Персона VIP: зачем люксовые бренды создают закрытые сообщества для своих клиентов

Большие компании в погоне за большими деньгами больше не рассчитывают на помощь среднего класса, который в наше бурное время стал уж слишком средним. Всех интересует исключительно VIC — Very Important Client — малочисленная группа покупателей с большими возможностями. По оценкам экспертов, она насчитывает от 2% до 4% от общего числа клиентов. Многомиллионные бюджеты для инфлюенсеров-миллиоников уходят в прошлое. VIC редко попадается в социальных сетях.
Конец прекрасной эпохи
«В 2018 году каждый второй бренд клялся в инклюзивности, в 2026-м тебе присылают ключ. Очень мягкое, очень обставленное признание того, что люкс снова не для всех», — пишет в своем Telegram-канале shoes&drinks Елизавета Буйнова, модный консультант, которая семь лет занималась рекрутингом для индустрии моды и люкса в парижском агентстве Sterling International. Иллюстрацией ее текста об очередном идеологическом развороте в работе брендов стали фотографии приглашений на минувшие круизные шоу Dior и Gucci, оба — в форме ключей, открывающих, очевидно, особые двери, за которыми места хватит не всем. А ведь недавно казалось, что балетки Chanel с логотипом на мысе или сумку Celine Triomphe с золоченой цепью может позволить себе каждый уже подросший и трудящийся зумер.
Позитивные прогнозы аналитиков в начале 2010-х основывались на данных о росте развивающихся рынков и набирающей обороты технологической революции. Социальные сети, казалось, открывали небывалые возможности для продвижения люкса, особенно для загадочного поколения Z. Предполагали, что покупатели из Азии и тинейджеры, ценящие аутентичность больше, чем символы статуса в их чистом виде, обеспечат баснословные продажи. Однако реальность оказалась непредсказуемой. Сначала пандемия, повлекшая локдауны, всеобщее опрощение и изрядную инфляцию, затем экономическая неопределенность в Китае, санкционные и тарифные войны и, наконец, череда скандалов вокруг несоответствия условий производства люксовых товаров и их цены. По данным консалтинговой компании Bain & Company и итальянской ассоциации производителей предметов роскоши Fondazione Altagamma, с 2022-го по 2024 год глобальная клиентская база рынка персональных товаров класса люкс сократилась на 50 млн покупателей. Одним из немногих способов продолжать расти, а не катиться вниз, в условиях экономической турбулентности оказалось повышение цен на все, да так, что это все будет по зубам лишь узкому кругу Very Important Client. Поэтому, как отмечает в недавнем заголовке редакция Vogue Business, прямо сейчас среди брендов развернулась настоящая борьба за VIC.
Новое — забытое старое
От условных демократичности и открытости маятник улетел в сторону недоступности, которая для люкса — скорее историческая точка отсчета. Тут стоит вспомнить, например, закрытые многочасовые показы, которые устраивали для клиентов модных Домов до наступления эры Ready-to-Wear в 1950-х годах. Давид Мардашев, эксперт в сфере роскоши, более 15 лет проработавший в Доме Chanel и теперь занимающийся консалтингом, советует основательнее углубиться в историю: «Те 2–4% клиентов, которые генерируют, скажем, 40% продаж в классическом люксе, по мнению аналитиков — Bain & Company и Boston Consulting Group — обеспечат порядка 80% роста рынка в будущем. И это — цикличная неизбежность, а не дань времени или очередному кризису. Кризис здесь лишь катализатор, но сам процесс в истории цикличен: он виден и в Античности, и в Средневековье. Корни того, что мы называем люксом, — в том, чтобы большой талант делал нечто одно для одного человека, власть предержащего. Что-то шедевральное, чего нет у других, — в этом весь смысл».
Кто-то говорит: VIC — тот, кто тратит €50 000, кто-то — €20 000, не считая самолетов и яхт. На самом деле пределов тут, конечно, никаких нет. Это люди, которые покупают в Hermes, как в Zara. Важно думать о метрике LTV — Lifetime Value, то есть пожизненной ценности клиента. Она показывает совокупную выручку, полученную от одного покупателя за все время взаимодействия с компанией. Помочь в поддержании любви длиною в жизнь призваны Private-client-директоры и их команды. «Это люди, которых можно назвать профессиональными психологами с навыками дипломатов, — утверждает Давид Мардашев, — они входят в жизнь клиента, зная его привычки, окружение, эстетические амбиции — все. Своим существованием ты помогаешь сделать жизнь клиента проще и ярче, ты незаметно встраиваешь продукт бренда в жизнь человека, помогая ему быть лучшей версией себя. Цели продавать здесь и сейчас нет вообще».
Никаких эмоциональных качелей
Возникает логичный вопрос: что же VIC ждут от брендов в 2026 году, помимо доверительного диалога о грядущих планах семьи и досконального знания предпочтений, эстетических и утилитарных? «Настоящий триггер — когда бренд создает клиенту интересы на совершенно других, отличных от моды, территориях. Водит его по запасникам музея, бегает с ним по полям, собирая цветы, или ходит по устричной ферме в жуткой грязи. Это вещи, вообще не связанные ни с продуктом, ни с брендом, но поддерживающие лояльность именно к проводникам в новый опыт. И вот это в итоге приводит человека в закрытый бутик, куда с улицы не попасть, где он совершает покупку — как акт благодарности», — уверен Давид Мардашев.
Основательница концепт-стора КМ20, постоянная гостья кутюрных шоу и обладательница редчайших кастомных подиумных изделий Ольга Карпуть, наоборот, уверяет, что для комфорта VIC’у многого не нужно: «Базовая вежливость, приемлемый темп работы и внимание к моим пожеланиям, не более того. Я не жду от консультантов каких-то особенных акробатических этюдов, но фамильярность, излишнюю расслабленность и ожидание нужной вещи месяцами тоже терпеть не готова». Актуализировавшуюся борьбу за внимание очень важных клиентов, о которой пишут бизнес-издания, Ольга также не замечает: «Я скорее почувствовала, что возросло влияние консультантов. Сейчас, если вы хотите покупать все сезонные мастхэвы и получать еще какие-то «плюшки» от брендов, недостаточно просто иметь солидную историю покупок. Важно работать с одним конкретным Sales Associate, выстраивая отношения, несколько выходящие за рамки рабочих: поздравлять с праздниками, дарить подарки на важные даты, быть на связи в мессенджерах».
То есть камерные туры и ужины на 10 персон, закрытые презентации и доступ к последним новинкам оказываются не так важны, как личный контакт в бренде. Ведь любому человеку, даже очень важному, нужен человек. «Для 99% людей люкс — это обладание вещью. А для того самого одного процента вещь является лишь физическим сувениром, ключом к экосистеме, которую выстраивает вокруг этого клиента специально обученный человек», — подчеркивает Давид Мардашев.
