Сказке конец: как фильм «Последний богатырь. Колобок» стал главным киноскандалом лета

В постковидную эпоху практически все наиболее успешные фильмы отечественного производства рассчитаны на семейный просмотр: развлечь детей в выходной день — это все еще единственная для россиян стойкая мотивация, чтобы купить билеты в кинотеатр. Команда продюсера Виталия Шляппо и компании Yellow, Black and White уже не раз (и небезуспешно) отрабатывала эту схему — и с предыдущими частями франшизы «Последний богатырь», и с полнометражными «Папиными дочками», и с двумя частями «Чебурашки». Вышедший на экраны в августе «Последний богатырь. Колобок» — совершенно не выделяющееся на их фоне кино.
Расчет на семейную аудиторию становится объектом шутки уже в одной из первых сцен фильма — когда Колобок начинает рассказывать свою историю шестилетнему мальчику (возрастной рейтинг фильма — 6+), он признает, что некоторые ее детали придется скрыть. Это настраивает зрителя на тон, хорошо знакомый по мультфильмам о Шреке. Перед ним приемлемая для детей история в сказочном сеттинге, которая перемежается шутками и подмигиваниями для взрослых: авторы то и дело напоминают, что не относятся к сказочному жанру слишком серьезно.
Сам Колобок (озвучка — Гарик Харламов) — типичный трикстер в духе Dreamworks: наглый, эгоистичный и острый на язык. Общеизвестное умение отовсюду ускользать приводит его в банду разбойников под лидерством Волка (Гоша Куценко), где он занимается хитроумным воровством и грабежом. Довольно ожидаемо, что Колобку предстоит сказочное странствие, в результате которого он познает цену дружбы, обретет нравственность и станет добрее.
Его метаморфоза схематична — в концовке он лишь самую малость благонравнее, чем в начале; однако на деле он даже не то чтобы главный герой. Больше всего на статус протагониста претендует Лада (Мила Ершова) — девушка, которая и испекла Колобка, чтобы избавиться от проклятья. Свой путь она проходит в компании пекаря Тихона (Дмитрий Журавлев), в тело которого Колобок время от времени вселяется, чтобы вступить в драку.
Образы обоих персонажей так или иначе связаны с проблемой самооценки: Лада видит в зеркалах уродливое лицо вместо миловидного, Тихон рефлексирует о несбывшейся детской мечте стать богатырем. Их сюжетные линии пересекаются даже не на Колобке, а на самом любопытном персонаже фильма — гигантском еже, который считает себя медведем (озвучка — кавээнщик Дмитрий Колчин).
В финале персонажи, разумеется, преодолевают свой комплекс неполноценности, что решено предсказуемым образом, как и многое в этом довольно проходном, обыкновенном фильме. Кое-где обидно, что авторы недокрутили шутки или недопридумали экшен, кое-где это сделано удовлетворительно: так, есть действительно веселая сцена внутри колдовского сундука или пара каламбуров вроде «Крадущийся хлеб, затаившийся батон».
Однако это рядовое, в общем-то детское кино, вышедшее в разгар летних каникул, вызывало отнюдь не рядовую бурю негодования взрослой аудитории. Все началось с того, что дистрибьютор «Атмосфера кино» и Ассоциация владельцев кинотеатров призвали площадки отложить релиз новой части марвеловского «Человека-паука», чтобы поддержать «Колобка». С публичным одобрением этой инициативы выступил депутат Шолохов из комитета по культуре, порассуждав о голливудском кино как об «идеологическом оружии» Запада.
Фильм «Человек-паук: Новый день» перенесли, а «Колобок», наоборот, вышел раньше изначально намеченной даты и даже начал показывать неплохие финансовые результаты, но подвергся ревью-бомбингу. Сотни тысяч пользователей поставили фильму низкие баллы, обрушив его рейтинг на «Кинопоиске» до 1.6 из 10, так что сервису пришлось закрыть возможность оценивать его. На момент написания этого текста у фильма рейтинг 3.0 при более чем 600 000 оценок (для сравнения — предыдущая часть франшизы, сериал «Последний богатырь. Наследие», имеет рейтинг 8.5).
Помимо манипуляций с прокатом, налицо была агрессивная рекламная кампания фильма. А затем появились сообщения, что школьникам из-за полупустых залов «Колобка» показывают в принудительном порядке; власти эту информацию отрицают, но осадок остался.
Дополнительной красной тряпкой стал и бюджет фильма — на него потратили 1 млрд рублей, часть из которых выделил государственный Фонд кино. Нужно заметить, что $11–12 млн не такие большие деньги для современного кинопроизводства, а сотрудничество с ФК и Минкультом — это единственный рабочий способ получить внушительный бюджет в России, плюс Yellow, Black and White умеют отбивать такие расходы (так, сборы обоих «Чебурашек» составили более 6 млрд рублей у каждого). Но шквал негатива такими аргументами было не остановить.
В начале августа соцсети заполнили отрицательные отзывы, злобные мемы, отповеди и проклятья в адрес создателей фильма — а те не остались в долгу. Гарик Харламов заявил, что ему «глубоко ПО***» (наплевать. — Forbes Life) на Человека-паука и зачем-то добавил, что любит Бэтмена. А режиссер Антон Маслов и актер Дмитрий Журавлев обиделись на критический отзыв одного из пользователей и принялись в хамском тоне комментировать его работу электрика. Особенно печально это выглядит в исполнении Маслова, который до этого снял довольно приличный триллер «Многоэтажка» и собравший неплохие отзывы роуд-муви «Поехавшая». На еще одном витке этого скандала телеканал «Россия-24» обратился в прокуратуру и СК по поводу травли Маслова и Журавлева, что привело к возбуждению дела об угрозе убийством.
Как итог, агрессивное продвижение «Колобка», перенос ожидаемого аудиторией «Человека-паука», необдуманное поведение создателей фильма в соцсетях и, конечно, само засилье сказок в российском прокате последних лет привели к тому, что огромное число людей участвовало в обсуждении этого, в общем-то, непритязательного детского фильма.
Однако есть у этой ситуации и более фундаментальная подоплека. Сама идея об ущербности, халтурности, неполноценности российского кинематографа пользуется у аудитории колоссальной популярностью. Неприязнь к отечественным фильмам высказывают не с печалью и укором, а с упоением и задором.
Ожидание нового российского фильма, который так плох, что уже хорош, и достоин просмотра только в пересказе BadComedian’а, — уже нечто вроде национального спорта. Причем сами кинематографисты (скорее всего, неосознанно) как будто подыгрывают этим ожиданиям публики. В том же «Колобке» совершенно без надобности вдруг возникает туалетный юмор, а сам кастинг юмориста из Comedy Club Гарика Харламова на центральную роль в фильме с миллиардным бюджетом тоже вызывает мысли о рейджбейте (rage bait, дословно в переводе с английского — приманка для гнева, то есть контент, вызывающий желание возмущаться и писать негативные комментарии).
Но любой национальный кинематограф — это зеркало, в которое смотрится общество, находя там отражение своего чувства юмора, своих вкусов, своего взгляда на мир. У российского зрителя выработалась привычка с большим удовольствием ругать его. И пусть проклятье, наложенное в «Колобке» на героиню Милы Ершовой, было несколько другого рода, для нее, как и для тысяч персонажей других самых обыкновенных фильмов, лекарство от этого комплекса неполноценности состояло в том, чтобы в первую очередь полюбить саму себя.
Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора
