Русские топы нулевых обросли фан-базой быстро. Видимо, именно тогда теннисом прониклись современные звезды: сегодня №2 ATP — Даниил Медведев, №8 — Андрей Рублев, а еще есть Дарья Касаткина и Вероника Кудерметова. Бывшая теннисистка, а сегодня тренер Екатерина Бычкова также связывает популярность спорта в стране с яркими личностями. Тем более ассоциировать себя с ними просто: многие из них прорвались в мир профессионалов самостоятельно — спонсоров и контракты для них искали родители.
«Это обычно коррелирует с тем, что появляются теннисисты, которые становятся известными. В нулевые это был Кафельников, который стал суперизвестным, такая визуализация спортсменов в спорте. Сегодня Даня Медведев выступает. Мы же его видим не только играющим на корте, но и рекламирующим «Тинькофф», Lacoste. Чем больше рост в этом виде спорта, тем больше хотят родители отдавать своих детей. Такая психология», — считает Екатерина Бычкова.
Тем более когда в 2021 году российский теннисист забрал чуть менее $7,5 млн за сезон (до налогообложения): победа на US Open и в Кубке Дэвиса, финалы на Australian Open и в Итоговом турнире. Среди российских спортсменов больше зарабатывают лишь хоккеисты НХЛ Артемий Панарин или Александр Овечкин. Это без учета рекламных контрактов, которые составляют половину заработка.
Русский теннис уступает европейскому
Но чтобы числиться среди лучших и в каждом турнире претендовать на титул, удобнее жить за рубежом. Поэтому Медведев — резидент Монако, Карен Хачанов — Дубая, Рублев практически поселился в Барселоне, как и Дарья Касаткина. Релокация теннисистов на старте карьеры — естественная вещь. Во-первых, перемещаться русским проще в пределах Европы, там проходит 60% турниров, плюс остановки в Соединенных Штатах и Австралии. Другая причина заключается в клубной системе: за рубежом она работает на профессионалов, а не на любителей.
Сегодня это известная академия Ника Боллетьери 1978 года в Америке и более молодые в Европе: клубы Патрика Муратоглу 1996-го в Монте-Карло и Риккардо Пьятти 2018 года в Италии. Туда-то и стекаются все таланты мира: там сделали себе имя Анна Курникова и Мария Шарапова.
Максимально просто историю клубной жизни тенниса показала голливудская драмеди «Король Ричард». Академия американца Рика Макки во Флориде в 1990-е занималась продвижением легендарных сестер Серены и Винус Уильямс.
По словам Бычковой, такие клубы работают с потоком клиентов, в основном с детьми — потенциальными профессионалами. Если у ребенка находят суперталант, его включают в неоплаченную историю: подписывают контракты, помогают в продвижении или делают скидки. В расписании регулярный спарринг с тренером, ОФП, занятия йогой, растяжка — смотря какая академия и какие задачи ставит перед ней руководитель, который отвечает за курс подготовки.
Аналогов американским и европейским клубам, уверена Екатерина Бычкова, в России практически нет, лишь академия Александра Островского в Туле пыталась соответствовать зарубежному формату. Но даже там не смогли удержать историю, и все ушло в обычный бизнес. Команде получилось поднять разве что Анастасию Потапову, которая в 2022 году без титулов во взрослом туре занимает 123-ю строчку WTA.
«Пока больше ничего не просматривается. Как не было системы, так и нет. Все рандомно, на коммерческой основе. Потому что клубу нужно зарабатывать. Он и зарабатывает, конечно, на взрослых и детских группах. Даже больше на первых. Клубам интереснее любители, нежели спортсмены», — комментирует Екатерина Бычкова. Поэтому секции зарабатывают на любителях и представителях элиты, а не на спортсменах, которые мечтают построить выдающуюся спортивную карьеру.
Цель же зарубежной клубной системы — поставить на поток чемпионов, которые при правильном маркетинге, рекламе и высоких результатах начнут зарабатывать и завоевывать себе титулы, а клубу — проценты от побед. Поэтому амбициозные спортсмены еще на юниорах уезжают за контрактами на побережье Франции или Италии. Не только климат и инфраструктура, но и сильная школа позволяет им там достигать своих целей.